Горечь рассвета
Шрифт:
Марта убежала вглубь леса, чтобы не слышать эти мерзкие голоса и не видеть отвратительные физиономии соратников. Ей срочно нужно было остаться наедине со своими мыслями, а то вполне вероятно, что сегодняшний день не обойдется без кровопролития.
Их отношения с Айсом с самого начала нельзя было назвать лёгкими. Гордые, они не умели уступать, не умели прощать и были слишком искалеченными духовно, чтобы доверять друг другу. Айс хотел власти, хотел быть незаменимым в глазах Генерала. Быть нужным — вот главная цель Айса, а не какая-то там борьба и новая реальность. В память ли о чудесном спасении, или по какой другой причине, но он был слишком предан их главному. Вдруг Марта чётко осознала, каким
Марта всегда знала, что для Айса на первом месте всегда стояло дело. Она не понимала, зачем так стараться, зачем настолько выслуживаться, если и так твоё место лидера неоспоримо, а твой авторитет в отряде непоколебим? Неужели нельзя хоть иногда просто расслабиться и ни о чём не думать? Но вместо отдыха и простых радостей Айс всегда находил для себя сотни важных дел, не терпящих отлагательств. Он ходил в походы, добывал провиант, руководил всеми операциями. Казалось, даже муха не могла пролететь мимо, не замеченной им.
Однажды Марта ругалась, уговаривая провести вместе хоть один день, не думая о деле. Обычно, она не позволяла себе кого бы то ни было уговаривать. Никогда не уговаривала она и Айса, но в тот день ей отчаянно захотелось побыть с ним наедине, не заботясь ни о чём и не тревожась. Ну что ему стоило пойти ей на встречу? Неужели это так сложно? Но Айс только грустно посмотрел на неё, погладил по голове, развернулся и ушёл. Молча. Тогда она всю ночь рыдала на плече у Джонни, который совсем не возражал служить всем и каждому жилеткой. Джонни был интересным, знал море разнообразных сказок и легенд, которым его обучила ещё в детстве какая-то испанка. Джонни рассказывал историю о путниках, что заблудились в пустыне и приняли верблюда за волшебный шатёр. Он рассказывал о прекрасной принцессе, ждавшей своего возлюбленного рыбака двадцать лет. И когда тот вернулся, измождённый и больной, она, всё такая же прекрасная, будто памятник их молодости и любви, сидела на берегу и пела печальную песню. Ещё там была сказка о волшебном сундучке, из которого каждый желающий мог вытащить одну-единственную вещь, но только вещь эта должна быть самой желанной, а иначе вытащишь ядовитую змею. Ещё Джонни рассказывал о волшебных странах и загадочных континентах, где живут магические существа, и мир не знал, что такое прогресс. Круглый год в этих землях царило лето, росли диковинные фрукты, а жители были приветливы, как нигде больше. Ну чем не новый чудесный мир, который обещал им Генерал и в возможность которого заставил их поверить Айс, умеющий как никто другой убеждать.
В этот раз Марта не хотела никого видеть, не хотела слушать сказки. Она слишком зла для этого. Прибежав на пустую поляну, она упала ничком на землю и принялась плакать, избивая кулаками ни в чём не повинную землю. Впервые в жизни она жалела себя. Никогда раньше, даже в детстве, она не была такой слабой как сейчас — казалось, даже предательство родителей так сильно не ранило её, как жестокость Айса. Как он мог такое говорить? Неужели всё, во что она верила — ложь? Неужели все слова, что слышала от него — обман? Неужели он способен на такую жестокость? Откуда в нём это?
Марта была слишком занята своими переживаниями, слишком глубоко ушла в свой внутренний мир и не услышала, как глухим эхом на всю округу раздавались чьи-то шаги. Поняла, что давно здесь не одна, когда солнце будто закрыла огромная тень, и в лесу неожиданно стало темно и холодно.
— Почему ты плачешь? — Раскатистый голос, подобно грому, на секунду оглушил. Испугавшись, Марта чуть было не закричала.
Знакомое странное чувство заполнило девушку изнутри — смесь страха,
Марта вскочила на ноги, быстрым движением руки утёрла слёзы и вытянулась по струнке, снова превратившись в того, кем на самом деле являлась в большей степени — в бойца, а не расклеившуюся кисейную барышню. Он всегда требовал от них именно такого поведения, и Марта не планировала его разочаровывать, потому что слишком хорошо знала, какая реакция за этим последует. Она не раз видела, что случается с теми, кто вздумает ослушаться.
— Я не плачу, мой Генерал. Это вышло случайно и больше никогда не повторится, клянусь! — она говорила резко, громко, как и положено. Всё, что угодно, лишь бы он не рассердился.
Иногда, когда туман обожания рассеивался — это обычно случалось, стоило Генералу оставить их на некоторое время без своего внимания — Марта пыталась понять, что движет ими в слепой вере? Почему они, в сущности гордые, битые жизнью существа так прикипели к кому-то? Чем он взял их? Но ни разу она так и не смогла ответить ни на один из этих вопросов. Или просто боялась признаться себе, что они давно уже перестали быть собой, перестали быть людьми, превратившись в бездушных марионеток. Но если так, то куда делись их души? Может быть, он носит их, нанизанными на нитку, и каждую ночь пересчитывает, добавляя в коллекцию новые экземпляры?
— Плохо, что случайно и хорошо, что больше не повторится, боец, — с усмешкой сказал Генерал. — Ладно, чего вытянулась? Расслабься, ругать не буду.
На сердце стало легче: значит, он не рассердится и не накажет за внезапные проявления чувств.
Тем временем, Генерал продолжал:
— Присядь со мной рядом, — велел, садясь под то дерево, где минутой ранее рыдала Марта. — Нужно кое-что обсудить.
Марта нерешительно присела, дивясь тому, что он решил именно с ней что-то обсудить. Обычно в таких ситуациях оказывался Айс — с ним Генерал предпочитал обговаривать все важные моменты. Не зря же Айс — лидер. Все остальные, не столь насущные вопросы, решались всем отрядом сообща. Но никогда Генерал не выбирал для разговора её — маленькую девушку, птицу не самого высокого полета.
— Что? — неуверенно спросила Марта, не в силах поверить в реальность всей этой сцены. Головная боль пульсировала в районе висков, замедляя мысли и затормаживая реакции. А ещё ведь в душе бушевала обида — на Айса. И на Генерала.
— Я знаю, что ты всё слышала. В принципе, именно к этому я и стремился — по-другому бы ты не поверила.
Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Марта не понимала, что всё это значит. Это был какой-то план? Зачем же так жестоко? За что?
— Ладно-ладно, не печалься — рано или поздно это должно было случиться, но я не об этом решил с тобой поговорить.
Марта чувствовала, как её разум застилает туман — мысли путались, а в голове стоял гул. Сейчас больше всего на свете она хотела оказаться как можно дальше от этого места, этого человека, но она не была дурой и слишком хорошо понимала, что никто её уже не отпустит.
— Ты же знаешь, как я доверяю Айсу?
— Все знают, мой Генерал. И все согласны с Вашим выбором — Айс хороший лидер, нам с ним спокойно, он надёжный парень. — Марта говорила и сама себе не верила, но эти слова были единственно верными, когда дело касалось Айса. Всё-таки, несмотря ни на что, лидером он и правда, был хорошим. — Но вы и так всё знаете.