Город грехов
Шрифт:
— Чай с бергамотом, пожалуйста, и круассан с яблочным джемом, — на автомате заказала Бекки, и Грант ей снова улыбнулась:
— Два чая и два круассана. Зак тоже любит чай с бергамотом. Это то немногое, что мне было позволено знать последние лет десять, — грустно вздохнула она, и официантка, кивнув, отошла от их столика.
— Вы так мало общались с ним? Почему?
— А разве ты еще не поняла? — пожала плечами миссис Грант, — Подписав бумагу о разводе, я лишилась всяких прав на воспитание сына. Первое время билась головой о стену, кричала о помощи, о том, что этому так называемому отцу и котенка доверить нельзя. Но кто меня слушал, где я и где Большой Змей? — горькая усмешка. Почему-то этой девушке
— Мне так жаль, миссис Грант. Я знаю, что детство Зака было… паршивым, — она понятия не имела, как много знает его мать. И не хотела выдавать ни одной известной ей детали, но оказалось, что зря.
— О, не стоит уверток, девочка. Я не слепа. Как бы Зак не прятал, видела все его шрамы, все эти чертовы «погоны» — с отвращением прошипела она, буравя взглядом стол, — Он не давал мне даже коснуться себя до сегодняшнего утра. И думаю, тут есть твоя заслуга, ведь я не могла достучаться до него очень долго. А потому — спасибо, что помогаешь ему.
— Меня совершенно не за что благодарить. Он сам смог перешагнуть этот барьер, — напряжение исчезало с каждой секундой. Весь вид Греты говорил, что они с ней на одной стороне баррикад. И Бекки понемногу начинала ощущать ее боль. Страшно представить, что чувствует женщина, когда у нее отбирают сына и превращают его в орудие для убийств. А она смотрит и ничего не может сделать, абсолютно… Ребекку передернуло от ужаса. Нет, все-таки Зет чудовище. А вовсе не Заккари, как принято считать.
— У него появился стимул. Представляешь, утром он сказал, что хочет бросить Змей, — прошептала Грета, доверительно наклонившись над столом. Словно боялась спугнуть внезапное счастье, — Я знаю, что это ради тебя. И потому у меня будет просьба, — она накрыла рукой пальцы Бекки, мягко сжимая, — Пожалуйста, не оставляй его. Помоги ему сделать верный выбор.
Взгляды встретились, и Ребекка, не скрывая потрясения от этой новости и, чего уж греха таить, радости, ответила:
— Что вы, миссис Грант. Да я и не смогу. Я… Боже. Я люблю его.
Широкая улыбка была ей лучшей наградой.
— Я не ошиблась в тебе, Бекки. Вместе мы справимся. Скоро там уже принесут чай, а то ты до сих пор дрожишь?
17. Убежище
В пятничный вечер клуб «Полночь» был полон народу. Все также стучали бокалы и лился рекой виски, все также дымили дешевые папиросы и мелькали подвязки из-под пышных юбок легкомысленных девиц. Немного изменился разношерстный контингент: теперь можно было увидеть за круглыми столиками и компанию из темнокожих работяг, отдыхающих после смены на заводе, и лощеных мужчин в костюмах, потягивающих напитки подороже. Маленький островок терпимости, в который превратился простой кабак благодаря репертуару местной звезды.
Бекки чередовала песни обоих классов, никому не отдавая предпочтения. Уже четвертая композиция подряд, и горло подустало тянуть ноты, но девушка почти не ощущала этого. Её любимый зритель сидел за центральным столиком, хлопая громче всех и следя за любым мимолетным жестом, так жадно, словно старался запечатлеть в памяти каждый момент. Большего заряда энергии ей было не нужно, и аккорды эхом отдавали в грудь, вызывая абсолютно счастливую улыбку. Как иногда приятно просто наплевать на общественное мнение, на то, что кое-кто из посетителей узнал сына Большого Змея и с опаской на него косился. Можно просто об этом не думать — теперь клуб столь популярен, что тем, кто не принимает его правила, дорога только за
Hey, hey, mambo, mambo Italiano
Go, go, go, you mixed up Siciliano
Любимую песню публики снова попросили на «бис», и Рейна Стоун не отказала — сегодня вообще хотелось осчастливить всех вокруг. Парочки пустились в пляс под предводительством Лайлы и Ральфа, и даже бармен уже не мог больше хмуриться, предпочитая не замечать ни этих голубков, ни переглядок певицы с ее обожателем.
