Горизонты
Шрифт:
Почему он вообще со мной разговаривает? Он уже должен быть занят моим убийством. Но его поведение, было таким же, как и раньше. У него была невероятная сила, с помощью которой, он мог убивать собственными копытами. И всё равно, этого было мало.
— Ты гробишь свой талант, Амади. Тебе бы следовало стать актёром. — Пока я медленно шла налево, все глаза были прикованы ко мне и, ни одна кобыла или жеребец, так и не пытался спастись.
Он замер, его глаза, находящиеся за черепом, начали расширяться.
— Ты не ослышался, Амади. За все те века, ты отыграл уже множество ролей.
В этот раз он прищурился.
— Кем ты себя возомнила? Кобыла с крашеной гривой, считающая, что может сплотить это жалкое сопротивление?! — сказал Амади, указав копытом на находящийся в западной стороне пролом. — Думаешь, ты знаешь меня? Да ни черта ты не знаешь!
— Я знаю, что это ты был в Литлхорне, — ответила я, стоя при этом как идеальная мишень и стараясь сохранить дистанцию между нами, когда Скотч и П-21 неистово вырисовывали кровавые полосы, вдоль стартовой площадки. — Это ты принёс создавший розовое облако талисман, и подсоединил его к звёздному металлу, что бы усилить. Чем больше погибнет, тем больше он убьёт. Довольно таки эффективно, — произнесла я, вложив столько презрения в свою речь, сколько смогла. — Я знаю, что ты, схватив Голденблада, упал на первый этаж, после чего активировал талисман. Столь много было убито тобою. И естественно, после этого обе стороны обвинили друг друга.
Его губы, укрываемые драконьими зубами, задрожали. Я догадалась, что он был как Голденблад: ему крайне хотелось выразить все свои свершения. Затем, он расплылся в широкой ухмылке.
— Всё прошло просто изумительно, не правда ли? Лучше, чем я мог когда-либо спланировать. Затем пожар в Хуффингтоне? Я хотел самолично устроить пожар в Понивилле, но там было слишком много солдат у меня на пути. — Резко рассмеявшись, голосом двухсотлетнего благоговения, его эхо раскатилось по помещению. — Но отрекшаяся от трона Селестия, передающая бразды правления Луне? Я бы до такого не додумался, даже за десять тысяч лет!
Пока Легат не отрывал от меня взгляда, остальные зебры продолжали наблюдать, перешептываясь друг с другом.
— Но это было тяжело, — продолжила я. — Ты почти что активировал Токомеир, разве не так? Был настолько близок, к тому, чтобы Луна её запустила. Дай угадаю: дальше, по плану, было перенести Токомеир на поверхность? А затем доставить к нему лунный камень.
Его улыбка начала угасать.
— Как… — И его последователи начали сомневаться. — Нет… — прошипел он мне.
— Когда бомбы начали падать раньше времени — твой план пошел прахом, не так ли? Даю угадаю. Ты думал, что Луна победит, после чего, воспользовался бы её мечтой о современной и сильной Эквестрии, тем самым, прикрывая свои делишки. Ты бы скрывал свои деяния в тени до тех пор, пока не добился бы своего. Но всё пошло насмарку. — Я ухмыльнулась ему. — Видать, Ашшуру это не
— Это невозможно. Нет… — произнёс он, уставившись на меня.
— И весь тот тяжкий труд пошел насмарку, но ты очень настойчив. Ты использовал Пустошь. Использовал Хуфф. Использовал Оставшихся. Использовал Когнитум. А стоило мне выйти вместе с ЭП-1101, как всё вновь зашевелилось. Горизонты готовы к выстрелу. Когнитум начала действовать. И тут, тебе подвернулась уникальная возможность.
Легат, отступил от меня на шаг.
— Это невозможно! Ты — не она! Ты — фальшивка! Ты — ничто! Ты мертва!
— Мертва? — запрокинув голову, я рассмеялась. — Я трижды умерла, и трижды вернулась. Я уничтожила Богиню и очистила Пустошь от скверны. Я сокрушила небеса и низвергла Башню. Я встала в пасть Пожирателя Звёзд и вышла из неё.
Указав на него копытом, я выкрикнула:
— Я — Звёздная Дева, Амади. Назови моё имя!
Его глаза выпучились, как если бы он находился в захвате магического заклинания.
— Назови его! — приказала я.
— Блекджек? — прошептал он, будто бы борясь с самим собой, чтобы усвоить эту мысль, но затем прищурился и тряхнул головой, ни на секунду не отводя от меня взгляда. — Нет… Нет! Этого не может быть! Это невозможно! — произнёс он, напряженным от ужаса голосом, и указал на меня копытом. — Убейте её! Немедленно! — Но никто не выступил против меня. Я видела, как всё больше красных меток становятся желтыми.
— Выстреливший в меня будет навеки проклят! — предупредила я, наблюдая, как увеличивается количество желтых меток.
— Ты не Дева! Она отправилась на луну! — крикнул он, всматриваясь в меня.
— Я туда ещё не отправилась, — возразила я, и воздела копыто, когда увидела, что П-21 закончил рисовать, и машет мне ногой, подавая сигнал. Сглотнув, я порадовалась, что он не может видеть, как я вспотела. Если это не сработает… «ведь существует так много причин, почему эта затея может потерпеть неудачу»… то он прекратит болтать и займётся тем, что попытается порвать меня на части. Я воздела копыто над головой. — А сейчас, по праву Звёздной Девы, я взываю к небесам, дабы они излили на тебя свой гнев, и сокрушили тебя. — Я замолчала, сглатывая. — Прямо сейчас! — Его потрясение растаяло, превратившись в тлеющую ярость. — В любую секунду… — произнесла я, сердито смотря в небо. — Сейчас же, чтоб вас там!
— Идиотка, — сказал он с отвращением, отворачиваясь от меня. И я увидела, как желтые метки вновь начали превращаться в красные, когда он презрительно произнёс: — Убейте её. — Затем он замер, уставившись на землю позади него, и слово «ЛЕГАТ», начертанное десятифутовыми буквами внутри тёмно-красной стрелки, указывающей прямо на него.
Раздалось гулкое «ФУМ», и он исчез в ослепляющем луче света. Я тяжело шлёпнулась на круп, гадая, какой же из облачных-кораблей произвёл этот выстрел. Если мы это переживем, то я расцелую их всех. Даже Хоарфрост и Афтербёрнер. Я часто заморгала, пытаясь избавиться от выжженной в моём зрении линии. Куда подевался Легат? Я увидела почерневшую фигуру, стоящую в центре выжженного участка, в двадцати футах от меня.