Горизонты
Шрифт:
— Во что мне это обойдётся? — спросила я.
— Тебе? Лично? Не беспокойся об этом. Ставки и игры, в которые играют звёзды, ради… ну… давай просто скажем, что все заинтересованные высшие силы внесли свои фишки в банк. И просто нужен кто-то, кто раздаст карты, и тогда увидим, кто выиграет, кто останется при своих, а кто вылетит в трубу. — Она вгляделась в Крампетс. — И мне кажется, что нам всем лучше отправляться.
— Ага. — Я замолчала, затем вытащила Бдительность и повернулась к Псалм. — Эй. Позаботься, чтобы пистолет попал к Грейс. Не знаю, кто из них будет им пользоваться, но они должны им владеть, —
— Ох, да забей на это, — грубо произнесла Виспер. Она прорысила прямо ко мне и провела по моему лицу копытом. — Ты ещё не умерла, так что хватит раздавать свои пожитки. Ты будешь жить, поняла? — потребовала она, свирепо посмотрев на меня. — Здесь нет Рампейдж, чтобы выбить из тебя это дерьмо, так что это сделаю я. И когда ты вернёшься, я надеру тебе твой кибернетический круп, чтобы показать всем, кто самая пиздатая мамаша в Хуффе. Усекла?
— Погоди. — Я в изумлении уставилась на неё. — Ты беременна?! — Я бы никогда…
Она решительно уставилась на меня, а затем издала странный звук — отчасти презрительное «пфф», отчасти плаксивое шмыганье носом.
— Просто… блядь, выживи. Ладно? — В её глазах стояли слёзы, но она быстро утёрла их копытом. — Ух, этот вздох… — пробормотала она, после чего отвернулась и обратилась к остальным. — Пойдёмте. Блекджек сможет нагнать нас позже.
Я немного от них отошла. Они смотрели на меня, а я на них, и все мы хранили молчание. Псалм одарила меня тёплой улыбкой, её рог вспыхнул, и они исчезли. Я немного посмотрела на то пространство, которое они занимали.
— Прощайте, — прошептала я, после чего полетела к центру каверны. Зависнув там, я вытащила, улыбаясь, Причуду. До чего же забавно, ведь то, что я намеривалась сделать, являлось, практически, определением слова «безрассудство». Знай я, когда забирала из своего Стойла ЭП-1101, с чем столкнусь, сколько всего потеряю, и какие невероятные трудности мне придётся преодолеть, то, скорее всего, выбросила бы эту проклятую штуку в океан, и назвала бы этот поступок правильным. Возможно, миру было бы от этого только лучше.
Подняв пистолет над головой, я прицелилась прямо в центр всех этих спрессованных развалин, которые некогда были Ядром. Слегка прищурившись, я скользнула в З.П.С., и в последний раз запустила оружие.
Луч устремился вверх, и потолок раскололся. Балки, трубы, провода, повозки, поезда, и бетон посыпались потоком обломков вниз, наполняя каверну подо мной останками города. Тем не менее, Причуда расчистила путь сквозь падающие обломки, и хоть они падали вокруг меня, на меня не упал ни один из них. Я парила в пустоте, стены каверны были сокрыты пылью, темнотой, и обломками, а меня саму окружала колонна зелёного света, низвергавшегося из похожей на огромный зловещий глаз дыры. Хлам у меня над головой вернулся на прежнее место, но там имелся торный путь, мне просто придётся немного покарабкаться.
— Итак. Это оно? — прохрипел мне в ухо голос, когда я достигла края дыры. Быстро, но осторожно, я начала прокладывать себе путь через плотную массу обломков, которая опасно сдвигалась под моим весом.
— Похоже на то, — ответила я, бросив взгляд на скелет в плаще и ковбойской шляпе. — Мне казалось, ты погиб на луне.
Я телепортировалась сквозь начавшую затягиваться прореху у себя над головой.
— Я никогда не был лишь им одним. К тому же, мне показалось, что тебе не помешает попутчик в этом путешествии. Никто не должен умирать в одиночестве, — произнёс он, наблюдая, как я карабкаюсь вверх.
— Что ж, извини, если я сейчас не в настроении болтать, — буркнула я в ответ, доставая меч и прорезая в завале отверстие, достаточно широкое, чтобы протиснуться сквозь него. Мне не хотелось без нужды напрягать свой рог, пока я не окажусь наверху. — Да я и не представляю, о чём нам с тобой разговаривать.
— А что если… — Крупье вынул из колоды пару карт и продемонстрировал их мне: туз и дама пик. — Что если ты поведаешь мне, как получила свою кьютимарку?
Я остановилась и смерила его хмурым взглядом, чувствуя подвох.
— Мою кьютимарку?
— У каждого есть история появления кьютимарки. Какова твоя? — спросил он.
Я начала отпихивать с дороги кусок металла.
— Я получила её за игрой в карты… — Внезапно наверху что-то сместилось с оглушительным скрежетом, и металлический лист, который я двигала, смялся, словно мокрая тряпка, вдвое уменьшив объём полости, в которой я находилась. Я огляделась вокруг, размышляя, что сдвинется с места первым, если я попытаюсь проделать в завале дыру, чтобы протиснуться сквозь неё. — А вообще, какое тебе до этого дело? Ты всего лишь галлюцинация. Доказательство того, что я окончательно спятила.
— Или доказательство того, что, даже таская в себе эту богиню, ты по-прежнему остаёшься Блекджек, — парировал Крупье. — Ну же. Расскажи мне. Кому ещё ты сможешь покаяться в своих грехах?
Что за глупость. Сейчас мне следовало бы сосредоточиться на том, что ждёт впереди, а вовсе не на том, что случилось в прошлом. Слишком много крови орошало этот путь. Реки крови. Но, вопреки всему, я вдруг начала изливать ему душу.
— Это была первая карточная игра, в которой мне позволили поучаствовать. Учитывая Мамин статус, никто не хотел, чтобы я ошивалась рядом, когда нарушаются правила. — Заметив чуть в стороне просвет, я направилась в ту сторону и обнаружила проход, который позволял мне подняться вверх ещё на пару десятков метров. Крупье не отставал от меня, занимая укромные уголки в обломках.
— И что же такого особенного было в этой игре? — спросил он, тасуя в копытах карты.
— Я оказалась полным профаном, вот что. Не умела ни блефовать, ни считать карты, ни чего-либо ещё, — ответила я, обнаруживая, что путь мне преграждает тонкая балка, которая вполне могла оказаться несущей. Телепортироваться за неё было рискованно, так как я не могла толком разглядеть, что находится по другую сторону, поэтому, уперевшись задними ногами, я начала медленно, но решительно отодвигать балку в сторону, от чего протестующе заныло моё израненное тело. — Я выиграла партию и получила кьютимарку. Конец истории. — Наконец, я расширила проход достаточно, чтобы можно было протиснуться дальше, и, заглянув в него, обнаружила, что пространство наверху перекрыто туго натянутыми серебряными проводами. Хорошо, что я не решилась телепортироваться. Щепотка лунной пыли помогла расправиться и с этой преградой. — Даже Когнитум признавала это. Мой особый талант — побеждать.