Годовщина
Шрифт:
Мур улыбнулся: он испытывал привязанность к Брендону.
– Марк, прекрасная теория. вечер того стоил: смотреть, как ты из ничего делаешь что-то.
– Да? Что-то из ничего? Давайте снова спросим Мультивак. Я оплачу счет за этот месяц.
– Все в порядке. Ты мой гость. Но если не возражаете, я принесу наверх бутылку джабры. Хочу немного выпить, чтобы сравняться с вами.
– Я тоже, - сказал Ши.
Брендон сел к машинке. Дрожащими от возбуждения пальцами он напечатал:
– Каковы темы
Когда появился ответ, на этот раз на белом листке, Мур принес бутылку и стаканы. Ответ длинный, печать мелкая, в основном ссылки на статьи в научных журналах, вышедших двадцать лет назад.
Мур просмотрел список.
– Я не физик, но, кажется, он интересовался оптикой.
Брендон нетерпеливо покачал головой.
– Все это опубликовано. А нам нужно еще не опубликованное.
– Этого мы никогда не узнаем.
– Страховая компания узнала.
– Это только твоя теория.
Брендон сжал подбородок рукой.
– Позволь мне задать Мультиваку еще один вопрос.
Он снова сел и стал печатать:
– Сообщите имена и номера живущих коллег доктора Хораса Квентина по факультету университета, где он работал в последние годы.
– Откуда ты знаешь, что он работал в университете?
– спросил Мур.
– Если это не так, Мультивак нам скажет.
Появился листок. На нем было только одно имя.
Мур спросил:
– Ты собираешься позвонить этому человеку?
– Конечно, - сказал Брендон.
– Отис Фитцсиммонс, с детройтским номером. Уоррен, можно?...
– Ты мой гость, Марк. И это часть игры.
Брендон набрал номер. Ответил женский голос. Брендон спросил доктора Фитцсиммонса, последовало недолгое молчание.
Потом тонкий голос сказал: "Алло". Голос старческий.
Брендон ответил:
– Доктор Фитцсиммонс, я представляю Транскосмическую страховую компанию по вопросу о докторе Хорасе Квентине...
– Ради Бога, Марк, - прошептал Мур, но Брендон предупреждающе поднял руку.
Последовала пауза, такая долгая, будто связь прервалась, потом все тот же старческий голос произнес:
– После всех этих лет? Опять?
Брендон щелкнул пальцами в жесте торжества. Но ответил спокойно, быстро:
– Мы все еще пытаемся найти. Если бы вы, доктор, припомнили, что у доктора Квентина могло быть с собой в его последнем путешествии, что относится к его неопубликованному открытию.
– Ну, - послышалось нетерпеливое щелканье языком, - я уже говорил вам, что не знаю. И не хочу, чтобы меня тревожили. Не знаю ничего. Он намекал, но он всегда намекал на какие-то новые устройства и изобретения.
– Какие устройства, сэр?
– Говорю вам, не знаю. У него было слово, и я вам об этом рассказывал. Не думаю, чтобы это имело значение.
– Но этого слова нет
– Должно быть. Как же оно звучало? Вот как. Оптикон.
– С буквой К?
– Кажется. Мне все равно. И пожалуйста, больше меня не беспокойте. До свиданья, - он все еще ворчал, прерывая связь.
Брендон был доволен.
Мур сказал:
– Марк, глупее ничего нельзя придумать. Выдавать себя за другого незаконно. Если он пожалуется...
– Зачем ему? Он уже забыл обо всем. Но разве ты не понимаешь, Уоррен? Транскосмическая уже расспрашивала его об этом? Он все время повторял, что уже рассказывал об этом.
– Ну, хорошо. Но все равно слишком много предположительного. Что еще мы знаем?
– Мы знаем также, - сказал Брендон, - что приспособление Квентина называется оптикон.
– И что Транскосмическая страховая ищет либо оптикон, либо относящиеся к нему документы. Может, подробности Квентин хранил в голове, но у него была модель инструмента. Ведь Ши сказал, что подбирают металлические обломки. Верно?
– Да, там груда металла, - согласился Ши.
– Если бы они искали бумаги, металл оставили бы в космосе. Итак, мы ищем инструмент, который мог бы называться оптикон.
– Даже если твои теории правильны и мы ищем оптикон, поиск сейчас совершенно безнадежен, - уверенно сказал Мур.
– Сомневаюсь, чтобы на орбите вокруг Весты оставалось больше десяти процентов обломков. Скорость убегания на Весте практически равна нулю. Только удачный толчок в нужном направлении и с нужной скоростью привел нашу развалину на орбиту вокруг Весты. Остальное разбросано по всей Солнечной системе на самых различных орбитах.
– Но ведь компания подбирает обломки, - сказал Брендон.
– Да, те десять процентов, что оставались на орбите вокруг Весты. И все.
Брендон не сдавался. Он задумчиво сказал:
– Допустим, он там и они его не нашли. Мог ли кто-нибудь опередить их?
Майк Ши рассмеялся.
– Мы там были, но унесли только свои шкуры, и я и этому рад. Что еще?
– Верно, - согласился Мур, - и если кто-нибудь нашел там что-то, почему держит в тайне?
– Может, просто не подозревает, что это такое.
– Тогда как же мы...
– Мур смолк и повернулся к Ши.
– Что ты сказал?
Ши непонимающе посмотрел на него.
– Кто, я?
– Только что ты сказал, что мы там были.
– Глаза Мура сузились. Он покачал головой, будто прояснял ее, потом прошептал: - Великая Галактика!
– В чем дело?
– напряженно спросил Брендон.
– В чем дело, Уоррен?
– Не знаю. Ты меня сводишь с ума своими теориями. Я уже начинаю воспринимать их серьезно. Знаешь, мы ведь кое-что взяли с собой из обломков. Помимо одежды и личных вещей. По крайней мере я взял.