Гомер

Лосев Алексей Федорович

мнений является и мнение о его жизни на Хиосе, где был, как сказано, особый род

гомеридов, являвшихся распространителями произведений Гомера. В Гомеровских гимнах

(I.172 сл.) мы читаем:

«Муж слепой, обитает на Хиосе он каменистом,

Лучшие песни его и в потомстве останутся дальнем».

Однако тот вывод из этого, что Гомер не только жил, но и родился на Хиосе, является

уже позднейшим домыслом.

К числу древних сказаний о Гомере надо относить и сообщения

о смерти и

погребении Гомера на маленьком острове Иосе около Феры. Все прочее есть позднейшие

вымыслы и домыслы, характерные не столько для образа самого Гомера в античности,

сколько для творцов этого образа.

3) Формулируем традиционный образ Гомера у греков. Этот традиционный образ

Гомера, существующий уже около 3000 лет, если отбросить всякие псевдоученые

вымыслы позднейших греков, сводится к образу слепого и мудрого (а, по Овидию, еще и

бедного), обязательно старого певца, создающего замечательные сказания под

неизменным руководством вдохновляющей его музы и ведущего жизнь какого-то

странствующего рапсода. Подобные черты народных певцов мы встречаем и у многих

других народов, и потому в них нет ничего специфического и оригинального. Это самый

общий и самый распространенный тип народного певца, [33] наиболее любимый и

наиболее популярный у разных народов. В связи с этим, может ныть, надо толковать и

самое имя «Гомер», являющееся, вероятно, не чем иным, как персонификацией одной или

нескольких черт из формулированного нами сейчас образа народного певца. Эфор

толковал это имя как Ho me horon, т. е. «невидящий», т. е. как «слепой»; G. Curtius – как

«слагатель»; К. Мюлленгоф – как «общающийся», «товарищ».

б) Время жизни Гомера Гелланик и псевдоплутарховский биограф Гомера относили к

Троянской войне (1196–1183), т. е. к началу XII в.; Кратес, заведующий Пергамской

библиотекой – ко времени 80 лет спустя после этой войны, т. е. к концу XII в.; Эратосфен –

ко времени 100 лет спустя после Троянской войны, т. е. к XI в.; Аристотель и Аристарх (II

в. до н.э.) – ко времени основания ионийских колоний (1044), т. е. 140 лет спустя после

Троянской войны, к XI в.; Аполлодор – 100 лет спустя после этого, т. е. к X в.; Геродот

II.145, ср. II.53 – спустя 400 лет после Троянской войны, т. е. к VIII в. (также Фукидид

I.3.3) – как и некоторые – к началу Олимпиад (776). Многие ориентировали Гомера вокруг

времени

Гесиода, которое тоже в точности неизвестно; ко времени до Гесиода относили

Гомера Ксенофан, Гераклид Понтийский, Филохор и другие; ко времени самого Гесиода –

Ферекид, Гелланик, Геродот (II.53). Варрон и др.; ко времени после Гесиода – Акций,

Филострат и, может быть, уже Симонид и Эфор. Гомера относили и к веку Ликурга, т. е.

тоже к VIII в., Эфор и др. Историк Феопомп, отождествляя киммерийцев, в «Одиссее»,

XI.12-19 с исторически известными киммерийцами, относит Гомера к веку Архилоха и

Гигеса, т. е. к VII в. Наконец, иные считали Гомера даже учеником историка и географа

Аристея Проконесского, т. е. относили к первой пол. VI в. Таким образом, сами греки

относили жизнь Гомера ко времени от XII до VI в.

в) Место рождения Гомера также вызывало самые безнадежные разногласия.

Впоследствии была даже эпиграмма, перечислявшая семь городов, которые претендовали

быть родиной Гомера (Смирна, Хиос, Колофон, Итака, Пилос, Аргос, Афины). Но их было

еще больше. В этих мнениях очень прозрачно выступают политические и патриотические

тенденции (некоторые ионийские роды, например, прямо возводили себя к Гомеру;

упомянутого Аристея выдвигали киприйцы). Разнообразие мнений о месте рождения

Гомера в эллинистические времена доходило до того, что его считали и вавилонянином, и

сирийцем, и египтянином, и римлянином. Все это позднейшие комбинации, которые сами

свидетельствуют о своей несостоятельности.

г) Произведения Гомера. О произведениях Гомера у греков также знали мало.

Каллин, которому принадлежит вообще первое упоминание о Гомере, называет его

автором «Фиваиды», что справедливо могло служить подтверждением для тех, [34] кто

отрицал за Гомером авторство «Илиады» и «Одиссеи». Первоначально вообще все

циклические поэмы приписывались Гомеру. Геродот (II.117) уже проявляет некоторый

критицизм, полагая, что «Киприи» не принадлежали Гомеру, поскольку в них Парис едет в

Трою три дня, а по Гомеру (Илиада VI.291) – очень долго. В другом месте (IV.32) Геродот

сомневается относительно эпигонов. В IV в. уже довольно хорошо научились понимать

отличия Гомера от цикла, и лучшим образцом этого является Аристотель (Poet. 23). В

александрийские времена Ксенон и Гелланик приписывали обе поэмы разным авторам (за

что этих ученых прозвали «разделителями»). Аристарх приписывал Гомеру обе поэмы, а