Горизонты
Шрифт:
Мы отошли в сторону.
— Ты в курсе, что у тебя есть очень плохая привычка оставлять в живых тех, кто целится из пушки тебе в голову? — кисло сказал Ублюдок, убирая взгляд с одинокого Отродья. — Что если эта штука решит, что время настало?
Я покачала головой.
— Не думаю, что он сможет. Ксенит выломала интерфейс управления, прикрепленный к Легату. Думаю, вот что он имел ввиду, говоря о слухе. — Потом я моргнула и добавила, ткнув в него копытом: — А разве ты не целился мне в голову из пистолета?
— Это не значит, что это не плохая привычка, — возразил
— Эй. Успокойся, — сказала я, слегка улыбнувшись и положив свою пустышку между крыльями, чтобы нести её безопасно. — Я видела все по пути обратно. С Отродьями разобрались, всё отлично. Это, может, и был непростой бой, но они не настолько ужасны, насколько их расписывала Шторм Чайзер, — я обошла мусорную кучу, улыбнувшись в их сторону.
— Могу поспорить, что всё просто… — Скотч Тейп выпученными глазами уставилась на что-то позади меня, зажав копытами рот. Я развернулась, и слова застряли у меня в глотке.
Трупы.
Так много трупов.
Они пролежали здесь не настолько долго, чтобы раздуться, но кровь уже загустела и потемнела до насыщенного коричнево-малинового цвета. Жеребцы. Кобылы. Жеребята. Здесь также было и несколько мёртвых Отродий, лежащих тут и там, посреди разбросанных средь куч мусора тел пони. Их тела выглядели как мягкий воск, который извивался, пока они превращались обратно в виденный мною ранее хаотический Флюкс.
Я видела потери, когда наблюдала за сражениями. Огромные, если исчислять в цифрах, важные для военной экономики, и насколько же хорошо я их знала. Однако пусть я и ненавидела то, что они всё же были, они не являлись напрасными. И где бы я ни видела сражения и потери, я также видела и победу. И теперь до меня наконец-то дошло, что пони, которые сражались в моих видениях, были, по большей части, гораздо сильней и выносливей обычного жителя Пустоши. Мне следовало бы понять… догадаться, что коль даже они несут потери… Отродья вырезали этих несчастных, падавших под их ударами словно колосья под серпом жнеца.
— Нет, — пробормотала я, изумлённо смотря на столь огромное количество трупов. Так много! Это было прямо как в Литлхорне… ходить посреди неподвижных куч после того, как пегасы сдули Розовое Облако. Так много… слишком много…
Трудно даже представить, что всего несколько минут назад я была счастлива как никогда за эти дни.
— Есть кто живой? — прокричала я, пренебрегая опасностью. На моём Л.У.М.-е имелось несколько синих меток. Пусть их и было намного меньше, чем красных, но, судя по всему, враждебные Отродья двигались на запад. Ну не могли же они все быть неисправными Отродьями, так ведь?
— Кто-нибудь? Ну хоть кто-то! — мои крики в неподвижном воздухе вернулись ко мне эхом.
Я была вознаграждена тихим кашлем и помчалась ту сторону. Моё пустышковое тело безвольно болталось у меня на спине, а вот Ублюдку со Скотч Тейп приходилось подпрыгивать, чтобы избегать тел Отродий, превращающихся в вязкий Флюкс. Я понимала их осторожность. Я уже стреляла
Несмотря на тот факт, что я не была, да никогда и не буду, самой грациозной пони, мне всё же удалось не наступить ни на один из разбросанных трупов, пока сосредоточенно мчалась к синей метке, откуда, как мне казалось, и доносился кашель. Там что-то шевелилось под двумя мёртвыми гулями. Аккуратно их подняв, я уставилась на юную, возраста Скотч Тейп, розовую земнопони с покрытой кровью гривой, к задним ногам которой крепились скобами колёсики. Открыв розовый глаз, она в изумлении посмотрела на меня.
— Луна? — невнятно спросила кобылка.
— Не совсем, — ответила я. — Куда тебя ранили, Бон? — спросила я, принимая её мертвенно-бледный цвет лица и горячий лоб за признак того, что ХМА усугубила её ранение. Она поморщилась, скользнув взглядом по своему боку. В кожаном поясе, удерживающем на её брюхе связующую раму, зияла дыра. Он был туго подтянут, и это давление являлось, скорее всего, единственной причиной, почему она не истекла ещё кровью. Вот только это не спасало от ХМА, усугубляющей её ранение. Я слишком часто видела, что способна сотворить ХМА, чтобы думать иначе. Быстро вытащив бутылку с лунным камнем, я высыпала немного магической пыли на её шкуру, и она тут же слегка расслабилась.
— У нас остались ещё исцеляющие зелья? — спросила я, обращаясь к Ублюдку и Скотч Тейп. Кобылка покачала головой, в то время как единорог пристально оглядывал свалку, выискивая опасности. — Клянусь, в один прекрасный день я заставлю кого-нибудь обучить меня исцеляющей магии, пусть даже это меня и убьёт.
— Блекджек? — в изумлении, невнятно произнесла Боинг. — Ты жива? Но ты же… покинула нас.
— Ага, но ты же сама знаешь, что из Хуффа невозможно сбежать навсегда, — произнесла я, поднимая её с земли. Эти колёса ни за что и никогда не проехали бы через столько трупов, поэтому я продолжила левитировать кобылку. После того, как Ублюдок воспользовался исцеляющей магией, чтобы остановить ей кровотечение, я посмотрела на северо-запад. — Нам нужно попасть в Коллегию.
— Воистину так! — пропищала кобылка, и то, что раньше было лежащим на боку трупом Отродья, поднялось на ноги и замерцало. Робот размером с жеребёнка был виден всего секунду, после чего вокруг него появилась голограмма кобылки Эппл Блум. — Простите, что шпионила. Хотела посмотреть, кто ты: Блекджек или «м-ва-ха-ха» Когнештучка. — Она пару секунд похихикала, но ни кто из нас не разделил её веселье. Её смех затих, и она несколько секунд пристально нас разглядывала, её лицо застыло, а затем кобылка нахмурилась: — Простите. Я так понимаю, что вернуться удалось только лишь вам?