Годзилла 2000
Шрифт:
Хотя экипажи вертолетов и были проинформированы о том, что им следовало ожидать, сила топливно-воздушных взрывов застала их врасплох. И хотя они наблюдали за ними с расстояния в две мили, их вертолеты также подверглись ударам раскаленного взрывного потока. Синее тихоокеанское небо стало ярко-желтым, словно его осветило второе солнце.
На Годзиллу рухнул огромный светящийся шар огненной, раскаленной энергии. Этот яростный и жестокий взрыв повалил ошеломленное существо набок. Когда вся площадь оказалась накрыта пылающим одеялом горючих химических веществ, поверхность океана закипела.
Взревев от ярости и боли, Годзилла заметался по поверхности, взбивая каждым мучительным своим движением красные от крови волны. В результате этого взрыва все наружные поверхности шкуры чудовища загорелись.
Когда над водой раздались крики предсмертной агонии твари, мичман Делани почувствовала, что завтрак ее поднимается из желудка ей в горло. Ей пришлось отвернуться, но она все равно не смогла проигнорировать ужасные звуки боли и смятения. Делани росла на ферме и любила животных, и она не могла спокойно смотреть на это поразительное существо, на то, как оно корчилось в предсмертных судорогах.
Наконец, страданиям Годзиллы, казалось, пришел конец. Существо перестало метаться, и его горящее тело стало тонуть, погружаясь в кипящие волны. Последнее из пылающих облаков горящей жидкости и газа зависло над океаном, превращая бледно-голубые волны в яркий, кроваво-алый цвет. Годзилла исчез под волнами.
«Сикэпы» Один, Два и Три по-прежнему зависли над этим местом, а океан горел на несколько миль вокруг. Никто на борту вертолетов не сказал ни слова.
Мичман Делани дала команду, чтобы в океан сбросили новую партию гидроакустических буев. Крошечные портативные гидроакустические устройства сразу же запикали, мониторя глубины, как только погрузились под волны.
Подводные лодки тоже начали сканировать зону гидролокаторами в поисках Годзиллы или его останков. Но даже через час не было обнаружено никаких следов могучего кайдзю.
Оказалось, даже для скептически настроенного д-ра Берчвуда, что и Годзилла может погибнуть.
Лори Анджело заметалась на койке, когда ею овладел сон. Но на этот раз видения были более яркими, более сильными и более эмоциональными, чем когда-либо прежде. И на этот раз, наконец, ей была открыта истина.
Сон длился всего несколько минут, но когда Лори проснулась, она почувствовала себя умиротворенной, впервые за несколько недель. Теперь она понимала, что происходит. Лори теперь знала, что Мотра являлась Защитницей Земли, и что она прилетела сюда из космоса, чтобы спасти человечество от чего-то гораздо худшего, чем Варан, или Годзилла, или Родан — или даже поток астероидов-убийц.
И в особенности Лори знала, что она должна будет теперь сделать.
Поднявшись с койки, она подошла к своему персональному компьютеру и приступила к работе. Шли минуты, уже пошел обратный отсчет времени, и у Лори оставалось не так много времени, чтобы спланировать свой побег из Проекта «Валькирия».
Глава — 17
НЕБЕСНЫЕ РУБЕЖИ
Пятница, 11 июня 1999 года, 07:03 по станционному времени, космическая станция «Мир», на околоземной
Медленно, осторожно, космический челнок «Атлантис» состыковался с основным модулем российской космической станции «Мир», летевшей высоко над поверхностью Тихого океана. Персонал станции следил сквозь иллюминаторы других модулей «Мира» за тем, как блестящий белый челнок плавно скользит в стыковочное кольцо.
Долгожданный Шаттл доставил столь необходимые запасы продовольствия, воды, кислорода и научной аппаратуры на перегруженную и уже изрядно устаревшую космическую станцию. Он также привез еще одного гостя на уже и без того переполненный «Мир» — доктора Чандру Мишру.
С момента открытия астероидов Рейеса-Мишры «Миру» пришлось стать одним из ключевых центров сосредоточения усилий, предпринимаемых всей планетой, для уничтожения этих астероидов, до того, как они столкнутся с Землей. На станции, рассчитанной на экипаж из пяти человек и, возможно, трех ученых или исследователей, теперь находилось тринадцать постоянных обитателей, а также временные экипажи, прибывавшие и убывавшие ежемесячно.
А теперь команда пополнилась и еще один членом экипажа. Стесненные условия увеличивали нагрузку на «Мир» с его ограниченными возможностями, поставки на который теперь осуществлялись с Земли еженедельно.
НАСА в этом отношении било все предыдущие рекорды. Четыре американских космических челнока направлялись сюда попеременно, один за другим, чередуясь с российскими грузовыми кораблями «Союз».
Мир был так спроектирован и построен, что был рассчитан лишь на пять или шесть лет функционирования. По прошествии пятнадцати лет станция не только по-прежнему была в строю, она становилась похожей уже на какой-нибудь центральный вокзал.
Новый член команды «Мира» доктор Чандра Мишра, который теперь высаживался из «Атлантиса», неуклюже протиснулся сквозь узкий люк, соединявший «Атлантис» с модулем «Мира». Он еще не привык к невесомости, и хотя он не испытывал никакой тошноты или укачивания, у него возникли проблемы с передвижением в условиях невесомости.
Первым его впечатлением от «Мира» стал запах. В нос ему ударил характерный аромат немытых тел, на мгновение напомнив ему вонючие раздевалки игры в крикет тех времен, когда он учился в колледже.
Д-р Мишра, сорока лет, вообще-то уже когда-то был отобран для участия в программе подготовки астронавтов НАСА, лет десять назад. К сожалению, из-за ранее не диагностированного заболевания щитовидной железы он был отчислен из этой программы на втором году подготовки. Американский ученый индийских кровей посчитал, что его мечты о космических полетах в тот момент были похоронены навсегда.
Но теперь, к его радости и изумлению, он оказался на орбите, высоко над землей, в «Мире», и скоро он станет наблюдать за уничтожением роя астероидов с телескопов модулей «Мира» «Квант» и «Кристалл». Несмотря на все неудобства и переполненность, доктор Мишра был рад тому, что оказался на борту, и он был тепло встречен международной командой астронавтов и космонавтов спроектированной русскими космической станции.