Город древних
Шрифт:
«Магико-технический конструкт четвёртого уровня. Текущее состояние – не активен. Восстановление работоспособности – невозможно».
«Хм, смотрите-ка, нечто является каким-то магическим конструктом. Но вокруг, кроме этого самого памятника, ничего нет. Неужели это он? – удивился я. – Хотя вполне может быть. Ведь внутри его всё-таки прослеживается какой-то очень слабый отголосок когда-то существовавшей в нём ментальной структуры, и теперь я вижу несколько устоявшихся каналов протекания энергии. Только всё это давно мертво, – уже более здраво рассудил я и ещё раз посмотрел на статую. – Интересно, – задумался я над увиденным, – заметить всё это у меня получилось лишь благодаря моим новым способностям или нет? Ведь раньше я такой чувствительностью точно не обладал, даже когда переключал свои возможности
Между тем практически сразу, как мной было получено сообщение, ко мне пришло понимание того, что это результат работы плетения, созданного моим другом оборотнем. Но вот что странно – сам я ничего об этой статуе так узнать и не смог, несмотря на все мои новые возможности и умения, зато плетение корнола дало хоть и очень куцый, но, главное, хоть какой-то результат.
«Как это возможно? – Этот вопрос так и крутился у меня в голове. – Слишком это простое плетение, чтобы оно могло проанализировать и сравнить с чем-то полученные данные, выдать какой-то результат».
Это было непонятно. Но тем не менее так оно и было, и дальнейшие слова корнола подтвердили мою версию, когда он расслабился и спокойно сообщил нам:
– Всё в порядке. Немного перестраховался.
Однако я ему не очень поверил ему и поэтому переспросил:
– Так что же тебя так насторожило? – Не хотелось говорить Лениавесу, что его это нечто смогло очень напугать, как я увидел.
Наш скрытный оборотень, похоже, знал о подобных памятниках старины гораздо больше, чем мы с Эреей.
– Всё дело в этом истукане. – Корнол указал на статую в стене.
Я недоумённо посмотрел сначала на него, потом вновь на статую и повторно смог рассмотреть лишь очень слабый ментальный след когда-то протекавшей внутри его ментоэнергии, но так и не понял, что бы могло так сильно насторожить корнола. По замеченному следу мне не удалось вычислить даже мизерной крупицы информации о данном памятнике или его предназначении, если, конечно, таковое хоть когда-то было. Правда, интуиция, да и элементарная логика подсказывали мне, что тут я, вероятно, очень даже не прав и этот памятник выполнял тут не только роль украшения данного тёмного и малопосещаемого коридора, но и нечто более значительное.
– А что с ним не так? – уточнил я у Лениавеса. – Сейчас-то, как я понимаю, он для нас совершенно безопасен.
– Вот именно, – ответил мне тот, – что сейчас он для нас совершенно безопасен, но когда-то мог быть и очень даже опасен. Только вот как ты это определил, интересно? – спросил он у меня, хотя было видно, что вопрос риторический и отвечать на него не требуется.
Однако я всё же ответил:
– Почувствовал, – и посмотрел на корнола, – но большего о нём я сказать не могу, по мне так это какая-то скульптура или памятник.
– Твоя интуиция тебя не подвела, – подтвердил мои слова корнол, – однако это не просто памятник, оставленный посреди тёмных туннелей. Как вы могли заметить, эти туннели особо и не украшал никто. – И указал на него: – Знакомьтесь, это магический страж, и нам очень повезло, что он уже множество столетий как мёртв.
– Кто это? – переспросил я, очень уж меня заинтересовало его название.
В арсенале известных мне умений, насколько я помню, присутствовали некие стражи, различные варианты сигнализации, но это было нечто нематериальное, в отличие от вполне реального истукана, стоящего передо мной.
Эрея сделала пару шагов и поражённо замерла напротив статуи.
– Настоящий магический страж древних! – в восхищении проговорила девушка. – Как жаль, что он неактивен, можно было бы попытаться увидеть хотя бы часть плетений, которые составляли его основу.
– Или умереть, – с насмешкой добавил корнол. – Магические стражи древних очень страшные противники, на них совершенно не действует магия, и они практически неуязвимы. Единственное, что можно было сделать, столкнувшись с ними, – это убежать. Они не могут далеко отойти от точки своей привязки. Но это ещё нужно успеть сделать – кроме всего прочего, они очень быстры. А поэтому существ, столкнувшихся с магическим стражем и сумевших рассказать об этом, не очень много. – Похлопав девушку по плечу, он ободряюще добавил, поддержав её стремление: – Хотя и мне было бы интересно исследовать действующего стража.
