Город бездны
Шрифт:
— У меня на лбу действительно написано неоновыми буквами «богатый и легковерный»? — осведомился Квирренбах.
— Дело в нашей одежде, — сказал я, отпихивая очередного сорванца. — Кажется, вас тоже одевали Нищенствующие. Я просто не обратил внимания.
— Не понимаю, при чем тут одежда.
— Просто это означает, что мы не местные, — пояснил я. — И более того, не из этой системы. Кто еще будет носить одежду Нищенствующих? Это автоматически означает, что мы люди обеспеченные, хотя бы с некоторой долей вероятности.
Квирренбах прижал к
Мы купили горячие, жирные лепешки с начинкой из какого-то таинственного мяса. Помимо того, что оно казалось недоваренным, повар явно переборщил с приправами — возможно, для маскировки прогорклого привкуса. Но на Окраине Неба мне доводилось употреблять и менее аппетитные рационы, поэтому я нашел его более менее съедобным. Квирренбах с жадностью проглотил свою порцию, затем купил еще одну и прикончил ее с то же безрассудностью.
— Эй вы, — послышался голос. — Имплантаты долой?
Какой-то мальчуган тянул Квирренбаха за полу куртки, увлекая его в гущу базара. Одежда паренька через пару недель должна была перейти в разряд тряпок, но пока еще балансировала на грани обветшания.
— Имплантаты долой, — повторил мальчуган. — Вы здесь новенькие, не нуждаться в имплантатах, господа. Мадам Доминика, она их вынет, хорошая цена, быстро, не много крови или боли. Вам тоже, большой дядя.
Паренек вцепился в мой ремень, пытаясь сдвинуть меня с места.
— Это… гм… не обязательно, — вяло возразил Квирренбах.
— Вы здесь новички, костюмы Ледяных, нужно имплантаты долой скорее, пока они не спятили.
— Нет, большое спасибо.
Рядом возник еще один паренек и вцепился Квирренбаху в рукав.
— Эй, господин, не слушайте Тома — посетите доктора Шакала! Убивает только одного из двадцати! Самый низкий уровень смертности в Гранд-Сентрал! Не валяйте дурака, посетите Шакала!
— Ну да, и оставить там мозги, — подхватил зазывала мадам Доминики. — Не слушайте: все знают, что Доминика — лучшая в Городе Бездны!
— И чего мы ждем? — спросил я у Квирренбаха. — Кажется, именно это вы хотели найти?
— Да! — прошипел Квирренбах. — Но не на базаре, в какой-нибудь грязной палатке! Я представлял себе клинику, хорошо оборудованную, хотя бы с намеком на стерильность. Я знаю, мы сможем найти место получше, Таннер, поверьте мне…
Я пожал плечами, и Том заставил меня сделать шаг в свою сторону.
— А чем вам не угодила палатка, Квирренбах?
— Нет! Это не пойдет. Здесь должна быть…
Он беспомощно посмотрел на меня, надеясь, что я перехвачу инициативу и вырву его из рук маленьких
— Заходите первым, — скомандовал я, приглашая Квирренбаха в палатку.
Мы очутились в передней, отделенной от основного помещения. Кроме нас и мальчугана, здесь никого не было. Только сейчас я заметил, что Том отличался поистине волшебной красотой. Мешковатая одежда не позволяла определить пол, лицо обрамляла копна прямых черных волос. С таким же успехом его могли звать Томасиной, но я решил не торопиться с выводами. Из маленькой малахитовой шкатулки, стоящей на столике в окружении ароматических свечек, лилась мелодия ситара, и Том покачивался ей в такт.
— А здесь вполне недурно, — заметил я. — По крайней мере, никаких луж крови. И разбрызганных мозгов я тоже не вижу.
— Нет! — неожиданно решился Квирренбах. — Не здесь и не сейчас. Я ухожу, Таннер. Вы можете остаться или уходить со мной — решайте сами.
— Том говорит правду, — я взял нарочито спокойный тон. — Вам нужно извлечь имплантаты сейчас, если Нищенствующие еще не успели этого сделать.
Он поднял руку и прошуршал ладонью по щетине на голове.
— Может, они просто запугивали нас этими байками.
— Возможно. Но стоит ли рисковать? Сейчас у вас в голове сидит бомба с часовым механизмом. И ее надо извлечь. В конце концов, их всегда можно вернуть назад.
— В палатке? С помощью какой-то мадам Доминики? Я скорее попробую сам — перед зеркалом, ржавым перочинным ножиком.
— Как вам угодно. Если только раньше не спятите от боли.
Паренек уже тянул Квирренбаха за перегородку.
— Что касается денег, Таннер, — мы оба не слишком богаты. Вы уверены, что услуги мадам Доминики нам по карману?
— А вот это уже аргумент.
Я поймал Тома за воротник и мягко втянул обратно в прихожую.
— Нам с приятелем нужно срочно продать кое-какой товар, если только ваша мадам Доминика не занимается благотворительностью.
Поскольку мои слова остались без внимания, я открыл свой кейс и продемонстрировал Тому его содержимое.
— Продать за наличные. Где?
Это сработало.
— Зеленая и серебряная палатка, через рынок. Скажете, что вас послать Доминика, и вас не слишком облапошить.
— Эй, погодите-ка минутку.
Квирренбах уже стоял одной ногой в комнате. Я увидел невероятно тучную женщину, которая сидела на длинной кушетке, рассматривая ногти. Над кушеткой на шарнирных стрелах были развешены медицинские инструменты. Пламя свечей, которые освещали операционную, отражалось от полированного металла.
— Ну?
— Почему я должен быть морской свинкой? Кажется, вы говорили, что вам тоже нужно удалить имплантаты.
— Верно. И я скоро вернусь. Кажется, вы сами говорили про наличные. Мне просто нужно кое-что продать. Том сказал, что я смогу сделать это на базаре.