Все закончилось слишком резко, принося странное дежавю. Высокий широкоплечий мужчина в черном пиджаке ворвался в клуб, громко хлопая входной дверью и привлекая внимание. Зет Грант за секунду выловил из толпы гостей черноволосую макушку сына и направился прямиком к нему. Ребекка наблюдала за этим настороженно, рассеянно продолжая петь на чистой инерции. Зак вскочил со стула, преграждая отцу путь и буравя его тяжелым взглядом — музыка мешала говорить, но один его вид нес угрозу.
— Замолкли все! — рявкнул Зет музыкантам, и те почему-то не посмели не подчиниться. Мало кто знал Большого Змея в лицо, но с этим грозным человеком шутить не хотелось. Песня прервалась, а посетители начали возмущенно перешептываться, — Ты идешь со мной, — поморщившись, он кивнул и на стремительно бледнеющую девушку на сцене, — И она тоже.
— Черта с два, — прошипел Зак, не намереваясь уступать ему, — Я предупреждал…
— Кончай мериться яйцами, — что-то было не так в резкости движений обычно спокойного старшего Гранта, и Зак слегка дрогнул — действительно, незачем устраивать концерт на публику, — У нас форс-мажор. Хочешь выжить сам и не дать сделать фарш из своей девчонки — быстро за мной, — открытый приказ уже не мог сковать мышцы, но вот угроза Бекки тяжелым камнем осела в груди. Зет нервно похлопал себя по карманам в поисках портсигара, и Зак тоже начал серьёзно волноваться. Таким напуганным отца он не видел никогда.
Нахмурившись и собрав мысли в кучу, он без раздумий подошел к сцене и протянул Бекки руки. Она послушно позволила им обхватить свою талию, затянутую белым атласным пояском, и спустить с деревянного помоста.
— Зак, что…
— Идем, — кивнул он вслед уже стремительно направляющемуся к выходу Зету, крепко сжимая её ладошку.
Пробегая мимо барной стойки, Бекки только и успела пискнуть Арти, не вполне уверенная, что он вообще услышал:
— Скажи бабушке, что я у Лайлы!
На улице было промозгло и холодно в преддверии дождя. Быстро скинув свой пиджак, Зак набросил его на плечи Бекки, прикрывая её голубое концертное платье. У самого крыльца была припаркована машина старшего Гранта, хищно сверкая желтыми фарами — черный Шевроле, и владелец даже не оглядывался, когда шел к нему.
— Вы долго там будете стоять, как живые мишени?! — рявкнул он, отворяя дверцу, и больше Зак не стал колебаться. Уверенно повел Бекки за собой, и сел вместе с ней на заднее сиденье, крепко прижимая к себе подрагивающую девушку. Отец устроился за рулем и тут же завел двигатель, не выжидая и минуты.
— Ты объяснишь уже, что происходит?
— Полная задница происходит, Зак, — вздохнул отец с некоторым облегчением, что сын оказался умен и не стал пререкаться, — У нас новый труп. Прямо в моем гараже. И с посланием.
Насвистывая себе под нос, Зет Грант зашел в гараж, являющийся пристройкой к особняку. Лили чуть задержалась, прихорашиваясь у зеркала. У них были планы на вечер, включающие игру в покер в подпольном казино. Которые разлетелись в пыль, когда Зет подошел к своей машине.
Возле нее, в огромной густой луже крови, которая все еще медленно текла из перерезанного горла, лежал, раскинув безжизненные руки, один из самых лучших молодых капитанов. Стеклянные карие глаза смотрели в серый потолок, а возле черноволосой головы было тщательно выведено алыми буквами: