Голод
Шрифт:
– Всё будет хорошо, братишка, вот увидишь, ты справишься…
Но в голосе Ричарда дрожало то, что он не смог бы сказать вслух.
Теперь и он понимал, что ситуация критически плоха.
Я упустил тот момент, когда мог вырвать из себя своего демона, и теперь мне предстояло только одно: бороться с ним, чтобы не причинить никому вреда…чтобы не причинить боли…чтобы не убить.
– Послушай, нельзя сдаваться…я не знал как это всё начинается… - сдавленно пробормотал брат, подперев свою щеку моей головой, и я почувствовал, как его руки, сжали
Его голос дрожал и слегка охрип, когда я был готов закричать, чтобы он не смел говорить, чтобы не смел снова затрагивать эту тему, которую я хотел навсегда похоронить вместе со Сью.
– … прости, что меня не было рядом, когда ты…когда это всё случилось тогда…
– Брат, прошу тебя….не нужно…ты учился, - боясь снова увидеть в темноте закрытых глаз ужасные окровавленные картины, я распахнул глаза, уткнувшись в плечо Ричарда сильнее, - Никто не знал, что всё так будет. Никто не предполагал, что ЭТО сидит во мне…я…я ведь тоже думал, что это была моя любовь. Вот такая сумасшедшая. Я думал, что так происходит у всех.
Не в силах выдохнуть больше ни звука, я ошарашено замолчал, чувствуя, лишь как тиски боли и отчаянья снова огненными прутами сдавливают мою грудь.
– И меня не было рядом, чтобы подсказать, чтобы объяснить… - хрипло пробормотал Ричард, сдавив меня ещё сильнее, отчего легкие стянуло словно в корсет, - Но в этот раз я буду рядом, слышишь? Я не отдам тебя нашим демонам!
Нашим демонам.
Я грустно улыбнулся, чуть отстранившись, чтобы упереться лбом в лоб брата, заглянув в его синие глаза:
– И наши демоны снова проснулись почти одновременно!
– Ну, так мы братья, - хмыкнул мрачно Ричард, - Значит и демоны наши тоже родня между собой!
Я тихо рассмеялся, покачав головой, и хлопнул брата по плечу, видя, как его губы тоже растянулись в улыбке, осторожно освобождаясь из его рук, даже если в нашем смехе не было и доли радости, а лишь одна обреченность, такая же огромная и черная, как океан боли…
– Есть план борьбы с нашей нечистью?
Этот разговор мог бы стать забавным, если бы не было так жутко.
Ричард снова растянулся на кровати, закинув руки за голову, когда в комнату залетел КалЭл, радостно повизгивая. Теперь два моих крыла были в сборе, и хотя тело было под властью зверя, возбуждаясь и требуя своего, мысли стали немного более спокойными, и я уже был в состоянии немного рассуждать и реагировать на мир боле или менее адекватно.
Пес радостно поприветствовал нас с братом, виляя свои хвостом и тыкаясь мордой, когда мы смеялись и обнимали его в ответ, после чего парень с чувством выполненного долга растянулся на кровати между Ричардом и подушками.
– План борьбы…. – пробормотал брат, наблюдая за мной сквозь свои ресницы, - Скажи, ты помнишь доктора Сальвареса?
Нахмурившись, я почесал свою отросшую щетину, чувствуя, как боль прошлого снова скребется во мне. Доктор Сальварес.
Психиатр.
Человек,
Человек, который должен был определить, что именно во мне не так, и как можно с этим бороться, чтобы не допустить ничего подобного в будущем.
Я смутно помнил его самого.
Я совсем не помнил того, что он говорил мне…знаю только, что от назначенных им таблеток я стал подобно живой кукле.
Я был жив, но я был в полном трансе.
Отец постоянно хмурился, мама постоянно рыдала. А потом Ричард очень сильно поругался с отцом, когда выбросил эти таблетки, каждый день таская меня в спортзал, где заставлял меня заниматься до тех пор, пока я был не в состоянии даже идти.
С тех пор я четко усвоил, что только неимоверные физические нагрузки способны ослабить рев зверя во мне.
– Смутно, - наконец выдохнул я, направляясь к шкафу, чтобы достать из него мешковатые штаны и футболку, - Помню, он был маленьким, жутко худым, с белыми волосами и седой бородой…и у него были жуткие пронзительные серые глаза….он был древнее мира! Он ещё жив?
– Нет. Умер своей смертью года 4 назад. А ты помнишь, что он говорил на сеансах?
Я лишь отрывисто покачал головой, содрогаясь, вспоминая это время, когда я не был в себе настолько, чтобы понимать смысл сказанного мне. Шок и горе медленно убивали меня, сводя с ума.
– Он говорил, что нам не нужно бороться с нашими демонами, - голос брата был решительный и сильный, - Что их невозможно задушить внутри нас. Они наша часть, и мы должны научиться с ними жить, и справляться.
Глава 77.
– Ты тоже проходил у него лечение? – приглушенно выдохнул я, видя, как черные брови брата сошлись у переносицы и синие глаза потерянно полыхнули, когда он кивнул:
– Да. И я тоже….знаешь он говорил, что мы должны смириться. Ничего не измениться. А от излишней борьбы может стать только ещё хуже. Он говорил, что мы должны воспринимать себя, как единую личность с некоторыми особенностями, мол у всех есть так называемые тараканы или гуси в голове. Вот и у нас они есть. Только они сильнее, чем у других, но они не враги, а наше продолжение.
Странная теория.
Однако, кажется, не лишенная смысла.
Я сокрушенно покачал головой, быстро переодевшись, чтобы опуститься на кровать рядом с братом, видя, как КалЭл сразу же шмыгнул ко мне, растянувшись под боком.
– И что ты предлагаешь?
– Дрессировать наших демонов, - улыбнулся Ричард, - Коли уж от них не избавиться, мы должны научить их вести себя прилично!
Я недоуменно хохотнул, пока ещё смутно представляя, как именно это можно осуществить, когда мой зверь даже сейчас рычал во мне, требуя плоти. Он пытался путать мои мысли, своими клыками и острыми зубами затягивая моё сознание в обжигающий водоворот одних лишь импульсов тела. И пока слова Рича были где-то из области научной фантастики.