Горец-любовник

Хауэлл Ханна

Когда он помог ей сесть и затем прижал к себе, она подумала, не сказать ли ему о ребенке. Но передумала. Еще не все было сказано и решено между ними, и она не хотела, чтобы он совершил поступок, к которому не был пока готов: Нет, не станет она выдавать ему свою тайну раньше времени, подумала Алана и усмехнулась своим мыслям.

Грегор нежно гладил ее по щеке, радуясь тому, что глаза ее зажглись прежним светом. Не важно, какие думы терзали ее, сейчас всем их горестям пришел конец. Можно сказать, что он просто топтался на месте, пока она боролась со своими сомнениями. А вот теперь можно начать

ухаживать за ней по-настоящему.

Внезапно он почувствовал себя почти застенчивым юношей. Не так уж трудно было произносить комплименты и дарить ей всякие пустячки ради того, чтобы загладить вину. Но теперь этого недостаточно. Теперь надо сказать о своих чувствах, говорить о будущем и о тысячах других вещей, о которых он никогда прежде с женщинами не говорил. И нужные слова застряли во внезапно пересохшем горле.

Когда это он превратился в жалкого труса? Он ведь любит эту женщину. Он хотел засыпать с ней рядом каждую ночь и так же просыпаться. Он хотел от нее детей. Хотел знать, что она рядом, готовая подарить ему свою улыбку и поцелуй. Отчего о таких вещах ему трудно говорить вслух? Отчего горло сжал спазм, не пропуская ни звука? Возможно, подумал Грегор, стоит попрактиковаться в произнесении нужных слов в одиночестве, отрепетировать их перед тем, как произнести перед Аланой. Не слишком умная мысль, но все лучше, чем сидеть перед ней молча, пень пнем.

– Нам надо поговорить, детка, – сказал Грегор.

– Да, надо. – Алана нахмурилась. Грегор казался взволнованным и сильно побледнел. – Не хочешь ли сказать мне, что у тебя есть еще одна тайна, о которой ты мне не поведал? – нервничая, спросила Алана.

– Нет, – твердо заявил Грегор. – Господи, Алана, ты знаешь обо мне больше, чем я сам о себе знаю. Но почему-то, когда ты рядом, у меня слова в горле застревают.

Алана прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

– Мне нравится угадывать, о чем ты думаешь, и слушать о том, что ты делаешь.

– Я могу то же сказать о тебе, детка.

Он немного расслабился, и миссия сделать признание не казалась ему такой уж невыполнимой. Возможно, если он будет говорить медленно, выпуская из глотки слово за словом, постепенно, то слова и не застрянут у него там.

Грегор и не представлял себе, насколько трудно обнажить душу и сердце даже перед женщиной, которая – он точно знал это – никогда не причинит боль его сердцу. Его он готов был без колебания вложить в ее маленькие нежные ладони. Грегор помнил, как давал советы Эвану относительно Фионы, и теперь называл себя за это лицемером. Совет проще дать, чем ему следовать.

Грегор вдруг почувствовал щекой нежные пальчики Аланы, ее прикосновение отвлекло его от грустных мыслей, и он сконфуженно ей улыбнулся. Она выглядела озадаченной, и неудивительно. Он ходил за ней по пятам две недели, и вот теперь, когда она поверила ему, он стал мямлить и заикаться, словно безбородый мальчишка со своей первой девочкой. Случись такое с любым из его братьев, он бы над ним покатывался со смеху. Слава Богу, никого из них сейчас рядом не было.

Решив, что Грегор не собирается говорить ей ничего приятного в данный момент, Алана подняла глаза к небу.

– Пора идти в дом есть.

– Обедня, – недовольно пробурчал Грегор. Ему бы еще

один поцелуй, и он не стал себе в нем отказывать, быстро чмокнув Алану в губы.

– Что?

– Мой отец называл эту трапезу обедней.

– Но церковь…

– Да ему все равно, что там церковь как называет. За обедней он не молится, он – ест. – Грегор усмехнулся, касаясь губами ее шеи. Алана рассмеялась. – Ты права. Пора идти обедать, и если мы не явимся вовремя, Фиона все съест и нам ничего не останется. – Он засмеялся, когда Алана с улыбкой ущипнула его за руку.

Грегор выпрямился и положил ей руки на плечи.

– Я действительно очень по тебе скучал, любовь моя, – сказал он тихо.

– Я все это время была здесь, в Скаргласе.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Да, ты была здесь, но только сегодня я почувствовал, что ты ко мне действительно вернулась.

Алане стало немного стыдно за то, что так жестоко с ним обходилась, но она тут же себя одернула. Это верно, она злилась на него дольше, чем это было необходимо, но он сам виноват. Как бы там ни было, ей было его немного жаль. Она наклонилась и чмокнула его в губы. Но он успел перехватить инициативу и вжался в ее губы. Их взаимная страсть слишком долго не находила удовлетворения. Нежными чмоканьями ее не утолить.

И тут она вдруг чуть не упала со скамьи. Грегор исчез из ее объятий. Алана заморгала от недоумения, увидев, что он завис в нескольких дюймах от земли. Подняв глаза, она поняла, кто придал ему такое странное положение. Сзади за камзол его держала крепкая мужская рука. Артан и Лукас наконец ее выследили.

Глава 20

Грегор был так ошеломлен случившимся, что не сразу сообразил, что происходит. Он быстро взглянул на Алану, дабы убедиться, что с ней все в порядке, и увидел, что она сурово смотрит на того, кто схватил его сзади за камзол. Но что-то в ее поведении подсказало Грегору, что никакая реальная опасность ему не грозит, как и самой Алане. Грегор посмотрел через плечо на двух мужчин позади себя и увидел их разъяренные лица. Эти мужчины были крупными, внешне привлекательными и совершенно неразличимыми.

– О, Алана, вижу, твои братцы прибыли, – догадался он.

– Опустите его сию же минуту, – приказала она братьям и добавила: – балбесы этакие, – когда Лукас, пожав плечами, поставил Грегора на землю. – Это было лишнее, – добавила она и бросилась к Грегору.

Грегор улыбнулся в ответ на ее стремление стряхнуть грязь с его одежды.

– Может, тебе следует представить нас, любовь моя?

– Знакомься, мои братья. Тот, что справа, – Артан, а тот, что слева, – Лукас. Это за ними я шла, когда Гоуэны меня схватили.

– Мне не терпится узнать имя того, кто нахально лапает тебя прямо тут, в саду, – сказал Артан.

– Знакомьтесь, Грегор Макфингел Камерон.

– Никак не может выбрать, какое имя взять?

– Вы встречались с моими кузенами и моими братьями тоже, – сказал Грегор, – так что не притворяйтесь, что не понимаете.

Артан пожал плечами и окинул Грегора недружелюбным взглядом:

– Может, ты нам расскажешь, чем это ты тут занимался с нашей сестрой?

– Насколько мне известно, я ее целовал.