Гомицидомания
Шрифт:
Я сжала челюсти, стараясь не выдать чувства злости и ревности. Подняла глаза на Эсфирь и Леви: оба они понимающе смотрели в мои, но поспешили прикрыться улыбками.
Я хотела что-то сказать, чтобы не чувствовать себя так униженно и убого, хотела встать и уйти покурить, но почувствовала легкое касание пальцев Троя на своих. Остальные вряд ли заметили тот красноречивый жест. Жест приободрения и утешения. Я успокоилась, сжав за спиной его ладонь.
Мы поужинали, даже мирно поболтали о простом и ненужном, а потом Эсфирь посвятила нас в новости и план действий.
— Пятерых
— Ну а что! — всплеснул руками Цефей. — Я просто обматерил их по рации и немного почистил инфу о поджогах и убийствах. Теперь хуй они легко выйдут из этого дела. Инфы свидетелей-то нет в базах, как и видео с камер и прочей поеботы.
— А сколько денег ты упер с их карт? — усмехнулась беззлобно Эсфирь.
— На бензин! Агент давно не отправляла деньги за работу!
Она с улыбкой покачала головой. Как мать от проделок дитя.
— А что там про Яна? — с надеждой спросила я. Странно, но внутри я горела. Перед глазами начинало плыть. Настолько я желала его? Как наркотик.
— Я ждала твоего вопроса, Оф, — снова улыбнулась лидер. — Первое: Дамьян зачем-то набил татуировку. Второе: он собирается праздновать день рождения, и я знаю, где.
— Подробности, Эс! — предвкушающе подалась я вперед. Я чувствовала, как кровь брызнула в ушах. Как задрожали колени в желании бежать туда, где будет Ян.
— Он набил твое имя над сердцем. Полное имя — Радмила Офелия Црнянская. Как женщина я понимаю твою радость, потому рассказываю об этом. Он сегодня вечером был в штабе и показывал новым товарищам обновку. Я хотела выяснить, где его поселили, потому слушала все, о чем они говорили. У него сейчас три хороших друга: Локи Вестгот, — их Мясник, Тревор Шелби, — или Топор, и Михаил Рид, — Кузнец. Все они те еще звери: их клички даны им от метода убийства.
— Ага, уебы конкретные, — вклинился Леви. — Мясник раньше тоже типа к нам должен был попасть, но мы не успели его завербовать. Так-то толковый чел, но не ту команду выбрал. Он людей вскрывать любит, прям рил вскрывать, чтобы кишки вытащить, печень, почки. А потом просто фараонам эту пирушку оставляет. Им приходится людей по ошметкам собирать. Он из Исландии. На Дамьяна чем-то похож внешне. Два брата-акробата. Ты бы заебалась между ними выбирать, Оф!
— Шелби. Или Топор, — подхватил Трой. — Тут все просто: заживо отрубает, преимущественно тупым топором, головы. По характеру он как Леви: придурок.
— Мой внебрачный сыр, — рассмеялся Цефей.
— Сыр? — переспросила Морган.
— Ага. Типа сын, только сыр.
Все мы переглянулись под хохот Леви. Шутку никто не понял.
— А Михаил Кузнец из-за своей здоровой
— Чтоб он вместо тебя дрова колол? — усмехнулась Немезида.
— Чтобы носил! Да и той кувалдой он машет, как черт. Будет кому защитить. Да и вообще! Он очень даже красивый парень, у него душа добрая! Я видела, как он котят бездомных людям раздает, чтобы они не умерли. Мне тоже предлагал. У мамы Шерлок живет, помните? Это Михаил мне подарил его!
— Э-э, — нахмурился Леви, — а ты сказала, что нашла сама!
— Чтобы ты не вонял, что я с врагом мило болтала!
— Он мог тебя узнать!
— Так не узнал же!
Мы с Эсфирь и Троем, казалось, одновременно закатили глаза. Морган слезла с Троя и нависла угрожающе над Цефеем, а я заметно расслабилась и поспешила занять свое место.
Я придвинулась ближе к нему и неловко толкнула плечом, чтобы после он так же неловко и робко обнял меня с обеих сторон за талию и опустился подбородком мне на макушку. Эсфирь видела эту сцену деления самца двумя самками. Видела, но делала вид, что не замечала.
Морган шлепнула Цефея по лбу, и тот, зарычав, схватил ее и закинул на плечо. Они оба завизжали и начали крутиться по помещению, то ли избивая друг друга, то ли воркуя.
— А день рождения? — стыдливо спросила я. Гадким было делить одного, жаться с ним в ревнивых объятиях, а теряться внутри в боли и ожидании из-за другого.
Эсфирь явно порицала мою любовь к Яну и ту ревность, обращенную к Трою. Одна грязная шлюха, трахал которую один, а думала она о втором — я. Ничтожность без принципов и нравственности, сидящая перед строгим взором Эсфирь, думающей так же. Я спрятала глаза, но яро ждала ответа.
— Пятого марта они небольшой компанией идут в казино. Дамьяну исполняется двадцать три.
— Еще месяц… — прошептала я, размышляя вслух. — Мы успеем уладить дела и вернуть его именно в тот день? Тогда очень удачный случай будет, Эсфирь! Он будет без «охраны».
— Я тоже об этом думала.
— Я не понимаю, к чему столько сложностей. Прошлая миссия. Зачем нужно было подрывать их дома, ловить пешек и следить за штабом? Почему нельзя было просто выманить Яна и дать мне с ним поговорить?
— Дома жгли, чтобы собрать их в одной точке. Пешек ловили, чтобы убрать лишний мусор под ногами. А следили, чтобы узнать что-то важное и нужное. Например, где поселили Дамьяна? Что они колят группе? Какие цели будут преследовать? Результат должен был быть следующий: пешки убиты, никто нам не мешает, панику навели, но без открытого объявления о войне. Потом поджог их домов — вынудит срочно собрать всех в одной точке, где следящий — тогда это был Трой — узнает все, что нам нужно. Так должно было быть, но, к сожалению, ты… немного помешала, и теперь мы будем воевать. А Дамьяна так легко не выманить — его контролируют, зная, что мы хотим его поймать. Он сейчас как… президент.