Город дождей
Шрифт:
Мы с Элин были совершенно разными. Даже в выборе оружия мы были полными противоположностями. Она предпочитала лук, в то время как я, всегда полагалась на огнестрельное оружие.
Когда-то в далеком детстве мы были очень похожи внешне, но видимо, это исчезло во время подросткового возраста. Элин довольно импульсивна и часто идет на поводу у своего чутья. Последний год она потратила на укрощение своего нрава, так как подобный характер часто подвергает ее и всю
– Меня волнует вовсе не его предложение, - она грустно посмотрела на меня. – А тот факт, что ты раздумываешь. Эта работа, - она указала на людей вокруг. – Вся наша жизнь. Мы посвятили ее охране человечества, а теперь, ты вдруг раздумываешь об уходе.
Я схватила сестру за локоть и посмотрела в ее глаза. Мы действительно жили только этой работой после того как узнали правду. Ночь за ночью мы преследовали убийц и это никогда не прекращалось. Моя дорогая сестренка считала это судьбой.
– Я не собираюсь принимать предложение Шона, - она оценивающе осмотрела мое лицо. – Довольна?
– Да, вполне, - она махнула своими густыми волосами и усмехнулась.
Я не смогла удержаться от улыбки. Она не переставала меня удивлять. В одну минуту она может вести разговор, не выражая никаких чувств, а в другую, на ее лице играет улыбка из-за детской шутки.
– Пакуй вещи, - я кивнула в сторону ее вещей и прокричала для всех остальных, - Через три минуты выдвигаемся!
– Нора! – раздался голос в глубине зала.
Обернувшись, я посмотрела в сторону технического отдела. Макс, ответственный за все оборудованье и за проведение операций, спотыкаясь бежал ко мне. В его руках был планшет, и он не отрываясь смотрел на него.
На нем были темные джинсы, которые ужасно свисали с него. Рукава кофты были небрежно закатаны до самого локтя. Под глазами виднелись мешки из-за недосыпа. «Сколько-ко же чашек кофе он выпивает в день?» - порой задумывалась я. Он практически никогда не покидал своего рабочего места так как отслеживать угрозу приходилось каждую ночь.
От замены или помощника Макс категорически отказывался. Порой, я чувствовала жуткие угрызения совести, что именно он занимается этим. Ему нравилось помогать людям после того как он сам стал жертвой нападения. Мы спасли его несколько лет назад, и он попросился к нам в команду. Найти похожего специалиста крайне тяжело, не говоря уже о том, что я не могла рассказывать людям правду о сумеречном мире и его обитателях.
– Да, Макс? – я спрятала пистолет в кобуру и сложила
Он протянул мне планшет и указал на фотографию. На экране высвечивалась информация о каком-то мужчине. На фотографии отображалось лицо мужчины лет тридцати. Унылый взгляд в сочетании с порванной и истрепанной одеждой вызывал одновременно чувство опасности и жалости к человеку. «Если он – человек…»
– Его зовут Лука, тридцать два года, ни семьи, ни близких родственников, - прошептал Макс, перелистывая его анкету в базе ФБР.
– Пару раз был задержан за пьянство и вандализм, но почти год назад ограбил два ювелирных магазина, которые принадлежали Харрелу и его это впечатлило.
– То есть, его обратили, - предположила я.
Именно таким образом вампиры зарабатывали себе на жизнь. Их общество основывалось на иерархии. Вампир обращает человека и становиться его Мастером, он обязан объяснить новичку правила жизни вампира и защитить его, если тот влипнет в неприятности. Каждый вампир, обязан платить своему Мастеру что-то вроде налога, иначе это карается «второй» смертью. Поэтому, они часто обращают либо тех, кто сможет запросто обогатить их, либо сможет продвинуть их авторитет в обществе вампиров.
А Фин Харрел – самый могущественный из известных мне вампиров. Никто точно не знает сколько ему лет, но его последователи разъехались по всему миру. Самые «низшие» из них стараются всячески впечатлить Мастера, чтобы сделать свою жизнь чуточку приятнее.
– Вчера он ворвался в дом к главному директору одной крупной компании. Он не только ограбил этого человека, но и «закусил» его семьей.
Следующая фотография была с места преступления. Девочка лет двенадцати лежала на белоснежном ковре в милом платье с куклой в руках, ее пустынные глаза смотрели куда-то наверх. Казалось, будто горло перегрызли, белоснежный ковер окрасился в ало-красный цвет крови.
Мать погибла прямо в дверном проеме. Ее лицо застыло от ужаса, глаза были расширены, а рот раскрыт. Я будто слышала ее крик, смотря на фотографию.
Именно в такие моменты я ненавидела свою работу. Слишком многое стояло на кону - жизни невиновных женщин и детей. И, как показывала практика, это происходило из-за денег – пустых бумажек.
– Ты нашел его? – я вернула Максу планшет не в силах больше смотреть на фотографии.
– Да, примерно несколько минут назад он зашел в бар на Юг-Вашингтон-стрит. Координаты введены в GPS фургона.