Город чужих

Широкова Лана

– Вы что-то долго, – произнесла она. – Ну, что сказал Фрэнк?

– Все в порядке, жить буду, – ответил он, открывая водительскую дверь.

Оливер сел в машину, поправил зеркало заднего вида и подумал: не вернуть ли Лили домой? Но тогда она могла бы заговорить с отцом о деле, а этого он никак не мог допустить. Так что, посмотрев на часы – время обеда, – он решил, что пусть пока катается вместе с ним.

– До встречи еще есть время, – произнесла она. – Если честно, я ужасно хочу есть, вы не против заехать в закусочную?

– Да, не помешало бы, – ответил он.

– Тогда закусочная у Рона? –

Она пристегнулась и улыбнулась.

– Закусочная у Рона, – повторил он, и они неспешно двинулись по дорогам.

– Не против, если я включу радио? – спросила Лили, Оливер слегка дернулся. – Я знаю, что вы не любите нашу музыку, но я очень тихо, правда.

Лили с такой мольбой посмотрела на него, что Оливеру пришлось кивнуть. Она улыбнулась, включила магнитолу, настроила нужную волну, и заиграло уже такое привычное для этих мест кантри. К счастью, Лили не стала петь, и они довольно скоро выехали на центральную улицу и припарковались. И когда вышли на улицу, Оливер вдохнул грудью холодный горный воздух, хотя ребра и отдались болью. Прошли мимо закрытой цветочной лавки, перешли дорогу, зашли в закусочную, переполненную людьми, и в нос ударил запах жареного мяса.

– О, точно, сегодня же четверг, – обрадовалась Лили, – значит, в меню острые бургеры.

Но не успели они сесть за стол, как Оливер почувствовал на себе неприятный взгляд хозяина закусочной. Рон жарил котлеты, а когда они встретились взглядом, тот остановился, отложил лопатку и на удивление с озлобленностью на него посмотрел. Оливер прошел дальше, сел за стол, Лили расположилась напротив, и на этот раз чернокожая широкобедрая официантка довольно быстро к ним подошла.

– Нина, два бургера дня, – сделал заказ Оливер, – и в одну тарелку положи, пожалуйста, побольше картошки.

– Рада видеть, что вы наконец-то захотели поесть, – произнесла Лили.

– Это я для вас, – ответил он, отчего она улыбнулась и хотела еще что-то сказать, как вдруг из кухни вылетел весьма сердитый Рон и грозно подошел к ним.

– Вон отсюда! Вы оба, – произнес он довольно твердо и зло.

– В чем дело, Рон? – удивилась Лили.

– Я сказал: пошли вон из моей закусочной! – Рон говорил так громко, что все посетители обратили на них внимание. Оливеру не хотелось устраивать разборки при всех и привлекать к себе совсем ненужное внимание, так что он встал и посмотрел на Лили. Та, похоже, никуда не собиралась: вцепилась в столешницу и вызывающе смотрела на Рона. И Оливер, твердо на нее посмотрев, кивнул на дверь. Она резко встала из-за стола, явно таким раскладом недовольная, но его послушалась.

– Да что это с ними такое? – возмутилась Лили, немного отойдя от закусочной.

– И мне очень интересно, – ответил Оливер, наблюдая, как к закусочной подъехал серый фургон, и из него вышел курьер – Зак, которого он видел в саду у Джеки. Задняя дверь закусочной открылась, Оливер оттолкнул Лили за угол, сам встал там же и стал смотреть, как Рон вышел принимать коробки.

– Ай, ладно, – произнесла Лили, – заедем в «Волмарт», он по четвергам не закрывается…

Вдруг его сознание сосредоточилось только на коробках. Мысли потекли одна за другой. Он приехал сюда в четверг, Джеки тоже была убита в четверг. Рон закрывался каждый четверг, Стефания оставляла детей каждый

четверг… И в голове Оливера все наконец-то сложилось, как складывалось до этого много раз перед смертью жены, на всех делах, которые он вел.

– Вот как, – тихо произнес он и, дождавшись, пока курьер сядет в свою машину, резко вышел из-за угла и зашагал в сторону Рона, а тот, заметив его, нахмурился и выпрямился.

– Я же сказал вам проваливать, – бросил он, но Оливер был настолько уверенным в своих догадках, что не сбавил шаг. Лили семенила за ним, Рон угрожающе сжал кулак единственной руки, покраснев от злости, а Оливер отодвинул свою куртку, показывая кобуру с пистолетом.

– Думаю, что не стоит, – произнес он, и, похоже, это подействовало: Рон разжал кулак, а Оливер отметил, что в момент злости Рон был очень похож на своего брата Джима.

– Что вы от меня хотите? – выдохнул он носом.

– Вы спите с женой брата? – в лоб спросил Оливер, отчего Рон открыл рот. – Вы спите с ней каждый четверг, правильно? Она приезжает сюда, когда закусочная закрыта?

– Что за бред?! – воскликнул он.

– Зачем каждую неделю закрывать закусочную, терять деньги?

– Как я веду дела, не ваше дело, – бросил Рон.

– Вы спите с ней уже очень много лет, – продолжал Оливер и чувствовал этот азарт от допроса: сердце билось, и ничего не могло переубедить его в своих догадках. – Она же вам поэтому дала денег на закусочную. Один вопрос: дети ваши или все же шерифа?

– Хватит! – Он поднял одну руку, оглядываясь.

– Она была с вами вечером в четверг, десятого августа? – спросил он, но Рон молчал, и Оливер решил давить на него до конца. – На что вы рассчитываете? Думаете, что если ваш брат пьет, то опека передаст вам детей? Уверяю, я могу с легкостью вмешаться в это дело и дать вам такую рекомендацию, что вы племянников больше не увидите. Так что я повторю свой вопрос: Стефания Тэтчер была с вами, когда убили Джеки?

– Да, она была со мной, черт возьми! – выкрикнул Рон и осекся: – Я не мог… Я хотел, я собирался сказать, но знал, что если кто-то узнает… Она мне поклялась, что сделает с собой что-то ужасное, если хоть кто-нибудь узнает о наших с ней отношениях.

– Дайте догадаюсь, боялась, что о ней подумают люди?

– Стеф – хорошая женщина, – вздохнул Рон, – пусть нервы у нее иногда и шалят.

– Почему она не ушла к вам? – спросил Оливер. – Джим же хотел с ней развода.

– У нее большой дом, красивые дети, уважаемый муж. Зачем ей калека из закусочной? – пожал плечами Рон.

Оливеру нечего было ответить, он лишь поднял высоко брови и подумал, что, похоже, Рон был таким же странным, как и жена шерифа, неудивительно, что они нашли общий язык.

– Когда вы отпустите Стефанию, обещайте: она не узнает, что это я рассказал про ее алиби.

– Такого я вам обещать не могу, – покачал головой Оливер и почувствовал, как разозлился. – У вашего молчания вышла очень высокая цена, мы могли уже упустить настоящего убийцу.

Оливер бросил на него хмурый взгляд, развернулся и твердым шагом покинул площадку перед служебным входом закусочной. Лили побежала за ним. Они перешли дорогу и сели в машину.

– Кажется, острых гамбургеров мы уже не попробуем, – усмехнулся он, положив руки на руль.