Gone
Шрифт:
– Я говорил уже. Сегодня _буду_устроить_ отрядные танцы.
– Н-да... А я его как раз хотел послушать. Ну да ладно.., - он шутливо-огорченно повернулся к Свете, - Вот уже и магнитофон забирают...
Света сочувственно покачала головой... Вообще, как только появились Наташа и Серж, она как-то оказалась очень рядом, и Андрюша ощущал ее молчаливую поддержку каждой своей фразе. Хотелось даже пошептаться с ней в середине общего разговора, эдак по-заговорщически...
– Так он у тебя в комнате?
–
Серж вошел в Андрюшину комнату. Наташа, как видно, раздумала идти; она стояла и живо интересовалась происходящим.
– Кстати, Андрей, завтра - смотр строя, - сказала она, - Надо бы их построить, помаршировать...
– После ужина перед линейкой.
– А какую строевую песню, как думаешь?
– Ммм... (И чего это она вдруг вспомнила, думал он...)
– В общем, это хорошо бы нам решить. Так. Однако мне надо идти (вместо этого Наташа подошла к зеркалу и причесалась). Слушай, Андрей, как считаешь - такую прическу лучше оставить, или сделать новую?
...Серж безучастно наблюдал происходящее и делал для себя выводы. Андрюша увидел его и... понял, что (точнее, кто) был причиной этого Наташиного нюанса разговора.
– Сделай новую, - сказал он, - То есть это я так считаю; спроси еще кого-нибудь.
Наташа, даже не глянув в сторону Сержа, отошла в сторону, зачем-то еще раз причесалась, и... осталась.
Серж, в планы которого также входило обращать на Наташу ноль внимания, с ходу продолжал:
– А кассеты?
– Это сложнее. Они могут быть где угодно.
Серж ушел искать кассеты. Наташа рассматривала стенгазету.
– А зачем такой мрачный пейзаж?
– Так надо.
– А где будут сами надписи?
– Для них оставлен минимум места, чтоб много не писать. Специально на это рассчитано.
– Ага... А здесь можно эмблему отряда - очень хорошо впишется. Как думаешь?..
– Может, и не впишется...
– А вообще, по-моему, мрачновато. Но если ты думаешь, что нормально то ладно...
– А по-твоему как, красиво?
– спросил Андрей у Светы.
– Да. Они просто ничего не понимают.., - тихо ответила она.
Вошел Серж.
– ...Так, две нашел, а еще две у меня есть. Все, что нужно. А теперь расскажи мне, где добыть удлиннитель.
– Нигде. Проверено.
– Э-э... гадость какая. А что же делать?
– Могу посоветовать. Разбей лампочку, сделай из нее "жучка", и превратишь в удлиннитель свою настольную лампу. Здесь шнур такой, что очень легко к голым контактам...
– Ценная мысль. А где взять лампочку?
– Где угодно. Все равно новую поставят.
Недолго думая, Серж пошел в ближайшую палату - это была как раз та женская палата, куда он заходил в первый же вечер.
– Так.., - сказал он, глядя в потолок, и зафиксировав взгляд
Она как раз собиралась выйти, но остановилась в проходе, глядя на странные телодвижения Сержа.
– Нет ли здесь чего-нибудь, на что можно встать?
– А зачем вам?
– Во-первых, не вам, а тебе. Я не начальник лагеря. Меня зовут Сергей. Чтобы вывинтить лампочку.
– Можно подвинуть тумбочку...
– И из нее что-нибудь посыплется. Знаю я тумбочки.
– Можно встать на кровать.
– Мне нельзя, ботинки грязные... А вот тебе... Слушай, не окажешь ли мне такую услугу - если, конечно, тебе не трудно. Очень буду обязан...
– Да... Тойсть нет... Сейчас...
Катя очень старалась, хотя вывинчивать было и неудобно. Она спустилась, Серж вынул у нее из рук лампочку, сказал "Спасибо" и вышел - она стояла в том же положении, и в голове было удивительно пусто...
Серж молча прошел мимо троих на веранде (демонстрируя полное безразличие на очередные Наташины знаки внимания к Андрюше), взял магнитофон и махнул ручкой на прощание. Через полминуты вышла Катя.
Отойдя от корпуса на десяток шагов, она снова увидела Сержа. Он присел возле дорожки, и его взгляд шарил по сторонам. Потом он локализовался где-то у ее ног, Серж вскочил и подошел; поднял небольшой плоский камень со словами "Еще раз спасибо", и вернулся на прежнее место. Через секунду раздался хлопок, характерный для разбивающейся лампочки....
Серж ушел, насвистывая. Катя на этот раз приходила в себя минут десять... но так ничего и не поняла.
10.
А на следующий день дежурил второй отряд. Заключалось это в том, что часть отряда пребывала в столовой, дабы выполнять там текущие задания, а остальная часть торчала на воротах, в пионерской комнате, и т.п., или просто слонялась по лагерю в парадной форме и с очень тоскливым видом.
В столовой ребят, разумеется, сопровождала Наташа, она же провела утреннюю линейку. Андрюша проспал до завтрака, а потом пошел проверять посты. Со второго поста (пионерская комната) это занятие ему надоело; однако он быстро вышел из положения.
– Так, вас здесь явно слишком много, - сказал он, - совершенно нечего пятерым делать в пионерской комнате. Пойдемте-ка лучше посты проверим. Двое со мной, кто хочет?
Мимоходом он заметил Журавлеву Свету, в которой на этот раз полностью отсутствовала игривость и повышенное внимание к его персоне. Тут бы ему самому с ней заговорить, желательно в повелительной форме... как почему-то очень хотелось... но Андрюша чувствовал, что этого делать не следует. Ноль - так ноль...
– Так, ну?.. Ира, Оля. Все. Пошли.