Послушав их и осмыслив сказанное корнолом, я уже более заинтересованно вклинился в их разговор.
– Так кто эти магические
– Это некие конструкты, как мы их называем, големы, созданные и управляемые магическими плетениями, внедрёнными в их физическую структуру и функционирующими за счёт использования магической энергии, – объяснил мне Лениавес и обвёл рукой силуэт голема, как бы говоря: «Полюбуйся, они именно такие и есть». – И настолько высокого уровня создания магических существ со времён древних магов так никто и не смог достичь, – продолжил рассказывать он. – До сих пор в развалинах старых городов, многих подземельях и подвалах или просто каких-то секретных лабораториях, библиотеках и на важных одиночных объектах встречаются функционирующие магические стражи. Обычно их создавали на основе какого-то истукана, сделанного из любого прочного и долговечного материала. Чаще всего применяли камень. Он прост в обработке, и его легко достать в любом месте. Но нередко големов создавали и из более дорогих материалов, как полностью, так и заменяя им отдельные части тела. Например, их руки делали из железа, глаза, уши и внутренние накопители – из золота, кристаллов и драгоценных камней, на различные нужды подчас использовали редкие породы дерева. Ну а среди тёмных магов, демонологов и некромантов особенно ценились различные части костяных големов, к сожалению, именно их в целом и относительно неповреждённом состоянии сейчас уже практически не удавалось найти. Однако из некоторых дошедших до нас сведений именно костяные големы были наиболее сложными магическими конструктами. При этом именно они могли выполнять наиболее сложные, требующие немалой сноровки работы. Но если судить в общем, то за основу построения магического конструкта можно взять всё что угодно. Что древние с успехом и делали. И это же смогли понять и мы. Основные их секреты так и ушли вместе с ними, и главным в этом случае являлось: а что же происходило с големом потом? Ведь, по сути, они умудрялись вложить в это изваяние некое подобие жизни на основе внедрения в него необходимых плетений, которые будут позволять голему выполнять ряд сложных разветвлённых алгоритмов, вызывающих последовательность каких-то определённых действий, учитывающих множество сторонних факторов и условий, влияющих на его дальнейшее поведение. Как говорят различные найденные книги, свитки и наши собственные исследования ещё работающих стражей, созданные древними изделия были полностью автономными агрегатами и практически ничем не отличались по своим возможностям от других разумных, по крайней мере в плане выполнения поставленной задачи. И кстати, стражи – это обобщённое и упрощённое название всего класса подобных магических изделий. В реальности же различных типов големов было гораздо больше. И они выполняли не только охранные функции. Мне точно известно, что существовали големы, проводившие различные горнодобывающие работы, также были найдены обломки големов, работа которых, предположительно, была связана с морем или подводной деятельностью. Большего я рассказать, к сожалению, не могу, не моя тема, в основном работа с големами ложится на плечи артефакторов. Вот они действительно смогли бы тебе помочь с этим вопросом.
– Понятно, – сказал я, – но и это уже гораздо больше того, что я знал раньше. – И, заинтересовавшись подробностями, рассказанными корнолом, подошёл к статуе поближе, рассматривая её.
Она была сантиметров на тридцать выше меня и выглядела гораздо массивнее, но что главное – когда я стянул с неё нависшую паутину, то понял: это лишь полный комплект доспехов из какого-то слегка тусклого металла и он совершенно пуст внутри.
«Видимо, истукан, на которого они раньше были надеты, истлел или рассыпался в пыль», – понял я, заглядывая внутрь. И случайно в этот момент одной из костяных пластин зацепил небольшую заусенку, притаившуюся на самом краю забрала стоящего передо мной стража.
Похоже, только этого мгновения и ожидали древние его останки, держащиеся, видимо, лишь на честном слове и остатках той паутины, что я с них так предусмотрительно счистил, чтобы с неимоверным грохотом осыпаться мне под ноги. О мой ботинок с негромким гулом стукнулся докатившийся до него каплевидный шлем с приоткрытым забралом.
– М-да… – протянул я, разглядывая лежащие у моих ног латные доспехи. Они напоминали готические, с аналогом литой куртки, защищающей грудь и спину, наручами и поножами. Хотя при этом никакой вариации на тему защитных башмаков у этого комплекта не было.