Горец и леди
Шрифт:
– Отрежьте-ка наконечник у его гарпуна, – безжалостно приказал Йен. – Это сделает его посговорчивей.
– Смотрите! – вскричал Перси, указывая на Хитреца.
Вернувшийся в зал лисенок держал в зубах какую-то тряпку. Рассмотрев ее, Йен с облегчением увидел, что на ней нет пятен крови.
– Это блуза Бригитты, – сказал он, и лицо его сделалось устрашающим. Подойдя вплотную к управляющему, он рявкнул: – Я собственными руками вспорю тебе живот и выпущу наружу кишки,
– Подожди! – вскричал управляющий, испугавшись не на шутку. – Этих дам здесь нет.
– Где же они в таком случае?
– Я точно не знаю. Граф заставил их раздеться и выйти из замка. Это на них он устроил охоту для развлечения.
– Да, милорд, – подтвердила одна из женщин. – Граф сказал, что его воины могут взять этих леди… Вы понимаете, что я имею в виду. А часовые не захотели отставать и тоже присоединились к охоте.
С проклятиями Йен выскочил из зала, сопровождаемый Хитрецом. Воины Макартуров гурьбой последовали за ним.
– Джеми, – приказал Йен, остановившись во дворе, – ты со своими людьми останешься здесь на случай, если они вернутся. – Он поднял лисенка на руки и, ткнув его носом в одежду Бригитты, скомандовал: – Ищи, Хитрец! Ищи!..
Хитрец спрыгнул с его рук и опрометью кинулся к воротам. Макартуры, вскочив на коней, помчались за ним.
Леденящие душу крики настигающей их погони раздавались уже в непосредственной близости, и, заслышав их, Антония заскулила, как раненый зверь. «Это уж слишком, – подумала Бригитта, с трудом волоча невестку, словно куль повисшую на ней. – Еще немного, еще несколько шагов», – подбадривала она себя, не сознавая еще, что на открытом месте они будут как на ладони.
– Ну, вот и озеро, – с облегчением вздохнула Бригитта, выходя из лесочка.
Из последних сил они медленно побрели к берегу в поисках подходящего укрытия. Но не успели сделать и десятка шагов, как…
– Помогите! – завопила вдруг Антония, и чьи-то сильные руки оттащили ее от Бригитты.
– Ах ты, похотливый негодяи! – взвизгнула Бригитта, приходя в неистовство при виде мужчины, вцепившегося в ее невестку.
Схватив Антонию за руку, она изо всех сил потянула ее к себе, а когда ей не удалось вырвать ее, яростно набросилась на насильника, пинаясь, царапаясь и кусаясь.
Он отпихнул Бригитту, словно назойливого комара, и она упала лицом в траву. Решив во что бы то ни стало спасти Антонию, Бригитта готова была снова вскочить и драться, но замерла, заметив пару блестящих черных сапог возле своей головы.
– Позвольте мне, графиня, – с саркастическим презрением произнес Мардок и наклонился, чтобы схватить свою добычу.
Стремительным движением Бригитта выбросила руку вверх, ткнув пальцами ему в глаза, и тут же откатилась в сторону. Потом вскочила на ноги и бросилась бежать.
Придя в себя,
– Ах ты, стерва! – проревел Мардок, повернул ее к себе и с размаху ударил по лицу. Бригитта, охнув, потеряла сознание. Бросив свою жертву на землю, он, не теряя времени даром, начал развязывать гульфик.
– Йен! – в отчаянии вскричала Бригитта, придя в себя от падения.
В глазах ее вновь потемнело, и она уже не увидела смертоносную тучу стрел, которые полетели в сторону Мардока из леса.
– Бри! Ты меня слышишь, Бри!..
Как сквозь глухую стену, до нее донеслись эти слова. Открыв глаза, она увидела склонившееся над ней озабоченное лицо мужа. Йен с облегчением вздохнул и, словно защищая, привлек ее ближе к себе.
– Ты не ранена? – спросил он, заметив слезы у нее на щеках.
Судорожно вцепившись в него, Бригитта отрицательно покачала головой. Потом прижалась к его груди и закрыла глаза. И вдруг что-то мокрое ткнулось в ее щеку, стирая соленые слезы.
– Хитрец! – не открывая глаз, воскликнула она.
– Ты что, не видишь, брат, – прозвучал рядом с ними голос Перси, – что твоя жена почти голая. – Усмехнувшись, он протянул Йену плед и отошел.
– А где Антония? – спросила Бригитта, заворачиваясь в плед.
Йен горестно покачал головой.
– Увы, в нее попала стрела, но она почти не страдала.
– А Менци?
– Он больше не будет беспокоить нас. С ним покончено.
Йен поправил на ней плед и поднял Бригитту на руки. Многозначительно посмотрев на нее, он покачал головой и спросил:
– Вот видишь, что бывает, когда жена не слушается мужа?
– Я никогда больше не буду так поступать, обвив его шею руками, торжественно пообещала Бригитта.
По губам Йена пробежала улыбка.
– Разве ты не знаешь, любовь моя, что ложь – это такой же тяжкий грех, как и непослушание?
ЭПИЛОГ
Эдинбургский замок, декабрь 1566 года
– Да скоро ли ты там, наконец!
Услышав нетерпение в голосе мужа, Бригитта искоса взглянула на него. Неотразимо красивый, Йен стоял перед камином. На нем был черно-зеленый плед Макартуров поверх белой шелковой рубашки и темного бархатного камзола. Нахмурившись, он наблюдал за ней.
Бригитта миролюбиво улыбнулась, потом поддразнила:
– Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя великолепные ноги? При виде их у меня дрожь пробегает по телу.