Горизонты

Somber

— Ой-ей! — ответила пустота, и, сопровождаемая мерцанием, из ниоткуда вдруг появилась пони в фиолетовой силовой броне с широкополой шляпой и плащом. Даже два века спустя она с величайшей заботой относилась к прежде принадлежавшей Рэйнбоу Дэш броне Кобыла-Что-Надо. — Прости, никак не могла решить, когда момент будет достаточно подходящим.

А затем она стянула с себя шляпу и шлем, обнаружив сияющее лицо Бу.

— Привет, мамочка.

— Ты! — воскликнула ЛитлПип, хватая магией представившуюся пони… которая, правда, уже не выглядела,

как Бу. На голове у неё красовались два маленьких рожка, изо рта торчал крохотный кривой клык, а глаза были желтыми с красными зрачками. Не знаю уж, сколько ей понадобится времени, чтобы полностью превратиться в драконэквуса, но для меня она по-прежнему оставалась Бу. — Ты что здесь забыла, террористка?!

— Зачем столько негатива? — спокойно отозвалась Бу. — Мне просто нравится время от времени встряхивать наш скучный мирок.

— Ты бросила против нас полчища грифонов! Вывела на нас радверн! — зарычала ЛитлПип, сощурив глаза. — И украла мои статуэтки.

Бу широко развела ноги, или все же руки?

— Ага. Нехило так встряхнула, да? Даже заставила тебя вылезти из твоего пузыря впервые за столетие. У-у-у, шикарная была погоня, — рассмеялась Бу и самодовольно глянула на нас. — Расслабься, Светонесушка, всё ведь нормально закончилась. Душа Рарити была освобождена, а ты вернула свои безделушки.

— Это ты стояла за теми взрывами бомб, Бу? — поинтересовалась я. — В Джанкшн Сити?.

— Я? — надулась она, скрестив ноги на груди. После моего сердитого взгляда она вздохнула. — Ну да, может, я и была замешана. Тангенциально. Параллелограматично, — она ответила мне своим сердитым взглядом. — Общество Сумерек опять принялось за свои темные делишки, вот я и надумала понаставлять палки в колеса их плана, взорвав один из их крупнейших инструментов.

— Могла бы просто связаться с властями, — буркнула ЛитлПип.

— Да брось, — закатила глаза Бу, ухмыляясь единорожке. — Их больше заинтересует расследование небольшого бабаха в столице, нежели обличающие доказательства, сунутые им прямо под нос. Взорви правительственное здание — и пони тут же потребуют ответы. После того инцидента осталась просто шикарная цепочка улик, указывающих на гнилую прослойку Общества, по которым я веду весьма преданного делу жеребца, — она расплылась в улыбке. — Так будет гораздо веселее.

— Собираешься поиметь его? — улыбнулась я.

— А то. Видела бы ты его. Весь из себя закон и порядок, — промурлыкала Бу, поглаживаю свою грудь копытом. — Думаю приоткрыть ему слегка глаза. Развеять, так сказать, его заблуждения и иллюзии, поиграться с ценностями. После меня, уверена, он станет лучшим пони, — тут она нахмурилась, потирая подбородок. — Есть, правда, малюсенькая возможность, что его расследование выльется в уничтожение Джанкшн Сити Селестией Один, но кому какое дело до деталей!

ЛитлПип зыркнула сначала на неё, затем на меня, и снова на неё.

— Ты… я… как… аргх! Стоит избавиться от тебя, как от паршивого рейдера!

Бу вытащила белый платок

из — хм, а откуда она её вытащила? — и повязала его на глаза, затем сунула в рот зажжённую сигарету.

— Так и быть. Приступай, когда захочешь. Вполне возможно, он докопается и без моих подталкиваний и скользких намеков. В противном же случае… едва ли свобода НКР так уж важна, — она чуть приподняла повязку и ухмыльнулась.

— Ты ходячая катастрофа! — прошипела ЛитлПип, отпуская её.

— Да, но я интересная катастрофа и служу, раз уж на то пошло, силам добра, — весело откликнулась Бу.

— Раз уж вы закончили, перейдем к делу: он у тебя? — спросила я.

Бу засунула копыто под фиолетовый плащ и достала какое-то устройство.

— Один генератор щита П.Р.И.З.М.А, любезно предоставленный НКР.

— Что?! Как… как ты умудрилась его достать? — изумленно воскликнула ЛитлПип.

— Благодаря такому количеству сексуальных услуг, что уже и не вспомнишь. До сих пор всё болит, — разминая челюсть, ответила Бу, после чего наклонилась к ЛитлПип. — Хотя знаешь, для тебя я могу парочку вспомнить. Припоминаю одну миленькую девственную секретаршу, которая…

ЛитлПип тут же прикрыла свои уши.

— Я ничего не слышу! — Я аж засмеялась, из-за чего кобыла злобно на меня зыркнула. — Ты ничем не лучше её!

— Когда вернёмся, то отдадим генератор обратно, — заверила я её.

— Вернёмся? Откуда это мы вернёмся? — поинтересовалась ЛитлПип, сморщившись от непонимания.

— Увидишь, — кратко ответила я, и, подойдя к Бу, обняла её. — Ты главное береги себя. Не хочу по возвращению узнать, что тебя убили. Или превратили в камень. Ну знаешь, всё что необратимо плохо.

Глаза Бу влажно заблестели, когда она обняла меня в ответ.

— Ты ж меня знаешь, мама. Везения мне не занимать, — шагнув назад, она ухмыльнулась ЛитлПип. — Мне пора! Последняя возможность избавиться от меня, как от паршивого рейдера! — пропела кобыла, пританцовывая на кончиках копыт.

Последовавшая магическая вспышка вышвырнула Бу со сферы, и с громкими, постепенно затихающими воплями кобыла исчезла в лесу.

— Стоило того! — донёсся издалека её голос.

— Она превращается в очередного Дискорда, — мрачно проговорила ЛитлПип. — Когда-нибудь она зайдет слишком далеко, — повернувшись затем ко мне, единорожка с беспокойством спросила: — А что насчет тебя? Ты ведь тоже пустышка.

— Не знаю, — отозвалась я, изворачиваясь и вертя головой, чтобы разглядеть себя. — Ты-то как думаешь? Есть у меня Дискорд на крупе или нет?

Я ухмыльнулась, заметив, как она, стремительно краснея, пялится на мой зад. Две сотни лет я удерживала её от падения в безумие. Мы кричали друг на друга. Рыдали. Целовались и занимались любовью, хотя по-настоящему любви между нами никогда не было — всё это ради того, чтобы не позволить беспощадному ходу времени разрушить наши рассудки.

Потому что ноша бессмертия слишком тяжела, если ты несешь её один.