Год девственников
Шрифт:
– А тот парнишка?
– А, Стивен? Я осмотрю и его и позвоню вам, если вы понадобитесь еще.
Когда доктор взглянул на Дона, он, как и полицейский, сначала решил, что тот уже мертв. Но тут бледные веки больного дрогнули. Врач наклонился над ним.
– Дон, держись. Все хорошо.
Подняв голову и заглянув за кровать, он заметил валявшиеся на полу таблетки и повернулся к полицейскому.
– Будьте добры, соберите их. А после поможете мне немного приподнять его. Давай, Дон, выпей это.
Глаза
– Мама. Мама…
– Да, мы знаем. Не волнуйся.
– Стивен?
– С ним все в порядке. Давай выпей воды и проглоти свои таблетки.
Дон отхлебнул воды и с болезненной гримасой проглотил лекарство. Ложась, он проговорил:
– Мама… сошла с ума.
– Да, Дон. Мы знаем. А теперь отдохни. Спи, утром тебе станет лучше.
С минуту еще Дон не отводил глаз от доктора, затем вздохнул и закрыл их.
В зале доктор сказал полицейским:
– Она основательно поработала. Теперь нужно ее найти, пока она не натворила еще больше дел. Хотя я не думаю, что она вернется сюда снова. И еще. Ведь двое из членов семьи…
– Мы уже связались с ее сыном, который в Лондоне. Он постарается вернуться ночным поездом. Конечно, он очень перепугался. Но, во всяком случае, хоть один уцелел.
– Бог мой! – Доктор приложил ладонь ко лбу. – Если она знает о ребенке, она двинется в сторону больницы. А она ведь достаточно безумна, чтобы действовать вполне здраво, лишь бы добиться своего.
Он схватил телефонную трубку, дозвонился до больницы и в течение минуты, а то и больше, объяснял дежурному врачу создавшееся положение. Тот заверил его, что они будут начеку и приставят к миссис Кулсон с ребенком сиделку.
Затем доктор Питерс позвонил в психиатрическую лечебницу и прямо велел директору созвать людей и начать поиски сбежавшей, так как она уже произвела разрушения в собственном доме, и еще неизвестно, доживут ли двое из ее жертв до утра. Директор ответил на это, что они уже ищут ее.
Вслед за этим доктор обратился к Стивену, все это время остававшемуся в тени:
– Иди наверх, Стивен, Пэгги приготовит тебе ванну. Отмойся, а потом я тебя осмотрю. Сейчас мне не видно, где у тебя действительно серьезные ушибы. Иди, славный парень.
Пэгги взяла Стивена за руку. Он обернулся и, глядя на доктора и полицейского, спросил:
– Она вернется?
– Нет, она не вернется. Никогда.
– Это точно, доктор?
– Точно.
Произнося это, доктор Питерс не был вполне уверен в своих словах. Вообще он как будто бы ждал сегодняшнего вызова уже давно. И уверен был лишь в том, что, пока ее не посадят под крепкий замок, события этой ночи могут в любой момент повториться…
Осмотр Стивена показал, что больше всего
Доктор направился к выходу, но Стивен остановил его:
– Не надо ее жалеть. Ее никто не любит. Доктор задумался. Да, в этом-то все и дело.
Никто ее не любит. Никто ее никогда по-настоящему не любил. И она это прекрасно знала.
Джо приехал на следующее утро, в половине восьмого. Узнав из сбивчивых рассказов Стивена и Пэгги подробности событий, произошедших за время его непродолжительного отсутствия, он был потрясен.
Заботу о доме взяли на себя Пэгги и Лили. Новая сиделка практически не понадобилась, потому что последнее, что сделал доктор перед тем, как уехать рано утром, – это связался с сестрой Прингл и попросил ее снова принять дежурство в комнате Дона…
Ночью был сильный снегопад, слой снега достиг трех дюймов. Все ожидали этого, такой стоял холод. Вот так закончился март. Просто невероятно!..
Билл Уайт подошел к крыльцу и неуверенно обратился к Джо, говоря, что ничего бы не случилось, если бы он был на своем месте. Джо заверил его, что здесь нет и быть не может его вины. Не говоря уже о том, что это произошло в его выходной, но Уинифред ведь зашла не с парадного входа, а проникла через кладовую. Естественно, она прекрасно знала, где находится ключ…
Приезжали из лечебницы, интересовались подробностями происшедшего. Но Пэгги ничего не знала, а Стивен не мог сказать им, как долго он провалялся на полу, пока не начал действовать.
Ворота теперь охранялись полицией, но это не остановило двух репортеров, которые попытались в половине седьмого утра пробраться в дом. Однако Билл Уайт с ними быстро разобрался.
Все были рады возвращению Джо. Ведь теперь в доме появился человек, который мог взять на себя все заботы.
– Джо позаботится обо всем, – сказал Билл Уайт Джону Диксону, когда они стояли в оранжерее, обсуждая события прошедшей ночи. – Говоря по правде, именно он всегда и занимался этим.
– А ей теперь жизни не будет, – подхватил Джон.
– По мне, так давно пора. Что мне Лили рассказывала – так она с ним, как стерва, обращалась. Никакая она ему была не жена все эти годы. Вообще, знаешь, наша Лили разбирается в жизни. Какое-то время назад она говорила, что между хозяином и Мэгги что-то есть. Так и вышло. Когда хозяйка застала их врасплох – он совершенно голый, и та тоже. Удивительно?
– Нисколько. – Джон покачал головой. – Я уже давно знал, куда ветер дует. Она следила за ним, когда он, бывало, ездил на Боуик-роад. Я намекал ему пару раз.