Голем 100

Бестер Альфред

— Выходит, ты боишься, не свяжет ли он меня с господином Хочем. Благодарю вас, моя дама, но я дол­жен рискнуть. Мы объединяем усилия с Индъдни. Есть у нас повод?

— Без проблем. Я предлагаю добровольное сотруд­ничество, потому что Гиль-арест вредит моему бизнесу. Я хочу помочь ему расколоть это дело как можно ско­рее.

— Он пойдет на это?

— Только если мы будем с ним честны до конца, Блэз.

— Включая господина Хоча?

— Нет, это пока придержим.

— Тогда твоя побасенка об оружии остается в силе?

—

Да.

— Так в чем же мы будем честны?

— Во всем, что он может проверить. И не промах­нись, детка, он проверит все, что касается нас.

— Это опасно.

— Да, но не для меня, а для господина Хоча. Ты еще в игре?

— Богом клянусь, да, моя госпожа. Да. А в чем, считается, я тебе помогаю? В психодинамике?

— Мне? Просить у тебя помощи в моей области? Неправдоподобно. Нет, как химик.

— Зачем?

— Попытаться идентифицировать громил путем химического анализа останков.

Шима подумал, потом кивнул.

— Да, это может пройти.

— Учтивость не позволит Индъдни сказать тебе прямо, что ты впустую потратишь время. У него в штате участка есть свои судмедэксперты. Но он не заподозрит обмана. Просто еще один честный гражданин, пытаю­щийся примериться к роли Шерлока Холмса.

Шима снова кивнул.

— А покуда ты возишься со своим фуфловым хи­мическим анализом, я буду просеивать косвенную ин­формацию — все, что может пригодиться нам, чтобы получить...

— Эмпирическое уравнение?

— Я хотела сказать, «знак равенства», но какая раз­ница?

— А ну ложись, и я тебе это покажу.

—

— Что это, Нелл?

— Последнее грандиозное волшебство от моего Нудника, Реджина.

— ПОЧЕМУ? Он пытается влезть в НАШЕ ДЕЛО?

— Он просто старается услужить Царице пчел и ее приближенным, Сара.

— Извини, Нелл, но мы — пас. — В голосах близне­цов звучало отвращение. — Его двоичный фокус-покус лопнул. Мы отклоняем.

— Никаких двоичностей. Это, сестры по улью, цена!

— Какая цена? — Определенно, Енту это заинтере­совало.

Глава 8

— Цена, которую мы должны заплатить Дьяволу.

—

— Нет-нет, только не Господин с Испорченным Те­лефоном!

— Да погодите вы, — Мери Наобум была озадаче­на. — Цена, Нелл? Эти черточки?

— Ну да, разве ты не знаешь? У тебя в маркетоне на каждой покупке будут такие черточки.

—- МЫ, мадам, НИКОГДА не ходим сами за покуп­ками!

— Тогда, если разворачиваешь их при доставке.

— Я, мадам, НИЧЕГО не разворачиваю Л*И*Ч*Н*0. Я предоставляю это (ПФУИ!) Пи-девкам (брр-р!).

— Тогда, Сара, тебе придется

поверить Нуднику на слово. Компьютер в магазине считывает этот штрихо­вой код и переводит его в цифры — получается цена товара. Потом все цены суммируются и вносятся в счет, который пересылается на твой банковский компьютер.

— Да-да, а тот вопит и брыкается, но платит, — проворчала Ента. — С этой частью процесса мы все зна­комы лично.

— Нудник сказал, что Люцифер мог и не показать­ся, потому что мы не назвали ему цену, которую готовы заплатить за личное выступление.

— Так это и есть цена, Нелл? — Реджину это поза­бавило.

— Да. Правда, fabelhaft [13] ?

— Как решит мой банк. — Енту это не позабавило.

— Нет-нет. Платит не банк. Платим мы.

Мери снова не поняла:

— Платим? Мы?

— Да, лично.

— Сколько? — осведомилась Ента.

— Нудник мне не захотел говорить. Сказал только, что Сатана берет плату не в деньгах.

13

Сказочно (нем.).

Барышня Гули надулась:

— Как ему не стыдно!

— Ну, Реджина? Стоит попробовать?

— Честно говоря, Нелл, я не знаю, — засмеялась Реджина. — Мы что, должны пропустить этот код через

домашний компьютер? Не думаю, что он может про­честь такое сообщение.

— Нудник сказал, чтобы мы просто поместили это внутрь пентакля и сожгли.

— Хорошо. Попытка — не пытка, а мы еще допол­ним ее нашей симфонией зла, чтобы привлечь зловред­ное внимание Люцифера... Пи-девка! Свечи и вонизмы, будь любезна. Ведьмы, станьте в кружок, и прошу вас — от всей души!

— Это как? — опасливо спросила Ента. — Нам что, распевать: «Толстый штрих, тонкий штрих, пробел, тон­кий штрих, тонкий штрих?..» Это будет похуже древне­еврейского.

— Нет, душечка, никакого обряда. Только свечи, вонизмы и наше усердие. Мы должны очень захотеть. Изо всех сил. Захотеть появления Сатаны. Захотеть за­платить его цену, в чем бы мы каждая ее не считали.

* * *

— Где ты пропадала, Гретхен?

— Я потеряла субадара.

— Как потеряла?

—- Уточнение. Он потерял меня.

— Но он был здесь с нами в полный рост, когда давал разрешение на проведение анализа. Он прогнулся для нас — дальше некуда...

— А потом исчез.

— Он просек твою уловку?

— Нет, вызвали на новое злодеяние.

— Ох! Наш Голем?

— Вероятно.

— Не рассказывай.

— А нечего рассказывать. Освежеванный человек, только и всего.

— Освежеванный?

— С него живьем содрали кожу. Причем в накреп­ко запертой комнате.

— Боже милостивый!

— Индъдни сказал, что, когда они сломали дверь, человек еще был в сознании.