Голоса в темноте

Френч Никки

Да, тот понедельник был особым и насыщенным, подумала я, и вдруг мне пришло в голову, что сегодняшний день в точности воспроизводит прежний, словно я сама с собой играю в «бабушкин след».

Двадцать минут с Мольте доставили мне истинное удовольствие, потому что он был молод, красив — с длинными, перетянутыми в хвостик волосами и сияющими голубыми глазами — и держался дружески. И еще мне понравилось, что он наполовину финн, наполовину немец и говорил с сильным акцентом.

* * *

Сгущались сумерки, был конец дня. Мелкая крупа превратилась в плюющийся снег, который валил с посеревших небес. В оранжерее

горели все лампы, и когда я вошла туда, то почувствовала запах смолы и услышала звук текущей воды. Где-то посвистывал ветер.

Я словно покинула свой мир и вступила в другое измерение. Теплица была не особенно большой, но передо мной открывалась панорама, словно я обрела способность видеть на мили вперед. Повсюду росли деревья — старые, красивые, с перевитыми стволами и расползающимися в разные стороны корнями. Я наклонилась и осторожно дотронулась до одного из них.

— Китайский вяз, — раздался голос позади меня. — Ему больше ста лет.

Я распрямилась. Гордон Локкарт был плотным лысеющим человеком. В глаза бросались ярко-красные подтяжки на синей трикотажной рубашке.

— Комнатное растение, — продолжал он. — А вот это японский клен, — он указал на тоненькое деревцо с пылающими всеми оттенками костра листьями, — уличное. Мы его только на зиму вносим в оранжерею.

— Прелесть, — похвалила я. — Господи, как здесь необычно и хорошо. Спокойно.

— Согласен, — ответил Локкарт. — Я прихожу сюда после грязных и шумных улиц и словно попадаю в другой мир. Древний лес в сердце Лондона. Взгляните сюда: это баньян. Видите, какие у него воздушные корни.

— Прелесть, — повторила я. — Как в сказке.

— Не спешите. Очень трудно выбрать дерево, которое подходит именно вам. Или это для кого-то? Популярный подарок, особенно на свадьбы и юбилеи.

— Я пришла сюда, чтобы кое о чем у вас спросить. Думаю, мы с вами виделись раньше.

— Я встречаюсь со многими людьми.

— Я из «Джей и Джойнер». Вы поставляли для нас двадцать деревцев бонсай для офисов «Лавина» в Кэнари-Уорф. Я приходила убедить вас в том, чтобы вы потребовали больше за свой труд.

— Эбби Девероу? Вы обрезали свои красивые волосы?

— Да.

— Я вытряс из них деньги. И сделал вам подарок.

— Я тоже помню, — ответила я, хотя в голове был провал, но я не хотела обидеть Гордона. За спиной, словно раскаты смеха, булькала вода. — Китайский вяз.

— Потому что вы сказали, что хотите комнатное растение. Если не ошибаюсь, десятилетний. И стволик симпатичный, толстенький.

— Замечательный подарок, — повторила я. — А я зашла узнать, когда мы с вами встречались? Точную дату.

— Мы виделись дважды: в понедельник и затем шестнадцатого в среду.

Я ликовала — это скачок на два дня в моем жизнеописании. И под влиянием момента купила баньян. Можно будет потом подарить его Джо.

Глава 11

Подходя к квартире Джо, я заметила на своей машине блокиратор. Кроме первой квитанции на ветровом стекле красовалась наклейка, которая предупреждала, чтобы я не пыталась самостоятельно вызволять автомобиль. И значился номер телефона, по которому следовало звонить, чтобы освободить машину за достаточно крупную сумму. Она, пожалуй, того не стоила. Займусь ею потом.

А теперь меня ждали неотложные дела. Набор для теста на беременность я приобрела по специальному предложению — хоть одна хорошая новость: скидка составляла пятнадцать процентов. Озябшие, дрожащие

пальцы долго не могли справиться с упаковкой. Я посмотрела на коробку — срок годности истек 20.04.01. Вот почему он продавался дешевле — на девять месяцев просрочена дата реализации. Но какое это имело значение? Неужели могли быть неверными показания?

Я вошла в ванную Джо и разорвала пакет. Внутри оказался предмет наподобие ручки с гигантским фетровым наконечником. Инструкция на коробке предписывала «держать красный мочесборник не меньше секунды в струе мочи». С этим проблем не возникло. Я поместила палочку в патрон и продолжала сверяться с указаниями. «Результаты будут готовы через четыре минуты». Неудобное время. Я натянула трусы и брюки. Никуда не пойдешь, ничем не займешься. Так и смотрела в три дырочки. Все они исправно покраснели. Теперь следовало дождаться, чтобы исчез окрас в среднем окошечке. Кто придумал такую штуковину? Не иначе мужчина, вроде моего знакомого дизайнера Бена. Один из способов зарабатывать на жизнь. Я представила, сколько состоялось совещаний, чтобы утвердить оптимальную форму. В последнюю пару лет я сама частенько присутствовала на подобных совещаниях. Я перевернула прибор так, чтобы не видеть окошечки. Непреложный научный факт: если продолжать пялиться в среднее отверстие, окрас никогда не исчезнет и я окажусь беременной.

Что ж, это вполне возможно. Я заглянула в свой дневник и обнаружила, что мои критические дни должны были начаться 24 января, то есть в то время, когда я лежала в больнице. Задержка на неделю. Правда, я несколько дней практически голодала и была до безумия напугана. Тело — мудрый механизм. Но что, если я в самом деле беременна? Потребовалось огромное психологическое усилие, чтобы не думать о последствиях. Но стараться сосредоточиться на другом — все равно что притащить домой бегемота и делать вид, что его не замечаешь. Я выдержала пару минут. Ну, может быть, еще одну. А потом повернула прибор и обнаружила, что я не беременна. Проверила инструкцию на упаковке, чтобы убедиться, что все сделала правильно. И поняла, что не ошиблась.

Пошла и открыла принадлежащую Джо бутылку вина, чтобы это отпраздновать. Но после первого же глотка стала сомневаться, правильно ли я поступила. Завтра же пойду куплю новую. Я почувствовала себя виноватой, когда вспомнила о горящих счетах. Скоро сюда явятся люди — отключат газ, электричество, телефон. Раз я живу в этом доме, надо нести за него ответственность. Не исключено, что я договорилась с Джо, что буду вести хозяйство в ее отсутствие. Я представила, как она входит в дверь, находит кипу неоплаченных счетов и меня на кухне пьющей ее вино. Я наполнила стакан до краев — до самой кромки — и пошла разбираться с почтой Джо.

Работа оказалась не такой уж кропотливой. Как только я отбросила пакеты и отсеяла журналы, каталоги, предложения страховок и приглашения на уже состоявшиеся события, осталось всего несколько писем, которые были адресованы самой Джо. Счета за телефон, электричество, газ. Я взглянула на цифры — суммы небольшие. Не проблема. Прикинула в голове — получилось на круг не больше сотни фунтов. Пожалуй, заплачу и по счету за кредитку — всего-то двадцать один фунт. Среди прочих достоинств Джо явно обладала дзен-буддистским талантом подчинять воле свои финансы. Никаких магазинных карточек. Напоследок остались три письма с надписанными от руки адресами и две почтовые открытки. Я не стала их читать, а положила обратно на каминную полку.