Гордость
Шрифт:
– Ты что, совсем выжил из своего вулканского ума?! – голос Маккоя звучал словно из неисправного коммуникатора. – Как будто мне и так забот мало! Спок… Господи, Спок, ты меня слышишь?
Спок заморгал, открывая глаза. Доктор Маккой наклонился над ним, трикодер в руке. Он был бледен, Спок даже не мог припомнить, когда еще видел его таким. Лежа навзничь на покрытом коврами полу рядом с кушеткой, на которой был Сарек, Спок поднял глаза на Маккоя и испытал приступ раздражения из-за нежелательного вмешательства врача.
– Спок? – Беспокойство Маккоя
Спок сел и, повернувшись, посмотрел на Сарека.
– Я пытался уменьшить страдания моего отца.
– Ну, ты едва не "уменьшил" и себя, и своего отца в могилу, ты, остроухий шаман-самоучка! Я здесь врач, и уж будь добр, помни это. Если бы я не оттащил тебя от него секунду назад, вы бы оба уже были сейчас мертвы.
– Я прекрасно осведомлен об этом, доктор. Именно таково было мое намерение.
Маккой недоверчиво уставился на него. На долю секунды он услышал другой голос, голос, который преследовал его в ночных кошмарах. "Сынок, отпусти меня!" Загнав вглубь воспоминания, которые пробудил этот голос, Маккой повел рукой в сторону Сарека, голос его звучал недоверчиво.
– Это твой отец там лежит, Спок!
Спок вздохнул, его вулканская невозмутимость только усилилась, встретившись лицом к лицу с эмоциональностью Маккоя.
– Доктор, мое решение не было ни легкомысленным, ни под влиянием эмоций, уверяю вас.
– Ты пытаешься сказать мне, что это логично – совершить… отцеубийство?
Сарек застонал, его голова беспокойно заметалась из стороны в сторону.
– Позаботься… боль… я потерял… не могу… не могу…
Спок подошел к отцу.
– Отец, это я, Спок.
– Я… ослаб… – невидящий взгляд темных глаз. – Жена…
– Отец.
– Он не слышит тебя, Спок, – мягко сказал Маккой.
Спок кивнул, глядя на измученное лицо Сарека. Доктор увидел, как сначала первый офицер подложил правую руку под шею своего отца, левой крепко обхватив голову Сарека сверху. С ужасом осознав, каковы намерения Спока, Маккой метнулся вперед и схватил с пояса вулканца фазер.
– Щиты не выдержат еще один удар, – голос Скотта искажался статикой. – Я уж переключил все что оставалось на…
– Скотти, – прервал Кирк, встретившись взглядом с Зулу. – Зулу понадобится максимальная скорость по его команде, сможешь дать?
– Что хорошего это даст, он не сможет вырваться от клингонов, с этими тремя…
– Сможешь дать?
– Да, но…
Кирк пропустил мимо ушей остальную часть ответа инженера, кивнув Зулу и Фэлону:
– На прорыв…
Задержав дыхание, с трудом подавляя страстное желание скрестить пальцы, Зулу забегал пальцами по приборной доске.
Кирк крепко вцепился в центральное кресло, когда искусственная гравитация на корабле восстановилась с миллисекундной задержкой. Он почувствовал
Глаза Кирка распахнулись при виде того, что предстало перед ним на главном экране. Клингонский корабль, загнавший их сюда, удалялся прочь едва-едва за пределами того, что оставалось от щитов "Энтерпрайза". Переключись Зулу долю секунды раньше, и они вышли бы из искривленного пространства на пути клингонского корабля – и были бы уничтожены.
– Огонь!
Чехов выпустил все двенадцать фотонных торпед, а Фэлон запустил запрограммированный заранее маневр, который перенес их в безопасное место.
– Мы сделали это! – крикнул Чехов.
Кирк отцепился от центрального кресла и выдохнул с облегчением, пока Чехов сканировал обломки.
– Два корабля уничтожены, один с поврежденными сверхсветовыми двигателями. – Лейтенант отступил от погасшего экрана. – Сделали тех троих, капитан!
– Пленных не брать, – тяжело произнес Кирк. – Хотел бы я, чтобы урон, нанесенный Эта Скорпии можно было бы так же легко исправить. Мистер Фэлон, проложите курс обратно к планете.
– Капитан, можно с вами словечком перекинуться?! – даже статика не могла скрыть угрозы в голосе Скотта.
Кирк встал с кресла, улыбаясь во все лицо.
– Отлично сделано, мистер Зулу. Берите управление на себя, пока я буду приносить наши извинения мистеру Скотту. Если не вернусь, когда достигнем орбиты, знайте, что он скормил меня своей аннигиляционной камере.
Второй раз за все это время Спок обнаружил себя растянувшимся на полу. Он моргнул, посмотрев на Маккоя со смесью негодования и удивления.
– Я годами хотел дать пинка тебе под зад! – рявкнул Маккой, взмахнув фазером. – Только попробуй еще раз выкинуть такой фокус, и будешь тяжко оглушенным спать, пока Вулкан не заледенеет, понял?
– Могу я напомнить, что нападение на своего офицера – это трибунал…
– А могу я напомнить, что это я с фазером, а ты только что пытался убить своего собственного отца?
Спок переместился в несколько более достойную позу.
– Убийство слишком сильное слово для…
– Ты что, не отваживаешься сказать мне, что собирался совершить тал-шайя, Спок?
– Это было именно то, что я делал. Как целитель вы должны понимать это…
– Жизнь – самый драгоценный дар, который у нас есть, вот что я понимаю, ты, хладнокровный су-кин… – голос Маккоя дрогнул, а затем остановился на половине расхожей колкости, голубые глаза наполнились слезами. – Спок, это же твой отец!