Город богов
Шрифт:
— Да. Коло, — прошептал Раоден.
Он наконец-то собрался с духом и взглянул на раненого мальчишку. На него смотрела огромная рана. Из нее медленно сочилась кровь, как будто жидкость неподвижно стояла в венах, подобно затхлой воде в пруду.
Охваченный внезапным холодом, Раоден приложил ладонь к груди.
— Мое сердце не бьется, — впервые осознал он.
Галладон посмотрел на Раодена, как если бы тот выдал совершенно идиотское замечание.
— Сюл, ты мертв. Коло?
…Мальчишку они не сожгли. Не смогли найти ничего нодходящего для разведения костра, да и Галладон
Так что они оставили мальчика лежать под стеной дома. По лицу Галладона нельзя было сказать, что его затронуло происшедшее; но Раоден согласился только потому, что не мог предложить другого выхода, хотя чувство вины терзало его гораздо сильнее боли в ушибленном пальце.
Галладон равнодушно повернулся к принцу спиной и зашагал обратно по аллее, обходя стонущих кое-где в канавах элантрийцев. Он ясно давал понять, что ему совершенно безразлично, последует ли Раоден за ним или останется разглядывать замысловатое пятно на стене. Принц смотрел, как удаляется темнокожий дьюл, и пытался понять, что делать дальше, но после пережитого за день мысли разбегались. Раньше его ожидала карьера политика; наставники годами готовили Раодена мгновенно оценивать изменившуюся ситуацию. И сейчас пришла пора воспользоваться их наукой: он принял решение довериться Галладону.
Было в дьюле что-то симпатичное, что притягивало к нему Раодена. Ему нравились спокойная рассудительность и бодрое отношение Галладона к жизни, и принца не покидала уверенность, что плотная маска пессимизма, которой прикрывался дьюл, скрывает немало достойных качеств. Раоден видел его глаза, когда тот смотрел на страдающего мальчика. Галладон мог утверждать, что смирился с неизбежным, но судьба парня не оставила его равнодушным.
Дьюл устроился на прежнем месте на ступеньках. Раоден решительно подошел ближе и остановился в ожидании.
Галладон посмотрел на него.
— Что тебе надо?
— Мне нужна твоя помощь. — Раоден присел на корточки перед ступеньками.
Галладон фыркнул.
— Ты в Элантрисе, сюл. Такого понятия, как помощь, здесь просто не существует. Боль, безумие и масса грязи — это пожалуйста.
— Можно подумать, ты сам в это веришь.
— Ты не к тому обращаешься, сюл.
— Ты — единственный человек из встреченных мною в этом городе людей, который не пытался на меня напасть, — возразил Раоден. — Твои поступки расходятся со словами.
— А может, весь секрет в том, что я и так знаю, что у тебя ничего нет?
— Не верю.
Галладон пожал плечами, словно говоря, «мне наплевать, во что ты веришь», привалился к стене дома и закрыл глаза.
— Хочешь есть? — негромко спросил Раоден.
Глаза дьюла тут же распахнулись.
— Меня всегда занимало, чем король Йадон кормит элантрийцев, — задумчиво произнес принц. — Никогда не слышал, чтобы в город поставлялось продовольствие, но мне не приходило в голову, что может быть иначе. Но раз мы живем без сердцебиения — значит, можно обойтись и без еды? Вот только голод мы ощущаем как и обычные люди, если не сильнее. Еще утром я удивился внезапному аппетиту, а сейчас есть хочется еще больше. И, судя по напавшей на меня шайке, со временем становится только хуже.
Раоден залез под запятнанную мантию, вытащил тонкий ломоть сушеного
— Откуда ты взял мясо? — процедил Галладон.
— Оно выпало из корзины, когда жрецы вели меня сюда; я не знал, куда его деть, и засунул за пояс. Так ты голоден или нет?
Галладон помолчал, внимательно его рассматривая.
— И почему ты считаешь, что я не отберу его силой?
В словах звучала отнюдь не пустая угроза — Раоден видел, что дьюл всерьез обдумывает такую возможность. Оставалось только выяснить, готов ли он перейти от слов к делу.
— Ты называешь меня сюлом. Ты собираешься убить того, кого назвал другом?
За время разговора Галладон выпрямился, завороженный запахом мяса; из уголка его рта незамеченной стекла крошечная капля слюны. Он перевел взгляд на Раодена, лицо которого выражало все возрастающую тревогу. Стоило их взглядам встретиться, хищный блеск в глазах дьюла погас и растущее в воздухе напряжение растаяло. Галладон раскатисто хохотнул.
— Ты знаешь наш язык, сюл?
— Несколько слов, — уклончиво ответил Раоден.
— Образованный? В твоем лице Элантрису досталось жирное подношение. Ладно, выкладывай свои условия, хитрый ты руло.
— Я прошу тридцать дней, — заявил Раоден. — В течение тридцати дней ты покажешь мне город и расскажешь все, что знаешь о здешней жизни.
— Тридцать дней? Сюл, да ты каяна.
— Как я понимаю, — Раоден спрятал мясо обратно за пояс, — единственную пищу, которая попадает в город, приносят новички. Учитывая, как скупятся жрецы на подношения и сколько здесь ртов, я бы предположил, что здесь можно здорово проголодаться. Или лучше будет сказать — обезуметь от голода?
— Двадцать дней. — Галладон, видимо, взбодрился, и в его голосе зазвучала прежняя напористость.
— Тридцать, Галладон. Если ты не хочешь помочь, я найду кого-нибудь еще.
Галладон стиснул зубы.
— Руло, — проворчал он и протянул руку. — Тридцать дней. На твое счастье, длительных поездок на этот месяц я не планировал.
Раоден со смехом бросил ему мясо.
Дьюл поймал кусок на лету. Трясущимися пальцами он потянул его в рот, но на полдороге взял себя в руки, бережно спрятал сушеный ломоть в карман и встал.
— И как же тебя звать?
Раоден задумался. «Наверное, разумнее будет пока никому не говорить, что я из королевской семьи».
— «Сюл» — меня вполне устроит.
Галладон хмыкнул.
— Скрытный ты парень, как я погляжу. Ну ладно, пошли. Пора тебе оглядеться вокруг.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Не успела Сарин спуститься с палубы корабля, как обнаружила, что стала вдовой. Новость потрясла ее, но ни горьких слез, ни отчаяния, каких можно было ожидать от внезапно овдовевшей женщины, сообщение не вызвало. В конце концов, Сарин никогда не встречала своего мужа. Строго говоря, его и мужем нельзя было назвать: когда принцесса покидала родные земли, они с Раоденом были только помолвлены. И у нее имелись все основания полагать, что Арелонское королевство отложит свадьбу до ее прибытия; по крайней мере, на ее родине для вступления в брак требовалось присутствие обоих: жениха и невесты.