Голос Рыка
Шрифт:
Панин спокойно повернулся к незнакомцам. Он не только не поднял руки, но и демонстративно сунул их в карманы.
– А кто вы, собственно, такие? – с вызовом спросил он. – И по какому праву позволяете себе так разговаривать? Предъявите ваши документы или проваливайте!
– Я тебе сейчас такие документы предъявлю! – зарычал один из незнакомцев. Высокий и широкоплечий, он явно был лидером в парочке. В неярком свете ночных фонарей блеснул кавказский нос под темной шевелюрой. Второй был не такой массивный, но в нем тоже чувствовались
В руке темноволосого появился пистолет.
– Служба охраны завода, – представился второй. – Прошу вас пройти с нами. Если вы непричастны к… Ну, короче, пошли, там разберемся!
– Да пошел ты! – Панин едва сдерживал гнев. – Здесь городская территория и плевать мне… на ваш завод!
– А я корреспондент газеты «Экологический вестник», – вмешался в разговор Джавров. – Я думаю, ваше начальство не захочет, чтобы завтра все журналисты писали о том, как сотрудники ФАЗМО хватают людей прямо на улицах. А что так и будет, это я вам обещаю.
Угроза Юлия Ивановича явно подействовала. На лице кавказца появилась растерянность. Ему совсем не хотелось стать причиной гнева начальства.
– Документы! – потребовал он.
– Морда от счастья опухнет! – прорычал Сергей Николаевич. – Пошли вы все на…
Назвать известный всем русскоязычным адрес Панин не успел – на территории завода раздался выстрел. За ним второй.
Охранники переглянулись. Пистолет вновь появился в руке темноволосого. Он наставил его на Сергея Николаевича и предостерегающим жестом поднял вверх левую руку.
– Все, базар окончен, – с угрозой проговорил кавказец. – Всем к стене!
Рыков, Джавров и Панин посмотрели друг на друга. Взгляд журналиста упал на Толика, его глаза удивленно расширились. Толик это заметил. Черт, у него же свое лицо, а Джавров его таким не видел. Но не менять же фэйс прямо сейчас!
Неподалеку как будто послышались шаги. Толик повернулся в ту сторону, еще не уверенный, что слух его не обманывает, но, бросив взгляд на насторожившихся охранников, понял, что так и есть, по улице кто-то идет. Один из охранников тоже повернулся и стал вглядываться в темноту.
– Тигран, смотри, там действительно кто-то идет, – сказал он. – Ну прямо парк развлечений, а не завод!
– Сходи приведи, а я этих построю! – На лице Тиграна заиграла мстительная улыбка. Видимо, ему очень не понравилась дерзость Панина, – И плевать я хотел на твою газету! – обратился он к Джаврову. – Марш к стене, а не то буду стрелять! Теперь я имею право!
Имел он право или нет, но против пистолета не попрешь! Толик, уверенный, что выберется из неволи при любых обстоятельствах, первым направился к стене. По дороге он сделал знак Сергею Николаевичу, чтобы не противился. Панин, недовольно качнув головой, последовал за ним.
А вот журналист не стал подчиняться. С неуловимой для глаза быстротой он вытащил откуда-то свое удостоверение и поднял его высоко над
– Вот мои документы! – громко, с пафосом проговорил он. – Я требую вызвать милицию! Я отказываюсь подчиняться произволу и…
– Смотри, кого я привел! – сказал, подойдя, второй охранник, не дав Джаврову договорить. – Глянь, какая птичка нам попалась!
И вновь реакция Толика оказалась медленнее, чем у Панина. Он все еще оцепенело стоял, глядя, как из-за спины довольного охранника появляется Лена, его Лена, та самая, которую они так долго и безуспешно искали, а Сергей Николаевич уже действовал!
Рыков даже не понял, что и как сделал отец девушки. Он только услышал треск костей грудной клетки Тиграна и увидел его долгое, почти как при замедленной съемке, падение. Толику даже подумалось, что все происходит как в кино. Ах, если б он не был так медлителен… Второй охранник оказался проворнее своего напарника. Он не полез в драку, нет – молнией бросившись к пистолету, вылетевшему из руки Тиграна, он перекатился по асфальту и, не выходя из кульбита, выстрелил! Затем, увидев, что пуля попала в живот Панину, уже не торопясь, прицелился и добил его второй пулей в грудь.
Вот только теперь Толика словно прорвало! Второй выстрел вывел его из оцепенения – с рычанием, которого он сам не слышал, Толик бросился на врага. Он не осознавал себя, как будто за него действовал кто-то другой, сильный и жестокий. Джавров впоследствии мог поклясться, что видел своими глазами, как руки парня удлинились, вытянулись вперед и, схватив руку охранника, ту самую, в которой был злосчастный пистолет, швырнули убийцу на ограду. Удар был такой силы, что напарник Тиграна просто не успел защититься. Его голова, с очень нехорошим звуком врезавшись в бетонное основание, безвольно упала на грудь, после чего тело бесформенной грудой сползло на асфальт.
Но и это было не все. Покончив с первым охранником, Толик стремительно повернулся к Тиграну и с низким, утробным рычанием пошел на него. Тот успел уже подняться на четвереньки и мотал головой, пытаясь прогнать туман, застивший ему глаза. Прийти в себя он не успел – Рык разбежался и нанес ему удар ногой в голову, вложив в него всю свою ненависть. Охранника отбросило назад, и он беспомощной куклой опрокинулся навзничь. Но и Толик чуть не взвыл от боли. Он с такой силой приложился к твердому черепу охранника, что нога просто отваливалась.
– Господи боже мой! – донесся до него голос журналиста. – Что же это такое? Господи, да как же это…
– Бегите отсюда! – Толик сам не знал, откуда у него появился этот командный тон. Наверное, это беспрерывная борьба за выживание так изменила его. – Быстрее, я потом свяжусь с вами!
Толик посмотрел по сторонам. Где же Лена? Он во время драки совсем упустил ее из виду! Хромая, Толик сделал несколько шагов и, выйдя из-за деревьев, заметил ее тоненькую фигурку. Она уже успела отойти метров на сорок.