Город без солнца
Шрифт:
— Это асфоделусы. Они здесь везде растут, — раздался голос моей соседки.
Нервно дернувшись, я выпрямилась и обернулась к Августе, приветливо махавшей мне с тротуара.
— Доброе утро, — поздоровалась я. — Правда?
— Доброе, Вивиан. Да, у меня их тоже полный сад.
— Надо же, — удивилась я, — а ведь не производят впечатления таких уж стойких и выносливых, способных расти далеко на севере.
— Ох, Вивиан, — рассмеялась Августа, — вы не думайте, у нас здесь совсем не холодно. Гленмар со всех сторон окружен горами,
— Понятно, — пробормотала я, поежившись.
Действительно, сегодняшний день ничем не отличался от вчерашнего, такой же туманный и хмурый.
— Ничего, вы быстро привыкните. Все привыкают.
— Да, наверное, — неопределенно пожала я плечами. Это мне точно не светит, не собираюсь здесь задерживаться дольше необходимого.
— Вы собираетесь куда-то идти? Город хотите посмотреть?
— За покупками, — ответила ей. — Не подскажете, где найти магазин?
— О, это совсем несложно. Прямо напротив мэрии — бакалея, за полицейским участком есть мясной, а в квартале от него — хозяйственный. Вы легко их найдете, не переживайте.
— Думаю, у вас тут вообще заблудиться невозможно, — согласилась я.
Где уж тут, если весь город за полчаса можно пройти от края до края.
Видя мое кислое лицо, женщина попыталась приободрить.
— А приходите ко мне в гости вечером. Я как раз кексы печь собираюсь. — Она потрясла бумажным пакетом, в котором булькала большая бутылка молока. — Поболтаем, посекретничаем. Расскажу все про наш город, и вы поймете, какой он замечательный.
Решив, что словоохотливая соседка станет отличным источником информации о городе, быстро согласилась. Обрадованная женщина побежала домой, а я направилась в центр, по пути осматриваясь и запоминая окрестности.
Почему-то Гленмар производил на меня гнетущее впечатление. Дело было то ли в сером камне невысоких домов и тротуаров, то ли в каких-то замученных горожанах, то ли в унылой погоде. Даже зелень деревьев при свете дня казалась какой-то чахлой и вялой. Единственным, что немного скрашивало картину, были цветы. Растущие на каждом углу асфоделусы, клумбы из нежных анютиных глазок и белых анемонов радовали глаз. Пожалуй, им все же не помешали бы яркие краски, но стремление жителей украсить свой город похвально.
Наконец, я вышла на площадь. Но к моему огорчению, телефон не ловил и здесь. Долго ходила кругами, воздев к небу руку с зажатым в ней телефоном, но сигнал так и не появился. Да что же это такое?
Я растерянно оглянулась по сторонам. Несмотря на то, что день был в самом разгаре, центр Гленмара многолюдностью не отличался. Несколько пешеходов, идущих по своим делам, старенький минивэн, что со скрежетом проехал мимо меня, и все. А мобильных телефонов ни у кого не видно.
Зайдя в первый попавшийся магазин, которым оказалась та самая бакалея, я решила прояснить ситуацию у местных.
— Скажите, — обратилась я к нему, — где в вашем городе можно поймать сеть?
— Сеть? — он озадаченно уставился на телефон в моей руке, словно видел такое устройство впервые в жизни. — А, это… Не работают они у нас.
— Почему? — нахмурилась я.
— Так горы, — пояснил мужчина так, словно это было очевидно, — у нас здесь со всех сторон горы. Поэтому и попасть сюда можно только по железной дороге, и связи нет.
— Совсем? И интернета нет? — Неужели в двадцать первом веке у нас в стране еще существуют такие места? Поверить не могу.
— Да, — кивнул он.
— А как же вы без связи живете вообще? — изумилась я.
— Без связи? — мужчина растерялся. — Да вот так как-то и живем.
— Ну а полицию если нужно вызвать? — не унималась я.
Не может быть, чтобы здесь совсем не было телефона. Я конечно в технике не очень разбираюсь, но, пусть даже горы глушат сигнал, что мешает проложить какой-нибудь кабель по железной дороге?
— Полицию? Зачем полицию, у нас здесь тихо и спокойно, — забормотал продавец.
— Ну не полицию, а допустим скорую…
— Так телефон есть.
— Да неужели? — иронично воскликнула я.
И чего из него каждое слово буквально клещами вытаскивать приходиться? Чувствую себя полицейским на допросе.
— Ну да, только он местный у нас, на другие города не идет, — последовал невозмутимый ответ.
Я бессильно выдохнула. Это безнадежно. И что же теперь делать? Не хватало, чтобы родные еще и меня в розыск объявили. А они могут, ведь что это за дело — уехала непонятно куда и пропала.
— Если нужно, вы можете отправить письмо, — вдруг радостно заявил мне продавец.
— Письмо? — обреченно переспросила я. — Ну пусть будет письмо.
Решив, что на обратном пути зайду сюда, чтобы купить чая, риса и каких-нибудь консервов, я направилась на почту.
Почтой оказалось небольшое здание на перекрестке недалеко от площади. Полутемное помещение, пропахшее пылью и бумагой, было совершенно безлюдным, и мне пришлось почти пять минут звонить в старомодный звонок. Наконец к конторке вышел местный работник. Услышав, что я хочу отправить письмо, он молча выдал мне конверт, марку и лист старой желтой бумаги.
Взяв ее в руки, задумчиво нахмурилась. Забавно, живя в наш век электронных технологий, я даже не могу вспомнить, когда последний раз писала письмо на обычной бумаге. Это вам не мессенджер какой-нибудь. Здесь не получится стереть непонравившуюся фразу, и поэтому нужно хорошо подумать, что же написать. Ужасно непривычно.
Вздохнув, я подняла голову и обнаружила, что работник почты таращится на мою бумагу с нескрываемым интересом. И мне это совсем не понравилось.
— Отойду к окну, — натянуто улыбнулась ему. — Здесь так темно, что ничего не видно.