Город Дождя
Шрифт:
– А кто такой Золотусский?
– Тот, кто руководит серыми, направляет их.
– Интересненько... Думаю, что торговцам надоела и таракановщина, и серые... Н-да... Но не разгромят ли они в порыве энтузиазма весь город?
– Нет, не думаю... Разве что - половину, - пошутил Генрих.
– Что ж... Идея с торговцами, может, и сработает... Что ж, а сейчас, пойду я к врану, - и Шнобель вышел во двор.
Пока Оливер вместе с другими послушниками чистил свинарник, вран, казалось, дремал на ветке дерева. Услышав шаги подходившего
– Пр-ривет!
– Привет! Как дела?
– Ой, не спр-рашивай. Я контр-ролирую Кр-роласа. Тар-раконов сильную дозу излучения ему впаял в мозги.
– Не хочешь прогуляться с нами, навестить дядю Осю?
– Нет. Пока не могу. Адр-ресок дать?
– Да, конечно.
Вран подробно объяснил, как добраться до дяди Оси. Потом добавил:
– Остор-рожно. Остер-регайтесь сер-рых... Жду вас обр-ратно.
Шнобель вернулся к Генриху. Сказал:
– Я узнал адрес дяди Оси. И одного я вас не отпущу. И еще... Переодеться бы вам, на всякий случай. Чтобы не привлекать излишнего внимания серых.
Тут в беседу вмешался отец Даниил. Он сказал:
– Знаете ли, мои ребята - монахи довольно часто выходят в город: в конце концов, одежду какую купить, обувь, что-то из еды - да мало ли чего. Мы же тоже люди. Так что, мы, думаете, по городу в рясе ходим? Нет, конечно. Это же опасно. Могут и побить. И у нас целая отдельная комната имеется, она называется "переодевальня". Там есть всё необходимое для выхода в город. К примеру, костюмчики различных фасонов и размеров. И грим. Вы, Генрих, худенький, как мои ребятки, и легко подберете одежду по размеру.
И отец Даниил сам проводил Генриха и Шнобеля в "переодевальню".
Генрих выбрал среди гардероба (а вся одежда была тщательно выстирана и проглажена) клетчатую рубаху, плотные коричневые джинсы, шляпу с полями от солнца и коричневый нашейный платок. С собой он также прихватил нож, изъятый из собственной одежды.
Шнобель остался одетым по-прежнему: так, как вырядился в универмаге, будучи в нём вместе с Кроласом. Только переобулся: свои псевдокотурновые туфли сменил на бутсы-вездеходы, приличные и пригодные для бега по улицам и попадания в переделки. В карман он засунул псевдопистолет, имеющий форму бластера, но заряженный "ромашкой - 4", и зачем-то небольшой моток веревки ("профессиональная" привычка, что ли?). Теперь эта парочка смотрелась вполне в стиле людей, обделывающих делишки в околомафиозных торговых кругах.
Отец Даниил вывез их за территорию монастыря на машине с темными стеклами и довез до ближайшей церкви. Там он завел машину в небольшой прицерковный дворик и закрыл ворота. Потом, через внутренний проход, провел Шнобеля и Генриха в церковь. Там они постояли около икон, помолились, перекрестились... И пошли к выходу, изображая из себя братков, которых посетил внезапный прилив совестливости или суеверного страха. Выйдя на улицу, эта пара заспешила к ближайшей станции метро, чтобы добраться до Батайского района Ростова.
Пока они добирались
Так, какой-то ханыга спросил:
– Эй, парни, закурить будет?
– приближаясь, и держа руки в кармане.
Шнобель демонстративно порылся в пиджаке, оттопырив фалды. И спокойно достал псевдобластер. Наведя его, как бы случайно, на ханыгу, он другой рукой стал рыться в верхнем кармане, а потом сказал:
– Да знаешь, паря, по дороге сигары где-то выпали.
Ханыга попятился задом, руками нашарил дверь подъезда - и растворился в темноте. В её глубине, похоже, сидели в засаде его дружки. И поджидали удачного момента для нападения.
В другой раз, братва выскочила из подворотни, напав сзади. Первый из выскочивших добежал до Генриха и схватил его за шею, обхватом, но тот резко перекувыркнул нападавшего через голову и скрутил его болевым приемом. Бывший нападавший заверещал, и в это время Шнобель стал в боевую стойку, готовясь встретить остальных. Генрих оставил своего противника валяться в пыли, для верности хорошо пнув его ногой под рёбра. Дальнейшей атаки не последовало, остальные братки тихо рассосались. И далее Генрих со Шнобилем проследовали до самого замка дяди Оси совершенно спокойно.
– Веселый район, - заметил Генрих.
– Когда говорят, что батайские бандиты, мол, напали, - ответил Шнобель, - это, чаще всего, слишком громко бывает сказано. На деле - так, мелкая шушера здесь развлекается или начинающие бандиты-подростки на прохожих практикуются. Шваль всякая.
В это время они подошли к "пропускному пункту" перед мостом и особняком дяди Оси. Шнобель нажал на кнопку дежурного телекса на проходной. И, неожиданно для него, его спутник отодвинул его от экрана. А потом, с полной сосредоточенностью и собранностью глядя в телекс, твердо сказал:
– Здравие, Большой Папа! Я - Коричневый Архангел, мне требуется разговор.
И этого вполне хватило. Они прошли фейс - контроль...
Мост был спущен. Прошествовав через мост и ворота замка, они поднялись по центральной лестнице. Откуда-то сверху, из автоматического устройства, голос проговорил:
– Идите в кабинет. Дверь налево.
В кабинете дяди Оси было прохладно; на кондиционере выставлен режим "легкий бриз". Дядя Ося сидел, одетый в домашний костюм: брюки, жилетку, яркую рубашку, галстук. Он курил сигарету и рассматривал документы на папире, которые стопками лежали на его столе. Отодвинув от себя бумаги, он отпил из стоявшей перед ним чашки немного дымящегося кофе и спросил:
– Что вам будет угодно, господа? Вы и есть легендарные хакеры Ростова?
– Да, - ответил Генрих.
– Мы - хакеры, и у нас к вам есть некоторое деловое предложение. Не знаю, придется ли оно вам по вкусу.
– Ну что ж, вы, быть может, знаете, что с кем-кем, а с хакерами, даже самыми мелкими, я и мои люди общаются с интересом. Ваша информация дорогого стоит. Да, и ещё... Никому из наших ещё не удавалось лицезреть Коричневого Архангела... Наслышаны, уважаем. И каковы будут ваши пожелания - и ваши предложения?