Горец-победитель

Хауэлл Ханна

Когда она подумала о том, с какой жестокостью он убивал других, ее живот подвело от страха.

– Не спеши, красавица, – холодно сказал Рауф. – Ты еще не заплатила кое-какие долги.

– Долги? Какие долги? Может, я должна тебе что-то за то, что ты убил моего мужа? Или за то, что я не дала тебе изнасиловать меня на глазах у всех? Если и есть какие-то долги, то это ты должен мне за то, что украл у меня. А поскольку это в основном жизни дорогих мне людей, расплатиться ты можешь только своей жизнью.

– Первой

умрешь ты, шлюха! Посмотри, что ты сделала с моим лицом!

Взглянув на ужасный шрам, Кайра содрогнулась. Ей никогда не забыть вопль ярости, боли и запах крови, когда она полоснула Рауфа по щеке кинжалом. Вот бы сейчас у нее был кинжал! Не в ее правилах причинять боль, но сейчас ей очень хотелось как-то обезвредить этого человека. Кайра подумала о бедном Дункане, о трупах, висящих на стенах Арджлина, о печальной судьбе женщин, запертых в крепости, и почувствовала в себе абсолютную, холодную, смертоносную силу.

– Ваше лицо лишь отражение вашей черной души! – гневно выкрикнула она.

Это оскорбление переполнило чашу. Кайра не успела понять, что произошло, как Рауф навалился на нее. Удар спиной о землю отнял у нее дыхание, и она старалась глотнуть воздуха, почти не замечая, как ее молотят жестокие руки.

Когда ей снова удалось вздохнуть, Кайра тут же сообразила, что руки у нее свободны, и начала бить Рауфа по голове, но это его только еще больше разозлило.

Большая мозолистая рука медленно сдавила горло Кайры, потом так же медленно отпустила.

– Я тебя возьму, женщина, а живая ты будешь или мертвая, это мне все равно.

Кайра перестала царапаться и изумленно посмотрела на него; и тут за спиной Рауфа ей почудилось какое-то странное движение, а уже через мгновение тяжелый обломок дерева обрушился на голову Рауфа, и он, как казалось, замертво упал на землю.

Перегнувшись через него, Мегги протянула ей руку, и Кайра потянулась к ней, но замерла, услышав сбоку шорох.

– Беги, Мегги! – Кайра пыталась крикнуть, но из ее горла вырвался только хрип.

Предупреждение запоздало: Рауф, внезапно вновь ожив, со звериным ревом вскочил на ноги. Мегги попыталась ударить его еще раз, но он выхватил у нее дубинку и отшвырнул в сторону, а потом схватил Мегги в охапку.

– Я знаю, кто ты – отродье медника. Этот трус сбежал со своими сопляками, но оставил тебя, и теперь я убью тебя так, как собирался убить твоего братца.

Кинувшись на Рауфа со спины, Кайра повисла на нем, обхватив руками за горло.

– Отпусти ее, вонючий ублюдок! Отпусти, или я выцарапаю тебе глаза!

В ответ Рауф злобно усмехнулся:

– Лучше я просто сверну ей шею.

– Да, но это будет последнее, что ты увидишь в своей жизни, потому что я тебя ослеплю, клянусь!

На миг Кайре показалось, что негодяй готов исполнить свою угрозу, и она, передвинув одну руку, надавила пальцами ему на глаза.

Завопив так, что у нее заложило уши, Рауф отшвырнул от себя Мегги и попытался стряхнуть Кайру со своей спины.

Кайра, конечно же, понимала, что не сможет долго продержаться. Все, чем она могла защититься от его попыток ударить по голове, – это прижимать голову к его спине. Удары были неуклюжие, скользящие, но и их она не могла перенести. А еще она не знала, как спрыгнуть со спины и суметь быстро убежать, не говоря уж о том, чтобы защитить Мегги.

Ситуация становилась критической, и тут впереди Кайра увидела странный блеск, а потом в поле зрения вдруг оказался меч, направленный прямо в горло Рауфу. Она с изумлением уставилась на Лайама, позади которого Сигимор помогал Мегги подняться с земли.

Сильные руки оттащили Кайру от Рауфа – это Эван положил конец ее мучениям.

– Какой ты упрямый, Рауф, – холодно произнес Лайам. – Мог бы бежать и прожить еще несколько дней, но рискнул жизнью лишь для того, чтобы помучить двух слабых женщин.

– Думаешь, я не понимаю, что я уже труп? – сказал Рауф. – Может, я хотел заставить тебя заплатить за то, что ты отнял у меня Арджлин!

Все кончилось, подумала Кайра; ее тело ныло, ноги не держали. Она собралась спросить, почему никто не спешит убить Рауфа, но тут Рауф сам вынул меч, и никто не остановил его.

Лайам и Рауф начали поединок, и Кайра чуть не закричала от отчаяния, но каким-то чудом удержалась: она прекрасно понимала, что крик может отвлечь Лайама и это позволит Рауфу нанести смертельный удар.

Она заметила, что Эван подошел к ней и с пониманием кивнул.

Хотя у Лайама все еще болела нога, поединок закончился очень быстро. Рауф бился хорошо, но Лайам много лучше; тем не менее Кайра поклялась себе никогда больше не смотреть, как он сражается, иначе ее сердце может не выдержать напряжения.

Когда все было кончено, Лайам вытер меч о кафтан Рауфа и, убрав в ножны, повернулся к Кайре, но в этот момент его нога отказалась служить ему, видимо, решив, что на сегодня с нее достаточно. Все же Лайам с трудом сумел удержаться и не унизил себя падением в грязь, а лишь медленно опустился на землю.

Кайра присела возле него, и он улыбнулся ей вымученной улыбкой. Теперь, когда утихли страх и ярость, Лайам отчетливо ощутил острую боль в ноге: в последние дни он слишком нагружал ее и ничуть не щадил.

Когда Лайам понял, куда направился Рауф, он испугался не только за Кайру, но и за себя: он боялся ее потерять, боялся никогда больше не услышать ее смех, нежные бормотания, ритмичные звуки, которые она издавала, когда он предавался горячей страсти, боялся, что так и не узнает, любит ли она его. Игнорируя все советы успокоиться, он помчался к лагерю, и тогда Сигимор и остальные его товарищи последовали за ним.