Горизонт событий
Шрифт:
— Как мало вам нужно для счастья.
— Ну, в Академии тебе ясно дадут понять — что значит счастье, без "Феррари".
— Лишат всех карманных денег?
— Лишат чувства безопасности. — лицо Сибаты исказила жуткая улыбка.
— Да. Весело. — сухо ответил я и мы сели в машину.
Агент включил радио и раздался знакомый сладкий голосок, что напевал под заводную мелодию «У губ твоих конфетных — конфетный вкус!».
— Кикути Минами. — улыбнувшись, произнес Агент, хрустнув коробкой передач: — Тебе же знакомо это имя?
— Ну да. — если честно,
— Говорят, ты написал для нее эту песню.
— Говорят? Слухи так быстро расходятся! — усмехнулся я: — Честно говоря, после того, как мы немного прогулялись, Минами заперли от меня, словно Принцессу от злобного дракона. Интересно, что я ей такого сказал, что она не хочет меня видеть?
— Хе-хеее! Хочет и еще как! Именно в этом и дело. Её отец — Кикути Кэтсу, является Главой Высшего Департамента. И он тогда при мне сказал, что бы этого спиногрыза рядом с его дочкой больше не было. Там такая драма была! Эх, Мотидзуки-сан, ты все пропустил!
— Что за драма?! — я был удивлен. Мы же виделись, ну от силы, раз пять. Переписывались частенько, но и то, по всяким мелочам. Там далеко до драмы!
— В общем, когда её забрали, Господин Кикути провел с девушкой разъяснительную беседу, что в пятнадцать лет еще рано разговаривать с мальчиками наедине! Прочитал ей целую нотацию. Я тогда был мелким чиновником и бегал со всякими бумажонками по кабинетам. Это странно, но Господин Кикути не стал дожидаться вечернего времени, чтобы спокойно поговорить дома. Он начал отчитывать её прямо в кабинете! Я просто проходил мимо, и такое отклонение от нормы в поведении Господина Кикути меня очень заинтриговало! Накричав на дочь, он запретил ей все контакты с тобой. И разбил её телефон. Она пыталась его восстановить, чтобы найти твой телефонный номер, но ничего не получилось! Господин Кикути узнал про это и сжег телефон в микроволновке для сушки дров. Она караулила тебя целых две недели возле студии. Бедняжка не знала, что ты живешь в детском доме.
— Я хотел ей сказать. Честно! Но бывает так, что за интересной беседой ты просто забываешься и не успеваешь сказать главного. Странная история. А я даже и не догадывался. Благо, что сейчас она про меня забыла.
— Наверное. — пожав плечами, ответил Сибата: — Мне много лет, но я так и остался холостяком.
— Вы были женаты?
— Не долго. Увы, я не понимаю женщин. Мне проще отдавать свою любовь… — Сибата покраснел и резко замолчал: — Мотидзуки-сан! Мы так долго проездили! Хочешь заехать перекусить?
— Благодарю. Но будет лучше, если вы доставите меня домой. У меня еще есть парочка незавершенных дел.
— Да? Ну хорошо. — Агент успокоился, ибо «съехал» с откровенной темы. Но я-то знаю… Вернее — догадываюсь о его пластмассовой любви на полочках в шкафу. Хе-хе-хе…
— Интересно. — произнес я, глядя на розоволосую девушку, что плавно шла рядом с кафе: — А им не жалко портить свои волосы краской с юного возраста? В Японии прямо какая-то дикая мода на нестандартный цвет волос!
— Не только в Японии.
— А. Ну так-то да. Интересно,
— Расскажу тебе маленький секрет. Далеко не все девушки с неестественным цветом волос — перекрашенные.
— Ну, это нормально. Блондинки там… Или рыжие.
— Я не об этом! Голубой, синий, розовый, красный! Да, по сути, любой цвет может быть эффектом мутагена.
— В смысле?!
— Ну, у тебя гетерохромия. А у некоторых — иной цвет волос. Просто раньше это прятали. А сейчас, в мире современной моды, это, своего рода, хороший бонус к внешности!
— Вы меня просто поразили. — улыбнулся я. Так значит, некоторые ведьмы, которых я видел в вечернем Токио, были настоящими? Это многое объясняет!
Подъехав к моему дому, Сибата вручил мне пакеты с учебниками, башмаками и костюмом, а затем довольно веселым тоном произнес:
— Ну-с! Сегодня и завтра отдыхай, а вот в понедельник я заеду за тобой к восьми часам утра. Будь готов. Оденься красиво!
— Нет проблем! — я попрощался с Агентом и наконец-то направился в квартиру. Нужно срочно переварить все, что произошло.
Поднявшись на площадку, я почувствовал, что что-то тут явно не так. Как будто все не на своих местах. Но о каком «всем» могла идти речь на лестничной площадке? Скорее, это просто чувство.
Приглядевшись к двери, я понял, что ручка слегка наклонена. По телу вновь пробежала эта омерзительная дрожь. Агррх… Она должна быть повернута строго на 90 градусов!
Так, стоп! Сейчас не до моих бзиков. Сдвиг ручки мог значить только одно — в моей квартире кто-то был. Но зачем кому-то врываться ко мне? При чем, все сделано довольно аккуратно. Если бы не мой бзик, то я и не заметил бы! Можно предположить, что соседи сверху тащили что-то громоздкое и просто задели рукоять по случайности! Но это явно не так.
Положив покупки на ступеньку лестницы, я вытащил из заднего кармана джинс ножик-бабочку. Моя бравая защитница! Можно и ударить, и швырнуть при желании.
Просунув ключ в скважину, я открыл дверь, а затем резко ушел в бок. Нужно быть предельно осторожным! Вроде не стреляют.
Словно самый настоящий солдат из спецназа, я кувырком влетел в свою квартиру. Хмм… Вроде никого!
— Бах! — произнес знакомый голос. Я резко повернулся и увидел Кицуне. Она спряталась за шкафом. Было довольно забавно видеть, как взрослая тридцатилетняя женщина, одетая в строгий деловой костюм, выглядывает из небольшого проема между шкафом и выступом.
— Ох, твою ж… — выдохнул я: — Кицуне-сама! Вот ты любишь с нервишками поиграть! А если бы я кинул в тебя ножом?
— А если бы я выстрелила тебе в голову из самца? — хитро улыбнувшись, пропела Редзю. Кстати, «самцом» она называла свой «Пустынный Орел».
— Ты на такое не способна.
— Если разозлишь, то еще как способна! — ответила девушка и медленно вышла из засады: — Довольно неудобное место! Стандартный человек сюда не влезет.
— Я поражаюсь, как ты влезла.
— Что?! Ты намекаешь, что я потолстела?! — из фиолетовых глаз начали вылетать искорки ненависти.