Год Крысы
Шрифт:
Он встал, в молчании глядя на свои руки, лежащие на столе. Затем поднял голову и, не глядя ни на кого из нас, сказал:
— Выбирайте.
Вышло так, что весь наш отряд выехал из Безысходной пустоши и никто не остался позади. Раненые лежали на мягких носилках, закрепленных между парами ориксенов.
Даже сама пустыня явно изменилась. Некоторое время мы ехали вдоль реки, найденной нашими разведчиками, рядом с бегущей водой, о какой ни один человек даже не мечтал. По ее берегам в изобилии росла молодая зелень, которую наши скакуны приветствовали довольными криками.
Хинккель
На втором нашем совете присутствовали огромные коты, и Хинккель спросил у них, придет ли с ними весь прайд — в их собственный лагерь неподалеку от нашего. Он указал на то, что, если они пойдут за него в бой, старая ненависть между людьми и песчаными котами может вспыхнуть снова и, возможно, сильнее, чем прежде. Они с неохотой согласились отпустить Мурри с нашим отрядом, их же воинство будет скрываться от глаз. Но Мироурр твердо заявил, что они не отпустят своего родича, своего кровного побратима, встречать опасность одного.
Также они принесли новости. Шанк-джи отправился в Вапалу. Там вспыхнул мятеж, и королева передала ему командование городским войском, сказав, что Хинккель, без сомнения, мертв, а Шанк-джи благодаря праву крови и воинской выучке окажется подходящим выбором.
Были сражения на улицах. Отец Хинккеля с небольшим отрядом, состоящим по большей части из стражников, которыми он командовал, был отправлен в пустыню на поиски Хинккеля и крыс. Таким образом, генерал Мегулиель был выслан из города и разбил лагерь в дне пути от Вапалы. Каликку вызвался поехать вперед к отцу. Поскольку с нами были раненые, мы могли двигаться только медленно.
Песчаные коты стали нашими глазами, рассыпавшись в трех направлениях, чтобы убедиться, что никакой враг не следует за нами и не угрожает нам с фланга. Не было известно, не присоединились ли к восстанию другие королевства и не отправили ли они свою стражу усилить армию мятежника. Я помогала Хинккелю, принимая донесения от разведчиков — песчаных котов.
Это было утомительное время ожидания врагов или подкреплений. Первыми прибыли последние — из названных. На рассвете пятого дня мы догнали караван, направляющийся в Вапалу. Караванщики приветствовали Хинккеля с более чем просто признанием. Он был ошеломлен тем, как их обрадовало, что он выжил, поскольку приучил себя считать, будто бы большинство жителей Внешних краев полагают его не слишком многообещающим правителем.
Караванщики забрали с собой наших раненых, чтобы везти их дальше с большим удобством. Семеро из каравана присягнули на службу Хинккелю, нам одолжили нескольких
И все же, казалось, мы ехали по опустевшей стране. Затем вернулся Каликку вместе с офицером из людей отца Хинккеля, сообщившим, что мятежные войска Шанк-джи пока стоят на скальном плато Вапалы, хотя есть признаки того, что они скоро выступят.
Хинккель ехал с этой маленькой дивизией имперской армии. Мы с Равингой держались в стороне.
Впервые с тех пор, как мы покинули древний город, я почувствовала себя менее обремененной долгом. Вскоре я смогу думать о будущем. Но о каком будущем? Что у меня есть такого, чтобы вернуться к нему, если Шанк-джи и Алмазная королева окажутся в конце концов побеждены? Хинккель перед всем двором назвал меня своей избранной спутницей, заверив меня, что это лишь временная мера, которая прекратится, когда минуют все наши проблемы,
Я была полноправной главой Дома, но, как я сейчас поняла, мне совершенно не хотелось возвращаться к этому положению. Что ж, я могла только подождать и посмотреть, что будет.
ХИНККЕЛЬ-ДЖИ
Впервые в жизни я встретился с отцом как равный, как мужчина с мужчиной. Он выслушал мой рассказ, не перебивая и не задавая вопросов. Я понял, что большую часть он уже слышал от моего брата. К тому же рассказ был отрывочным, поскольку прежде всего нам нужно было обсудить планы, касающиеся Вапалы. Он замедлил шаг, когда я упомянул, что за нами следует прайд песчаных котов. Я поспешил заверить его, что эта часть нашей армии не вступит в бой, если не будет приказано. Я надеялся, что вид строя некогда смертельных врагов окажет на. мятежников устрашающее воздействие.
К моему удивлению, отец, казалось, нашел это забавным. Он улыбнулся и погрозил мне пальцем.
— Хочешь увидеть смятение во вражеских рядах, так, что ли? Что же, может быть, может быть.
Теперь я сожалел, что приходится делать привалы, чтобы отдохнуть и поесть. Добраться туда, вступить в бой, победить или пасть — это стало моим единственным желанием. И если временами в мое сознание вторгались смутные мечты о будущем, я сразу же отгораживался от них.
ГЛАВА 31
В ПУСТЫНЕ БЛИЗ ВАПАЛЫ
Алмазная королева и ее охрана направили скакунов по крутому склону к вершине одного из самых невысоких скальных отрогов. Под ними простиралась относительно ровная земля, где не было даже дюн. Там находились войска, которые она помогала собирать. С ними был тот, чей знаменосец держал флаги империи и ее собственного королевства на одном древке. Шанк-джи не стал дожидаться, пока его гонцы, отправленные в другие земли, приведут с собой новое пополнение. Пусть этот варварский генерал из Кахулаве делает свой ход первым — всего, чего он добьется, это собственной смерти, причем позорной, поскольку армия, собравшаяся внизу, выступает под знаменем истинного императора. Она не сомневалась, что за ночь Шанк-джи займет престол без всяких возражений.