Город греха
Шрифт:
Рассмеялась и Клэр:
— Я обозвала вас сердцеедом, вы меня побили.
— Я бью только фашистов.
— Женщин не колотите?
— Не в моих правилах.
— Зато в моих.
— Я в шоке.
— Сомневаюсь.
Дэнни допил свой стакан.
— Клэр, мне хочется поработать на профсоюз, а не подлизываться к старым перечницам, выпрашивая деньги.
— Это у вас впереди. А они вовсе не старые перечницы, если женщин моего возраста вы не считаете старухами.
Начало положено.
— А сколько вам лет — тридцать
Грубый комплимент рассмешил Клэр:
— Дипломат. А вам сколько?
Дэнни стал вспоминать, сколько лет Теду Круг-ману, вспомнил не сразу.
— Двадцать шесть.
— Так вот: я стара для мальчиков и еще молода для альфонсов. Годится такой ответ?
— Уклончиво.
Клэр рассмеялась и принялась вертеть пепельницу.
— В мае мне будет сорок. Так что за вашу арифметику спасибо.
— Я серьезно.
— Неправда.
Вытаскивать рыбку сейчас пока не время.
— Клэр, вы доверяете мне в политическом отношении?
— Да, доверяю.
— Тогда у меня есть предложение. Давайте встретимся помимо нашей работы в союзе.
Лицо Клэр — сама нежность; Дэнни захотелось влепить ей пощечину, чтобы эта сучка пришла в ярость и стала достойным врагом.
— Я — серьезно.
Сама искренность. Комми-вариант.
— Тед, я помолвлена.
— Мне все равно.
Клэр открыла сумочку, достала оттуда дохнувшую тонким ароматом визитную карточку и положила на стол.
— По крайней мере, мы ближе познакомимся. Сегодня вечером несколько членов нашего союза собираются у меня дома. Подходите к концу встречи, я вас с ними познакомлю. Вам многое станет ясным, а мы потом съездим куда-нибудь и поговорим.
Дэнни взял визитку.
— В котором часу?
— В восемь тридцать.
Ну, он будет там пораньше — настоящий коп, настоящая работа.
— Буду ждать.
Клэр де Хейвен полностью собой овладела, взгляд твердый и полный достоинства.
— Я — тоже.
Кругман снова стал Апшо.
Дэнни поехал в голливудский участок, оставил машину за три квартала и пошел пешком. Майк Брю-нинг встретил его в дверях для личного состава с улыбкой:
— Вы мой должник, помшерифа.
— За что?
— Те парни из вашего списка уже под наблюдением. Дадли распорядился, так что вы и у него в долгу.
— Отлично, — улыбнулся Дэнни. — Кто они? Дали им мой телефон?
— Нет. Это, если можно так сказать, выкормыши Дадли из убойного отдела. Ребята толковые, но они докладывают только Дадли.
— Брюнинг, следствие веду я!
— Понимаю, Апшо. Вам просто здорово повезло, что дали еще людей; Дадли тоже на большое жюри работает, и сделал вам такой подарок, Скажите ему спасибо, черт возьми. У вас и звания толком нет, а под вами семь человек. В ваши годы мне приходилось утюжить бомжей по подворотням.
Дэнни молча прошел в комнату, где толпились оперативники в гражданском и полицейские в форме и что-то со смехом обсуждали у доски объявлений.
Дэнни растолкал полицейских в синей форме и сорвал с доски карикатуру; повернулся и на глазах зло смотревших на него копов разорвал листок на мелкие клочки. Полицейские сначала остолбенели, потом раздались возмущенные голоса. Сквозь толпу синих пробрался Джин Найлз и смерил Дэнни взглядом.
— Разговаривал с парнем по имени Лео Бордони. Он сразу все не выболтал, но я уверен, что его уже допрашивали. Я думаю, что допрашивал его ты, и сделал это в квартире Гойнза. Когда я описал ее, у него был вид, будто ему там все знакомо.
Комната поплыла у Дэнни перед глазами; только Найлз был в фокусе. Дэнни сказал:
— Я сейчас занят, сержант, — твердо, голосом начальника.
— Иди в жопу со своим «занят». Ты лезешь на мою территорию. И переговоры по рации ты услышал не у пончиковой на Вестерн, и я, черт тебя дери, знаю, где ты получил эту информацию. Если я это докажу, тебе…
— Я занят, Найлз.
— В жопу твое «занят». У меня было верное дело по грабежу, пока ты не появился с этими мудацкими гамаками. Ты просто помешался на голубых, спятил, да ты, видно, сам педераст!
Дэнни молниеносно врезал ему с правой, с левой в челюсть; застигнутый врасплох Найлз мотнул головой, но не шелохнулся. Копы в синем попятились. Дэнни хуком махнул ему в живот. Найлз увернулся и сильнейшим апперкотом откинул Дэнни на стенку. Дэнни замер, сделал вид, что оглушен и стоит неподвижной целью. Найлз с размаху послал свой кулак ему в корпус. Дэнни увернулся, кулак Найлза ударился в стену — хруст костей, вопль Найлза. Дэнни отошел на шаг, развернул Найлза и выдал ему серию ударов в печень — Найлз скрючился. Дэнни почувствовал, что синие начали на него наседать. Кто-то крикнул:
— Прекратите! — Сильные руки обхватили его и подняли над полом. Невесть откуда возник Джек Шортелл, шепнув на ухо:
— Тихо, тихо.
Отпустил его, и тут раздался крик:
— Командир идет!
Дэнни, поддерживаемый старым коллегой, прихрамывая, дал вывести себя из участка через задний ход.
Кругман — Апшо — снова Кругман.
Шортелл подвез Дэнни до его машины и взял с него слово, что тот отправится выспаться. Дэнни едет домой — его то охватывает полузабытье, то он дрожит от возбуждения. Под конец его одолевает полное изнурение, и только воспоминания о пикировке с Клэр удерживают Дэнни от того, чтобы заснуть за рулем. С мыслями об этом он направился в спальню, даже не взглянув на бутылку Консидайна. Накрылся вместо одеяла курткой Кругмана и мгновенно уснул.