Голод 2
Шрифт:
Джон сейчас бы широко улыбнулся и пропел: «Это любоооооовь!»
Я снова вздрогнул, когда дверца справа от меня распахнулась и на переднее сиденье запорхнула счастливая Рози, облаченная в узкую юбочку, соблазняя меня видом оголенных коленочек и рубашку приятного мятного оттенка. Закинув на заднее сиденье свою сумочку, Рози улыбалась так широко и выглядела такой счастливой, что я даже не секунду растерялся. Кажется, девушка тоже не верила, что я дождусь ее и не уеду как можно скорее, но ее искреннее счастье было столь теплым и заразительным, что
Ну вот. Я снова растаял, как самый настоящий идиот.
– Поехали? – улыбалась мне девушка, а я старался загнать свою тоску, как можно глубже в сердце, упиваясь этими моментами, когда мы могли быть рядом, вопреки всему. И оттого что эти моменты быль столь короткими - их сладость была гораздо сильнее.
Её близость опьяняла меня настолько, что хотелось положить свою искусственную ладонь на оголенную ножку. Даже если я не мог ощутить тепло ее тела и шелковистость кожи. Это было глупое проявление собственничества, которое еще пару дней назад я назвал бы признаком доминирования и власти мужчины, отнеся это скорее к неким психологическим проблемам, связанными с неуверенностью в себе, а сейчас? Сейчас мне не хотелось думать об этом, я просто хотел быть как можно ближе к этой девушке, подумывая над тем, что если бы можно было усадить ее на свои колени и так вести машину, то я бы сделал это не задумываясь.
– Поехали… - наконец кивнул я, потянувшись к зажиганию и вцепившись руками в перчатках в руль, неожиданно почувствовав, как пот капельками заструился по моим вискам. Эти перчатки, Рич никогда не носил их, и то, как ресницы Рози несколько раз порхнули, прежде чем она отвела свой взгляд поспешно, сказали мне о многом.
В ее душу закрадывались первые сомнения, порождая череду вопросов, на которые я не смогу ответить. Даже если захочу.
Напряженно я ждал того, что пройдет какое-то время, кубик рубик из подозрений в этой каштановой головке не сойдется, и тогда крошка задаст этот вопрос…один единственный. Я был каплей воды Ричардом и мог стать бы им при желании, если бы не мои руки, их я не мог прятать.
Поэтому, когда Рози повернулась ко мне снова, о чем-то поразмыслив про себя, я был мысленно готов. Готов к тому, что придется что-нибудь придумать в ответ, и сделать все, что необходимо, чтобы она позабыла меня и все, что происходило между нами. Мне нужно всего лишь немного времени, когда мы приедем к клинике… из машины девочка выйдет другим человеком. И перестанет быть моей.
Но неожиданно Рози улыбнулась, затянув какой-то рассказ об отделении, пытаясь донести до меня красочно и подробно, что происходило на работе, пока там не было Ричарда.
Не этого я ожидал. Но не смог заставить себя даже посмотреть в ее сторону, напряженно считая секунды до момента нашего расставания.
Это было больнее, чем я предполагал. И страшнее….
Я знал, где была клиника Ричарда и нашего отца. Эту дорогу я мог бы отыскать даже с закрытыми глазами, но каждый раз проезжая мимо этого строения, моё сердце предательски сжималось, даже
Она не хотела уходить. В ее янтарно-карамельных глазах была паника от того, что сейчас я уеду и возможно больше мы не увидимся, либо я начинал медленно и неумолимо сходить с ума, видя в глазах своей крошки, что испытывал сам.
– Не поднимешься? – робко и приглушенно прошелестел голосок Рози, когда я был готов завыть оттого, что собирался сделать прямо сейчас. Мне нужно было попросить у нее прощения, даже если она не поймет, нужно было как-то выплеснуть свою боль, чтобы не сломаться.
Не знаю, что именно отражалось на моем лице из того, что раздирало меня внутри, но когда я повернулся к девушке, чтобы начать подготовку к введению в транс, Рози неожиданно подалась вперед так резко и с таким напором, словно со спины ее насильно кто-то пытался уволочь в противоположную от меня сторону.
Я не успел ничего сказать.
Я просто забыл, что мне нужно было сделать, когда горячие сладкие губы прикоснулись ко мне, и ароматный язычок несмело прошелся по моим сжатым губам, осторожно проникая внутрь. Это было сильнее ядерного взрыва. Это было прекраснее самого Рая.
Это было горячо и безумно, как сам Ад, когда с глухим стоном, я подался вперед, подминая девушку под себя, и нависая сверху, перехватывая инициативу в свою руки… вернее губы. И язык.
Ее тонкий аромат кружил голову, когда я терял контроль над собой, понимая, что снова солнечный лучик смог не просто растопить каменную глыбу – он стер ее с лица земли, превратив в мелкую пыль. Именно из частичек пыли кажется в тот момент состоял мой мозг, пока я разрывался на части от желания продолжить наше неправильное знакомство на яхте, прямо здесь, в машине, позабыв про то, что должен.
И Рози совершенно не помогала мне мыслить рационально и желательно мозгами, а не тем, что было в ширинке, когда ее ручки обвились вокруг моей шеи, а коготки перебирали мои волосы, притягивая к себе еще сильнее.
Ее прерывистое дыхание от моего слишком глубокого и затянувшегося поцелуя должно было вернуть меня к жизни, но этого не происходило. И было проще простого протянуть руку под сиденье, чтобы разложить его и начать с того места, на котором мы остановились на яхте, когда раздался нервный отрывистый сигнал.
Понимая, что щетина на моих щеках царапает ее нежное личико, я все-таки не смог сразу оторваться, продолжая поворачивать голову девушки, проникая в нее так глубоко, как только мог, исследуя языком сладкий рай с ароматом розы, когда сигнал повторился снова. И снова.
Нехотя и начиная пылать яростью, я смог поднять голову и отпустить задыхавшуюся девушку лишь когда услышал крики и ругательства, пытаясь определить свое положение в этом мире.
Я не хотел опускать ее. Ни сейчас. Никогда!