Голос за спиной

Человек в тёмной шапочке выглянул из-за угла. Тихо. Лишь шальной ветер гонял по замусоренной мостовой какие-то тряпки и прочую шелуху.

Да где-то вдалеке погромыхивал на крыше оторвавшийся лист железа.

Никого…

У человека была цель.

Труп.

Когда-то это, видимо, был крепкий мужик. Плечистый и здоровенный, вполне способный выбить дверь ударом ноги. Потом… потом времена изменились, и для поддержания прежнего физического состояния «внезапно» потребовалась еда. Много еды.

А без неё мускулы стали… г-м-м… усыхать. Ибо привычная, высококалорийная и вкусная пища, всегда продававшаяся в ближайшем супермаркете, куда-то вдруг разом исчезла. Да и сам супермаркет в одночасье оказался разграблен подчистую. Ненадолго хватило и белковых коктейлей, как выяснилось, они не столь эффективно заменяют обычные продукты. Вот в сочетании с ними — да, всё в норме. А соло…

Убедительная реклама на красивой коробке оказалась обыкновенной болтовнёй. Мужик, всё ещё не врубившийся в суровую реальность, нашёл, как ему казалось, беспроигрышный выход — еду можно добыть! Там, где она пока есть. Адрес ближайшего не разграбленного пока ещё магазина, он знал. Силы выломать дверь или окно — имелись. Дело оставалось за малым — пойти и взять! Но крепкий кулак, увы, полностью пасует перед обыкновенным топором! А уж перед обрезом охотничьего ружья… тут и говорить не о чем!

Поход за едой превратился в позорное бегство. Об этом до сих пор напоминали следы от мелкой дроби на правом рукаве добротной кожаной куртки. Вновь возникшие хозяева и хозяйчики жизни отнюдь не горели желанием с кем-либо делиться — всё равно чем. Моё — и катись! Силой ничего взять не получилось. А деньги быстро закончились. Оставалось одно — торговать. Пока было что менять на еду, мужик держался. Но даже самый современный домашний кинотеатр абсолютно бесполезен в условиях отсутствия электричества. Да и не очень-то нужен, откровенно говоря. Цену пришлось снизить. Потом — ещё и ещё раз.

Голод — не тётка!

И всё содержимое роскошной квартиры понемногу испарилось в никуда — в обмен на еду. Но память о бывшей крутости — она никуда не делась. И мужик ждал своего часа. Выбрать момент, напасть, оглушить, да, хоть и просто шею свернуть! Другие — вон, вовсю направо-налево палят — и ничего! Цель была выбрана. Случайно, как это часто бывает. Тащил торгашу очередное барахло — ан вот он, голубчик, топает! Хиляк-разрядник — куда ему супротив тренированного качка?

Но тщедушный шкет внезапно оказался вооружён! И пуля из старого ПМ поставила точку в биографии некогда «эффективного менеджера». Вот так. Один выстрел — и всё… И кому теперь нужны два высших образования и диплом МБА? Может быть, для успешной жизни в Таркове нынче требуется нечто иное? А вот раздевать мужика шкет не стал — и так нелёгкий груз с собою тащил. Вот и красовалась теперь на покойнике некогда щёгольская

кожанка, ещё не потерявшая до конца своего вида. Да и сумка рядом. То, что в ней лежат колонки от домашнего кинотеатра — со стороны не видать. А вот то, что она не пустая, — хорошо заметно!

Вот и приглядывался человек в тёмной шапочке к вожделенной добыче. Куртка, сумка… да в карманах, поди, чего-нибудь есть. Он не спешил. Быстро бегающий — умирает уставшим. Вон торчит из-за камня чья-то нога. То же, небось, из этих… из торопыг. Нет… спешить рано! Сейчас выживают не эффектные качки — а насквозь прагматичные люди! Поджарые, с обветренными лицами — ибо подолгу на улице находятся. Большая мускульная масса тут ни к чему, а вот выносливость — та, очень даже к месту приходится! Ну за каким-таким хреном сейчас нужны мускулы штангиста?

Двери ломать?

Так обыкновенный лом это делает быстрее и тише.

И ярких цветов в одежде лучше избегать — приметен издали такой человек. Оттого и надета простенькая вязаная шапочка — не торчат из-под неё всклокоченные вихры, не демаскируют хозяина. Да и тёмная она, на фоне земли особо и не видать. Лежал человек… ждал. Но нет, никто рядом не шуршит мусором, не слышно и ничьих шагов. Пусто тут… И бегать владелец тёмной шапочки не стал, это лишнее. Тихонечко, к земле прижимаючись, прополз метров десять и снова замер. Прислушался, выждал немного — и опять на десяток метров продвинулся. И всего-то чуток до щегольской куртки осталось!

Дах!

Ударил выстрел — и изогнулся дугой на холодной земле владелец тёмной шапочки. Лязгнул затвор старой мосинской винтовки, выбрасывая из ствола стреляную гильзу. Это не скорострельное оружие — так её хозяин никуда и не спешил. Зато — раз попал, так и сливай воду!

— Вот балдю я с этих крысюков! — Юрец Грузный загнал в ствол старой винтовки новый патрон и положил её рядом. — И откель в народе столько дерьма повылазило?

Лежавший рядом Тоха Антич, прижал к глазам бинокль, осматривая улицу. Он ничего не ответил напарнику, но тот ничуть не расстроился подобным отношением. Привык…

— Казалось бы, ну давно уже даже самые тупые всё поняли! Не прожить здесь в одну харю! Крысятничество — оно никогда прибыльным не бывает. Ну приди к людям, шапку сними, поклонись — и примут! Да, не бугром! Но сыт и в тепле! Ты к обществу с уважением — и оно тебе той же монетой отплатит.

— Ты его не добил, — не отрываясь от бинокля, произнёс напарник. — Живой — вона, как его корчит-то! Должно и орёт, поди…

— И чё? Пущай орёт… Должон и с него какой-никакой прибыток быть! Вот звоночком и поработает… Глядишь — и ещё кто заглянет…

Порыв ветра донёс полукрик-полувсхлип.

— Гля, а таким хиляком выглядел? — удивился стрелок. — Во, глотка-то лужёная!

Он одобрительно покивал, прислушиваясь к крикам раненого.

— Опять же, чужой кто заглянет — а тут, нате вам — мертвяки! Лишний раз башку-то и почешет. Глядишь, сторонкой-то и обойдёт.

Громыхнув дверью, на крышу выбрался Толян Глазастый — один из подручных атамана. С собою он притащил банку пива и лёгкий перекус.

— Ну, чё за дела у вас тут?