Город джинов
Шрифт:
Так как Султанат знаний находился чуть левей центрального рынка, «раздосадованные» ноги мальчишек сами их вывели на центральный рынок. Яркие краски рынка всегда помогали Хаиму вытеснить грустные события из головы.
– Кому верблюжьих горбов! Кому верблюжьи горбов! – прямо под ухом зазывал горластый мужчина с синей бородой и в синем халате-кафтане. Кафтан в Аломне считался признаком достатка. Он то и дело вытирал капельки пота сальной тряпочкой.
– Кому нужны верблюжий горб без верблюда? – ухмыльнулся Хаим, как только они оставили за
– Ты никогда не ел кусочки жареных верблюжьих горбов, со взбитыми изюмом и фиником фаршированные в перцы? Это же мъа-мъа-мъа – смачно причмокнул свою собранные пять пальцев Ашух и с придыханием их распустил, словно распустившийся цветок.
Увидев этот жест, Хаим сглотнул. Уж очень ему тоже захотелось попробовать верблюжьих горбов с этими самыми перцами.
– Моя мама успевает готовить только пресные лепешки. На большее у нее времени нет… да и денег тоже.
Это Хаим произнес без жалобы и без обиды на жизнь. Он был и без «верблюжьих горбов» счастлив и считал, что можно и на пресных лепешках прожить.
Через горы липких и цветных леденцов, которые были засыпаны в огромные чаши и стояли друг на друге, они увидели еще одного «прогульщика» – Зафара. Его блестящая голова сверкала ярче, чем самоцветы с соседней улицы «Драгоценных приключений». Весь лощенный, с гладкими зачесанными наверх волосами и в шелковых шароварах, мальчик высокомерно оглядывал лиловые шаровары. Торговец в свою очередь тискался вокруг него и пытался всячески ему годить.
– Ай, Зафар! Лиловый цвет тебе очень подойдет под цвет твоих васильковых глаз.
– Думаете? – хмыкнул Зафар все также высокомерно.
– Вай-вай! Зачем думать? – искренне удивился старик! – Я знаю это! К тому же у нас есть рубашка точь в точь такого цвета.
Зафар начал оглядываться за спину старика, чтобы найти ту самую рубашку.
– Нет нет – замотал головой торговец, – я ее храню только для избранных покупателей, таких как ты. – защебетал торговец – Поэтому не выставляю на прилавок.
С этими словами старик достал из сундука, на котором только что сам сидел действительно лиловую рубашку на золотых пуговичках. – Ты только посмотри…
Глаза старика заблестели. Казалось, что старик спрятал эту рубашку для себя, а вовсе не для избранных покупателей. И лишь «васильковые глаза» Зафара одурманили его и вынудили его продать его сокровище.
– Не откладывай их далеко за прилавок, – Зафар мельком оглядел рубашку, – я подумаю и завтра приду.
Старый торговец, улыбнувшись, закивал головой. Но стоило Зафару уйти, он разочаровано сплюнул ему вслед.
– Он мне тоже не нравиться. – кивнул в сторону Зафара Ашух.
– От чего же? – удивился Хаим. Хаим Зафара лично не знал, и был уверен, что и у Ашуха он не был в друзьях. О Зафаре он лишь знал, что он из богатой семьи и то, что он любит шелковые шаровары (благодаря тому, что он из богатой семьи).
Ашух другу не ответил. А Хаим ухмыльнулся, ведь он догадывался, уж очень Ашух не любил мальчика
Солнце клонилось к закату, аломийцы уже потихоньку покидали узкие душные улочки рынка и разбредались по местным кофейням.
А торговцы, после жаркого дня, уставшие, но довольные, закрывали свои лавки до завтра.
Мальчики сидели на центральной площади, на кирпичном фонтане, наслаждаясь прохладными брызгами воды. Не договариваясь они медленно встали и направились в сторону дома, так как понимали, что уже поздно и в Султанате знаний все курсы уже закончились.
– Хаим, смотри, хэхэ – Ашух внезапно остановился и поглядел на фонтан.
– Чего там? – зевая спросил Хаим.
– А ты глянь, не ленись.
– Ну фонтан, так фонтан. Он уже там 1000 лет как…
Хаим застыл на месте. Только сейчас он разобрал, откуда льет тонкая струйка водички. Из клювов огромных птиц, с гривами львов и с клювами орлов. Они были огненно-красного цвета и были невероятно огромны, достигая в высоту 4-х верблюдов.
– Ага, вот видишь!
–Те самые птицы великаны, про которых рассказывала достопочтенная Фейхала. Вот значит, как они выглядели!
– Выглядели бы, если бы существовали бы на самом деле.
Тут Хаим разглядел за струйками фонтана нечто, от чего у него от напряжения челюсти свело.
–Ты тоже его видишь?
– Да. – тихо подтвердил Ашух, заприметив грубую фигуру Дадалбана по ту сторону фонтана.
– Ну стоит себе и стоит – голос Хаима немного задрожал. – Подумаешь. – Он неуверенно посмотрел на Ашуха.
– Я тоже так думаю. Разбойники может тоже любят фонтаны. Но я думаю, что нам уже давно пора домой.
– Да, мы совсем потеряли счет времени.
Не признаваясь друг другу, что им обоим боязно, мальчики свернули на восточную улицу рынка и все быстрей набирая шаг, направились домой. Восточная улица выходила на улицу Песочной печали.
– Будто город вымер. – попытался отвлечься Хаим от беспокоящих его мыслей.
– Тебе не показалось, что он сверил нас взглядом? – видимо Ашух решил не подыгрывать своему другу. То ли не нашел в себе сил для этого.
– С чего бы это? – с нарочитым безразличием ответил Хаим
– Может потому что мы вчера видели то, что нельзя было видеть?
– А ему то откуда знать, что мы видели? Если нас он не видел.
– Ну… он думал, что его никто не видит, мы думали, что нас никто не видит.
– Этого нам еще не хватало. – прошипел Хаим, ускоряя шаг.
На восточной улице рынка жизнь окончательно застыла, не осталось ни одного торговца. При других бы обстоятельствах Хаим бы не придал этому значение. Но сейчас эта тишина и безлюдье выглядели зловеще.
– Ты не думал, что бы это могло быть? – Ашух почесал двумя руками голову. Но не потому что задумался, а потому что со вчерашнего дня у него усиленно чешется голова.