Город Хищников
Шрифт:
Ринго не успел проронить и слова, как оказался перед дверями святилища, где на страже застыли сущности, набравшие силу благодаря смерти Ранеу.
Какой идиот этот Ранеу! — зло сузил глаза старейшина, оперевшись двумя руками о посох, слишком много энергии он потратил на заклинание. — Он все испортил.
Однако, старейшина ещё не понял, насколько фатальную ошибку совершил, допустив к заданию демона.
Каким-то невероятным образом детективам удалось сплотить три враждующие расы. И теперь, собрав все свое воинство, фейри окружили святилище, соткав заклинание
Такая магия Ринго была не по плечу даже, когда он находился на пике возможностей. А сейчас, обессиленный собственной же магией и стражами звона времени, ему ничего не оставалось, как ждать расправы.
Ринго криво улыбнулся — он никогда бы не подумал, что, однажды, не сможет сформировать даже портал, чтобы спастись от собственных убийц. Старейшина присел на каменной ступени, держа дрожащими руками магический посох. Сейчас он размышлял над рядом ошибок, которые так глупо совершил. А когда понял, кто обыграл его по всем направлениям, гадко улыбнулся:
Нокс — достойный приемник. Коварный, расчетливый. Наверняка, именно он сделал так, чтобы братья совершали ошибку за ошибкой, открыв ему путь к главенству над Миротворцами. А сам он, якобы, не при делах. Коварный дракон! — тускло проговорил старец, наблюдая за тем, как сеть заклинания опускается на него.
Картинка завершилась. Снова окружала лишь дымка, подсвечивающаяся разноцветными огнями. Я размышляла вслух:
Демон мертв, Ринго, скорее всего, тоже. Но, судя по тому, что говорил старец, оставался еще один опасный соперник. Кажется, миротворец назвал его Ноксом. Тебе пора обратно, — прошептал Хану, постепенно открывая мне картинку реальности, — мы благодарим вас за то, что спасли Дарующий вечность и изменили реальность, где погибли сотни фейри в войне против друг друга. Но долго оставаться тут нельзя. Уходите, святилище пронизано освобожденными проклятиями. Пока мы сдерживаем их. Но долго даже мы на это не способны. Магическая карта, — вспомнила я, — мы должны расшифровать последний текст. Такое возможно лишь прикоснувшись к артефакту, дарующему вечность…
Стражи призадумались, а затем ответили, словно бы решив эту дилемму:
Ведьмак знает, где последний артефакт…карта больше ненужна вам…
На этих словах стражи исчезли, а мир реальности вернулся.
Я испуганно посмотрела туда, где еще несколько секунд назад оборотень лежал в луже крови.
Пока время шло в замедленном режиме, а стражи показывали мне смерть белого мага, в реальности все несколько изменилось. Я словно бы вышла из параллельного мира, где жизнь протекала несколько иначе. И сейчас я вернулась, но с опозданием в несколько минут.
Дарк выглядел вполне живым. Только кожа еще имела бледный оттенок. Он болезненно морщился, мученически кривил лицо, а в глазах горела злость. Дарк на кого-то злился. Настолько, что его эмоции можно было ощутить на расстоянии — досада, горечь, неистовое желание умереть.
Почему-то именно такие ассоциации у меня возникли за краткий миг, когда я вернулась.
Однако, все изменилось, когда Дарк увидел меня.
Он неверующе тряхнул
— Амалия, — прохрипел Дарк, его голос казался безжизненным, — я уж думал, что они забрали тебя. Ты просто исчезла… Демон, как же я испугался.
Я вскинула голову, заметив, как глаза мужчины заполняются слезами. Он и правда сильно переживал за меня. Но разве я исчезала?
Дарк, видимо, заметил выражение моего лица, поняв мое недоумение, поэтому пояснил:
— После того, как секира прорезала воздух там, где ты стояла, Амалия, ты просто испарилась! Я подумал, что Миротворцы… — на секунду Дарк снова стал злым, черты его мужественного лица заострились, — забрали тебя.
Дарк не переставал прижимать меня к себе и дрожащими руками гладить мои растрепавшиеся волосы.
В этот момент я вспомнила о важном и резко отстранилась, пытаясь найти на теле оборотная смертельно опасные раны.
Дарк уже успел обзавестись рубашкой, наспех одетой и расстёгнутой на все пуговицы, и брюками. На белой ткани рубахи алели красные пятна, особенно в области живота. Но раны, они уже затягивались. Кровь запеклась, регенерация шла полным ходом.
Сразу вспомнился тот момент, когда я вытаскивала из тела Дарка пули.
Получалось, раны, нанесенные секирой демона, заживали лучше? Или здесь имелась другая причина?
Разум снова подкинул картинку. Теперь уже из совсем недавнего прошлого.
Когда Дарк дрался с демоном, коего старец назвал Ранеу, то он не был похож на себя прежнего. Его вторая ипостась смотрелась иначе — крупнее страшнее, её окружала тьма, а проклятия обходили оборотня стороной.
Убедившись, что Дарку не угрожает смерть от потери крови, я стала задумчивой.
В голове рисовались неприятные мысли. Они, как рой пчёл, кусались, назойливо мельтешили, подкидывая все новые факты.
Едва догадка коснулась моего разума, я нахмурилась, пытаясь найти другое объяснение случившемуся. Но не получалось. Я начала раскладывать свои воспоминания по полочкам, в логическую цепочку событий.
Вот в противостояние вступает Мистер Блэк, а затем возникает фигура оборотня, в которой я узнала Дарка сразу. А потом мой оборотень побеждает, упустив тот момент, когда демон нацелился на меня.
Я вздрогнула и отступила на несколько шагов от Дарквуда, смотря на него с подозрением.
Теперь память подкинула еще одно воспоминание.
Когда я встретила Блэка впервые, то почувствовала некую связь между нами. Словно бы мы уже были знакомы, и я испытывала к нему странные эмоции. Мы искали слезу грешника — первый артефакт. Блэк спас меня от миротворца и… подарил кольцо.
Я взглянула на свою руку, где скрывалось это самое кольцо под иллюзией Бенедикта.
Снова кольнула неприятная мысль — Блэк мог отследить меня по данному артефакту.
Тогда мы еще не знали, что Блэк относится к Сеятелям Смерти, да и подаренный им артефакт защитил нас от духов грешников, когда мы возвращались в настоящее.