Головоломка
Шрифт:
Нолли подалась вперед и протянула руки, а когда болонка скрылась за кустами, залилась истошным ревом.
О Господи! — подумала Делия, беспомощно взглянула на племянницу и выбежала во двор.
— Чарли, Чарли!
Пес не отзывался.
А вдруг он вообще больше не вернется? Эта мысль не на шутку испугала ее. Еще пару часов назад ей было бы абсолютно наплевать на всех собак в мире. Но сейчас, когда выяснилось, что ее обожаемой малышке безумно понравился Чарли, она чувствовала, что готова накупить сколько угодно мяса и целый день перемалывать его в фарш… Лишь бы угодить своей
По желтому пляжу Форталезы разгуливали шоколадные девочки, и на них можно было бросать восторженные взгляды, лежа на нежнейшем песке в компании друзей. Александр ликовал. Палило солнце, и он взял оставленную кем-то газету, чтобы прикрыть глаза от слепящих лучей, отражавшихся в океанской воде.
— Послушай-ка, этот парень ужасно похож на твоего дядю… Да ведь это он! «Фальсификация документов в Хьюстоне», — прочла вслух Эва заголовок статьи и выхватила у него газету. — Какой сексапильный мужчина! Обалдеть!
— Не заглядывайся. Он тебе в отцы годится, — буркнул в ответ Александр.
— Очень жаль. — Эва томно вздохнула. — Когда я увидела его по телевизору несколько лет назад, такого одинокого и печального, просто потеряла покой. На протяжении нескольких недель меня неотступно преследовали разные фантазии: как я помогаю ему вернуться к жизни, как забочусь о нем, как ухаживаю за ним…
Александр закатил глаза.
— Боже мой! Мама права: половина женщин в Сиэтле глупы, как курицы! Мой дядя потерял свою единственную любовь, а также малолетнего сына. И справиться с болью от столь огромной потери… В общем, очень сомневаюсь, что именно ты смогла бы ему в этом помочь.
Его спасает работа, он отдается ей без остатка.
Мама считает, что если ее братец не сбавит темпы, его переманят для работы в Вашингтон.
— Какая жалость! Такой симпатяга и пропадает в одиночестве! — промурлыкала Эва и прочла верхнюю строчку статьи: «Подсудимый изменил показания». — Она удивленно вскинула брови. — Что это значит?
Александр нахмурился, вырвал газету из рук подруги и, удостоверившись в том, что Эва не шутит, издал беспомощный стон.
— Знаешь, что это означает? Что у меня возникли серьезные проблемы. Я сдал дом дяди одной женщине с младенцем… Это ей на попечение я оставил твоего Чарли. — Александр обхватил голову ладонями. — Джонатан, по всей вероятности, уже едет домой. И как я мог так глупо поступить?
— Не переживай! Все как-нибудь уладится. — Эва успокаивающе похлопала его по плечу.
Нолли не унималась. Делия огляделась по сторонам. Надо было найти хотя бы картинку с изображением собаки, чтобы успокоить крестницу. В уютной гостиной, прилегавшей к кухне, висел огромный натюрморт. На стене, вдоль которой тянулась наверх лестница с резными столбиками перил, красовались фотографии игроков в гольф. Наверное, выдающиеся личности, решила Делия. Иначе кто бы стал вставлять их в такие изысканные рамочки?
Одна из стен в просторном холле, обитая шелковой тканью, была украшена забавными карикатурами с изображением адвокатов: в париках, в длинных мантиях, со смешными рожицами.
И, как назло, ни одной собаки! Взяв на руки ребенка, она пошла наверх.
Интерьер спальни, с двумя огромными окнами, поражал
Тонкий вкус, создателя роскошной обстановки никак не сочетался с внешностью Александра: его потертыми джинсами, короткой стрижкой и пятью тоненькими серебряными колечками в ухе. Делия недоуменно пожала плечами.
Другая комната была обустроена как кабинет. Вдоль стен от пола до самого потолка тянулись многочисленные ряды книжных полок, забитых юридической литературой. Делия вспомнила карикатуры в холле и задумалась. Ее юный хозяин вполне мог получить этот дом по наследству от кого-нибудь из родственников. В этом случае многое становилось понятным.
У окна стоял великолепный письменный стол — широкий, с большой настольной лампой с левой стороны. Здесь она собиралась поставить свою миниатюрную, почти бесшумную пишущую машинку — подарок отца в день успешного окончания университета. В Транквилити Каслз о работе на ней не могло быть и речи.
Пробный перевод для Центра психологических исследований она выполнила от руки, потом отдала его в перепечатку. Здесь же можно было делать текст сразу на машинке, не опасаясь штрафных санкций за нарушение тишины. Это было одним из преимуществ нового места жительства.
Как только Нолли заснет, примусь за перевод, попробую наверстать упущенное, решила Делия.
Третью комнату Александр ей не показывал.
Протараторил, что ее используют как склад для старых вещей и что в ней никто не жил на протяжении нескольких лет. Дверь не сразу поддалась, по всей вероятности, сюда давно не заходили. Под толстым слоем пыли скрывались вполне светлые и радостные тона: все здесь было желто-белым, поэтому наверняка даже в самую хмурую погоду в этой комнате сохранялась солнечная атмосфера.
На полу стояли коробки. Похоже, к ним долгое время никто не прикасался…
Делия вернулась в кухню, посмотрела в окно в надежде увидеть Чарли, прогуливающегося по дорожке сада. Но его там не было. Однако Нолли, уставшая капризничать, уже начала зевать, тереть глазки и вскоре задремала прямо на руках у крестной. И та осторожно, чтобы не потревожить ее, устало опустилась в мягкое, необыкновенно удобное кресло…
Услышав, что в дверь скребутся, Делия испуганно подняла веки и покачала головой. Должно быть, сон сморил ее сразу же, стоило ей только присесть. К блузке прилипли крошки шоколадного печенья, неосмотрительно взятого в руку перед сном, пальцы слиплись, раскрытый пакет, полный этого сладкого лакомства, лежал возле ее ног, содержимое отчасти высыпалось на дорогой персидский ковер.
Она впустила собаку, искупала и покормила Нодли, и наконец-то уложила ее в кроватку.
Потом сняла с себя перепачканную шоколадом блузку и остальную одежду, в которой ходила целый день, бросила все в корзину, натянула первую попавшуюся под руку футболку и, наспех приняв душ, упала в кровать.
И уже в полусне вспомнила, что не убрала с роскошного ковра рассыпавшееся печенье и забыла подключить сигнализацию.
Через мгновение все заботы прошедшего дня отступили, и Делия провалилась в сладкий мир грез.