Головорез
Шрифт:
– По мере того, как кости вашего черепа становятся жестче, ваша голова будет увеличиваться. Но внутри ваш мозг потеряет до двадцати процентов своего веса, замедляя рефлексы и скорость протекания мыслительных процессов. Ваша талия будет расплываться независимо от того, как интенсивно вы будете упражняться, а плечи будут становиться всё уже по мере того, как будет уменьшаться мышечная масса.
Лёгкие потеряют сорок процентов своего полезного объёма, а кровеносные сосуды утратят свою эластичность, словно замороженные спагетти. Чем более пористой будет становиться ваша кожа, тем больше будет отвисать ваше лицо. Вскоре вы не сможете услышать высокие
Лотос подвела его к панорамному окну, возвышавшемуся над Гонконгом.
"Благоухающая бухта", простиравшаяся перед ними, была грязной и серой. Джонки и сампаны качались на волнах, торговые суда и военные фрегаты ударялись о причалы.
Зелёные двухпалубные "Звёздные паромы" сновали от берега к берегу, а улицы по обеим сторонам пролива были запружены потоками людей.
– То, что вы видите – капитализм в чистейшем виде. Колония является британским экспериментом в соответствии с теорией Дарвина – лабораторией, где рыночная система действует без всякого контроля. Гонконг существует ради получения прибыли, чистой прибыли и только прибыли. И это та концепция, которая понятна американцам.
Вы смотрите передачи американского телевидения, инспектор? Существовала ли когда-нибудь культура, которая бы так была озабочена проблемами сохранения молодости? Вы представляете себе, сколько времени люди тратят ежегодно на подтягивание лица, уничтожение складок на животе, пересадку волос, выкачку жира?
Знаете ли вы, что Элизабет Тэйлор, Глория Свэнсон, Джордж Гамильтон и Ларри Хэгмэн делали себе инъекции из околоплодных вод овцы в надежде задержать старение? Почему? Потому, что Америка преклоняется перед молодостью, как перед идолом. Американцы старше сорока попадают в отходы общества. Быть стройными, без единой складки тела – вот чего хотят американцы. Представляете, что будет, если кто-нибудь откроет рынок "Фонтана Юности"? Улицы Америки действительно оказались бы вымощены золотом.
В Америке медицина благосклонна к тем, кто платит. В отличие от Канады, они не позволяют паразитам общества впустую расходовать препараты. Одна шестая часть всего населения – тридцать семь миллионов человек – не имеет никакой медицинской помощи. Тот, кто в Америке преуспевает – преуспевает хорошо; тот же, кто нет – может вянуть и умирать. Зачем бы в противном случае им было устанавливать самый высокий процент детской смертности среди развитых наций? Очевидно, для того, чтобы отсеять слабых и генетически ущербных. В Америке здоровье покупается и продаётся, как и всё остальное, на рынке. Американцы хорошо поняли, что такое естественный отбор.
Позвольте мне нарисовать вам картину будущего Америки. Дети быстро взрослеют, с каждым годом смещая центр тяжести в сторону более преклонного возраста. Вскоре от побережья до побережья Штаты будут походить на Флориду сегодня, с сорока пятью миллионами американцев в возрасте старше шестидесяти пяти лет. Даже при шестидесяти процентах федерального бюджета, направляемых для помощи лицам пожилого возраста, при таком положении дел Фонд Милосердия обречён на банкротство. Если бы не введение в строй двухсот больничных коек ежедневно, с настоящего момента до конца столетия не было бы никакой возможности оказывать медицинскую помощь. Здоровье каждого американца будет зависеть от его или её счёта
Вы интересовались, чем мы здесь занимаемся? Это ответ на ваш вопрос?
– Почему вы эмигрируете в Канаду? Почему не в Штаты?
– Небольшая задержка лишь за тем, чтобы перевести капитал. Но как только появятся свободные средства, американский рынок будет принадлежать нам.
Вы должны быть польщены, – сказала Лотос. – А не раздосадованы. Вплоть до двадцатого столетия на китайский язык нельзя было перевести слово "личный". Всё, что было меньше, чем семья, было несущественным.
Британия снабжает вас деньгами, словно разбалованного ребёнка.
Американцы скупили вашу промышленность и выкачивают из неё прибыль.
Гонконг придаёт весьма ценное качество. Его бизнес является семейным.
– Всё зависит от того, чья это семья, – сказал Чандлер.
Не успел Цинк выйти за дверь, как на лестнице раздались спускающиеся шаги.
– Он добрался до Дэниэльс.
– Очевидно.
– Всадник знает слишком много.
– Ты проверил сообщение?
– Оно подтвердилось. Час назад они арестовали нашего человека в Силах.
– Если Чандлер видел карту ГСПК, то в этом замешан Ки. Если они не работают вместе, то вскоре будут работать.
– Мы должны найти ДНК. Блокиратор бесполезен. Всё будет ни к чему, если наши исследования потерпят неудачу. С ней мы будем желанными гостями в любой части света. Мы должны выиграть время до тех пор, пока не обыщем Виндиго-Маунтин.
КАННИБАЛ
Цзюлун
5:31 пополудни
Калифорниец стоял рядом с убитым беженцем. Камера приблизилась, показывая извлечение сердца и почек, затем переместилась левее, к пятнам крови на руках Джексона. Сидя в просмотровом зале и просматривая видеозапись, Головорез изучал выражение беспокойства на лице американца. Беспокойства за сына, в настоящий момент готовящегося к трансплантации. Беспокойства за себя из-за видеозаписи.
– Мы должны быть уверены, – сказал Мартин в тот день, когда была заключена сделка, – что обе стороны сохранят источник органов в тайне. Ваше участие будет записано на плёнку и будет храниться в ящике, к которому есть доступ только у меня. Стоит вам нарушить наш уговор, и запись будет извлечена наружу. Храните нашу тайну, и она останется скрытой навсегда. Если кто-либо доберётся до ящика, запись будет сожжена. Обе стороны находятся под угрозой. И обе защищены. Это называется, если я правильно припоминаю, "мексиканская стойка"?
Головорез перемотал запись и просмотрел её сначала: …кадр с беженцем на ферме доноров, Джексон отпирает решётку его камеры… …кадр с беженцем, привязанным к столу, его тело дёргается, когда Джексон стреляет ему в голову скотобойным дротиком… …кадр с анонимным хирургом, извлекающим органы, рядом с ним виден Джексон… …кадр того, как органы пересаживаются его сыну, Джексон – у окна операционной…
Удовлетворённый, Головорез перематывает плёнку и прячет её в сгораемую коробку.
Он покидает просмотровый зал и направляется в подземную лабораторию, сняв защиту на входе рядом с криогенным холодильником. Пройдя через лабораторию и выйдя через вторую дверь, он проходит туннелем мимо Ямы и поднимается по каменной лестнице. Когда он входит в комнату с Жертвенным Алтарём над люком, из Усыпальницы Предков раздаётся громкий смех.