Голем 100

Бестер Альфред

— Так зачем ты это сделала?

— Малышка, ты знаешь, что у тебя расцветка, ко­торая не годится для татуировки.

— Ну, так что тебе было нужно? Тот мужик — тол­кач?

— Ты же знаешь, что бесполезно пытаться завести плакат.

— Да ему это и не надо.

— Так зачем стараться?

— А может быть, ты подавала тайный знак неизве­стному лицу... или лицам?

— Скажи папочке.

— С чего ты взяла, что способна спеть главную партию в той опере?

— Или у тебя зуб на Армию Оледенения?

—

Ты же знаешь наверняка, что нам нужно чем больше духов — тем лучше?

— Так зачем перекрывать их источник?

— Или у тебя зуб на «ффф»? Скажи, почему?

— Какая у нас девочка славная, какая умница — разукрасила к Рождеству всю площадку для запуска ракет!

— Только вот рождественские цвета больше не красное с зеленым.

— Теперь принято черное с белым. Что ты имеешь против черного цвета?

— Ты сама черная? Ты этого стыдишься?

— Почему ты не дала этому чудику нагнать себя в супермаркете?

— Раньше-то ты ему все давала.

— А почему не в этот раз? Скажи нам.

— Скажи папочке.

— Скажи, что ты имеешь против звездных сапфи­ров?

— Ты что, вообще ненавидишь звезды?

— Или это тайный код?

— А где ты выучила эту похабель на латыни?

— Или это снова код?

— Скажи нам, детка.

— Скажи папочке.

— Скажи нам.

Никакого отклика от Гретхен Нунн.

Субадар Индъдни вздохнул опять, повернулся, вы­шел и направился в свой кабинет в здании участка.

Нельзя сказать, чтобы для высокопоставленного чиновника это был обычный кабинет. Индъдни удалял­ся от горячечного безумия Гили в чистоту Японии: на­тертые полы из тиковых досок, ничем не закрытые; не­броские шторы; удобная, не бросающаяся в глаза ме­бель черного дерева. Никаких столов для заседаний — в центре комнаты выложенное черепицей углубление для жаровни. По краям и рассаживались приглашенные

Индъдни на совещания и он сам — свесив ноги навстре­чу приветливому теплу. Ничего удивительного, что со­трудники субадара обожали даже разносы в кабинете начальника.

Самым, наверное, примечательным объектом во всей этой японской фиговине был тот, что возвышался на фоне задрапированных окон: полутораметровый ствол кедра, обветренный, сучковатый и узловатый. Его поверхность, гладкая, как слоновая кость, так и притя­гивала к себе. Даже Индъдни не мог удержаться, чтобы не гладить его, чем он сейчас и занимался.

Наконец он заговорил:

— Итак, будьте любезны? Отзываются или?

В кабинете никого не было, но бесплотный голос ответил:

— Никакого отклика, хозяин.

— Даже обычных отрицаний?

— Нет, хозяин.

— А что есть и есть ли что-то?

— Ничего, хозяин. Полнейший вакуум. Оба, похо­же, в отключке.

— Весьма удивительно. Вы придерживались стан­дартной процедуры при допросе?

— Мы не ограничились только этим, субадар. Мы опробовали все новшества,

какие смогли придумать.

— И все тот же провал, отрицательное ничто?

— Мне очень жаль, хозяин.

— Нет, не сожалейте, нет. Весьма интересно, весь­ма привлекательно — это дополнит головоломную за­гадку чудовищного Сторукого. Любезно оденьте... Что это? Смех?

— Извините, хозяин. Я просто вспомнил, в каком виде они объявились здесь, в участке.

— А, да. Согласен. Весьма неожиданное и занима­тельное пришествие. Для некоторых. Так. Любезно оденьте их, приведите в сознание происходящего и до­ставьте ко мне.

Блэз и Гретхен довольно твердо держались на ногах, входя в кабинет Индъдни, но бодренькими их никто бы не назвал. В них проглядывало смятение людей, при-

шедших в себя в чужой обстановке без малейшего представления о том, кто, что, когда, где, почему.

— Мои приветствия, — встретил их Индъдни. — Хорошую вы задали гонку злому шерифу по лесам гос­подина Шервуда [56] . Очень мило от вас набраться времени заглянуть ко мне в крайнем конце.

Они тупо уставились на него.

Индъдни указал на углубление с жаровней.

— Не присесть ли нам и пообщаться согретым?

— Послушайте... — начал было Шима.

— Или предпочитаете подкрепиться прежде? У вас был такой вечер, полный хлопот.

— Послушайте... — снова начал Шима, но тут вме­шалась Гретхен.

56

Намек на Шервудский лес, где скрывался от Ноттингемского ше­рифа Робин Гуд-

— Хлопотный вечер, субадар? Но ведь еще не ве­чер? Сейчас не позднее пяти-шести часов, верно?

— Вы так полагаете, мадам?

— Не сомневаюсь.

— Вы так представляете себе положение дел?

— Разумеется.

— Послушайте, — в третий раз начал Шима. — Я хочу знать, какого дьявола мы делаем в участке и как мы сюда угодили из моей лаборатории. Это что, очередные ваши штучки?

— Или зверства полиции, да? — улыбнулся Индъ­дни. — Весьма любопытное состояние недоумения. Идите сюда, погрейтесь и расскажите мне, почему сей­час не может быть позднее, чем пять или шесть часов пополудни.

— Потому что мы не больше часа, как пришли в лабораторию Блэза.

— О да. В комплексе «ФФФ». Позволяется ли уяс­нить, где вы обнаружили доктора Шиму, мадам? Вы мо­жете припомнить, что сообщили мне о его исчезнове­нии.

— Ну да. Несколько часов назад. И вы по вашему «секретному» коду НЕМО передали приказ о немед­ленном задержании — хотя я протестовала.

— А что можно мне было сделать? Однако вы на­шли его раньше моих патрульных. Где?

— В моей квартире.

— Невредимого и в здравом рассудке?