Гора в объятьях облаков

Питкевич Александра

– В общем, это я придумала. Мальчики не виноваты. – Она вроде бы как и защищалась, но в то же время скорее нападала на меня. А я еще и слова не сказал. Но между тем лицо девушки из воинственного вдруг стало каким-то печальны, а потом и вовсе виноватым. – Я хотела, чтоб им было чуть повеселей и легче. Три сотни кругов – это же так много…

– И что, получилось?

– О, посмотри сам, – Ориса просияла, указывая на доску с явным самодовольством, – у них у всех получилось не цеплять колокольчики. Вот только у двоих не очень. Не вижу, кто это. Не читаю по вашему.

–

Фудо и Катсу, – в целом, если верить данным на доске, результаты и правда были хороши. Только кому-то не стоит об этом знать. Я продолжал стоять внизу, наблюдая за девушкой. В спортивной майке и бриджах она выглядела совсем иначе. Весьма притягательно, надо сказать. Переминаясь с ноги на ногу, Ориса нервничала, находясь на своем постамента, как на витрине.

– Сними меня, пожалуйста, – очень тихо попросила она, глядя в сторону. Вот придумала. Если тихо, то словно и не просила? Так, что ли?

– Что, прости? – издевательски спросил в ответ. Она мне мальчишек балует, а я должен делать вид, что так и надо? Помучайся, раз взбаламутила все поместье.

– Сними меня, пожалуйста, – повторила чуть громче, все еще отводя глаза.

– Это ты к дереву обращаешься?

Девушка фыркнула, опалила взглядом, и отвернувшись, снова начала свои бессмысленны попытки спуститься. Я уже почти потерял остатки терпения, намереваясь ее спасать, как вместо этого мне представилась возможность удивиться.

Взяв стул, Ориса осторожно опустила его за край постамента, отпустив. Предмет мебели качнулся при соприкосновении с землей, но устоял почти точно у основания пирамиды. В мою сторону полетел самодовольный хмык, и, улегшись животом на стол, Ориса стала медленно сползать вниз, свесив сперва ноги, попу, а затем и вовсе повиснув на одних руках. Ноги примерно в этот же момент коснулись сидения стула. Оказавшись на земле, девушка вздернула нос, посмотрев на меня с явным торжеством, и двинулась в сторону павильона.

– Тебе показалось, что мы закончили? – я, правда, не ожидал подобного поведения. Это смелость или безрассудство?

Ориса остановилась, но не повернулась, демонстративно расправив плечи. Вся ее поза, напряжение спины, положение ног, указывали на протест и несогласие. И именно в этот неподходящий момент у меня завибрировал телефон. Выругавшись, посмотрел на сообщение. Меня ждали. Щелчком пальцев убрал учебный лабиринт, обещая себе разобраться с Орисой позже и отправился на встречу с Сенши.

Алиса.

Не заметила, когда тенгу вернулся домой, так меня увлекли игры с воронятами. Правда, какие из них воронята, если парням по шестнадцать-двадцать лет? С ребятами было на самом деле весело, особенно когда мы привлекли зубаток. Стоило сестричкам покрасить нити какой-то цветной пылью и вывесить таблицу, как все пошло на порядок бодрее. Мы пищали, улюлюкали, свистели. Через десять кругов, когда я охрипла, кто-то из парней приволок рупор. Еще через час мне выставили судейскую пирамиду. Я как раз раздумывала выклянчить у сестричек конфетти и хлопушки для финальных «пролетов», как явился Шиджеру, резко накрыв все веселье.

Первым

делом этот суровый и хмурый мужик отослал парней, а уж после переключился на меня. Предательницы-зубатки, как обычно, пропали из поля зрения сразу, как только запахло жареным. А я никак не могла спуститься с «судейской трибуны», сетуя попеременно то на отсутствие крыльев, то на слишком маленький рост.

Очень понравилось выражение лица тенгу в тот момент, когда я все же сумела самостоятельно слезть с пирамиды. Словно я утерла кому-то его длинный нос. Хотя, четкое ощущение, что меня могут попытаться отшлепать, как маленькую девочку, было куда сильнее. Я честно постаралась убраться поскорее, впрочем, мало рассчитывая на скорость и везение. Но так просто стоять и ждать выволочки была тоже не намерена. Тем более, никто ничего плохого не сделал. Сказали тренироваться, вот мальчики и тренировались. По новой схеме. Современный подход. Так и скажу, если что. Завтра.

– Тебе показалось, что мы закончили? – я честно надеялась, что все же мне позволят уйти, но кажется, нет. Сердце екнуло, руки стали подрагивать от легкой паники. Не представляя, насколько зол тенгу, и чем это мне может обернуться, я не ко времени вспомнила, что он все же ёкай. Демон. От этой свежей мысли стало как-то совсем дурно, почти до тошнотиков. Самообладания хватило на то, чтобы расправить плечи и сжать руки в кулаки, унимая дрожь. Ну и что, что страшно. Нас так просто не возьмешь. В какое-то мгновение паутина красных нитей перед моим носом исчезла. Приготовившись к чему-то ужасному, зажмурила глаза, напрягшись.

Минута, две, три. Ожидание сжирало нервные клетки, так что собрав всю волю, я повернулась к Шиджеру. Только во дворе никого не было. Еще раз оглядев пространство, убедилась, что и правда осталась одна. Фыркнув, прогоняя напряжение, решила, что самое время пообедать. Мало ли, потом такой возможности не предоставится. В короткую память ёкая я не верила.

Шиджеру.

Существо, которое завелось у горного монастыря и в самом деле требовало особого внимания. Разновидность вампира, просидевшего многие годы в какой-то норе и сумевшего пережить Большую чистку три сотни лет назад. В начале весны кровопийца активизировался, став нападать на паломников, утаскивая путников по одному. К тому моменту, как монахи смогли вычислить его след, вампир набрался достаточно сил, чтобы даосцы не могли с ним справиться.

Мощеный двор, крыша из темных плит черепицы, резные колонны и деревянные решетки. Два комаину (львы-собаки) на охране у лестницы и множество металлических колокольчиков, звенящих от ветра.

Настоятель приветливо встретил нас на пороге старинного здания. Пожилой, с длинной не густой бородой снежно-белого цвета, в таком же белом одеянии, он был больше похож на ёкая, чем на человека. От настоятеля исходила такая сила благодати, что даже простой прохожий должен чувствовать. Сложив руки перед собой, монах приветливо склонился, приглашая нас жестом в храм. Молодой помощник, который тогда приходил в город, сопровождал настоятеля.