Год Быка
Шрифт:
Его, ребёнка, очень заинтересовала и технология наклеивания этикеток на новые картонные банки, которую как раз и отрабатывал Платон, объяснив трудность этого процесса. Но Елисей хоть и безуспешно, но попробовал сам.
Уже через несколько дней Татьяна Леонидовна передала Платону привет от своих внуков и переживания Елисея, как там дедушка Платон будет без него клеить этикетки на новые банки.
На душе у ветерана стало светло и спокойно.
Если у нас, в России, многие дети будут такие, то я спокоен за будущее страны! – сам себе сознался философ.
Среди
Глава 7. Знак
И вот наступило 25 августа – день платежа по Гудинскому счёту!
С утра во вторник на даче Платону показалось, что идёт дождь. Он явственно слышал его шум. Но когда он вышел на улицу, оказалось, что это крупные капельки росы, падая с листьев на листья, создавали такой шум.
Надо же! Никогда такого не видел и не слышал ранее! – удивился в душе художник.
В электричке Платона разбудил, уже ставший знакомым, смешной в возрасте контролёр.
Как будто не помнит, что у меня на СКМ пробит месячный проездной билет? – лишь мысленно проворчал разбуженный.
В этот раз, накануне доклеив самые последние этикетки, Платон занимался исключительно своими делами. После обеда он принял душ и стал ждать развязки, завязанного им ещё год назад. И она наступила неожиданно.
Надежда Сергеевна Павлова, придя в этот раз на работу только к пятнадцати часам, сначала что-то громко поведала своим соседям по кабинету, и, переговорив по телефону с компаньонами, вошла в кабинет к Платону, радостно объявив:
– «Платон! Мы сегодня идём в ресторан на день рождения Ивана Гавриловича!».
– «А куда?» – вынужден был он хоть как-то реагировать на слова начальницы.
– «Туда же, куда и в прошлый раз, в «Ёлки-палки» на Солянке!» – продолжая сиять от счастья, завершила она тираду, зачем-то именно сейчас, забирая к себе вскипевший чайник.
Платон же вышел пока в цех позаниматься лечебной гимнастикой и сосредоточиться. Его ум лихорадочно искал выход из данной ситуации. Пока он ничего начальнице и не обещал, так что руки развязаны, причину не идти можно придумать любую, в том числе слинять беспричинно.
Но через несколько минут неожиданно раздалось зычное от Надежды:
– «Платон! Ну, ты идёшь? Мы тебя уже десять минут ждём!».
– «А я и не знал, что сейчас уже…, думал попозже! Мне вообще-то позвонить надо!».
–
Это лучше я в другой раз поеду с Вами! – про себя подумал он, сказав вслух другое:
– «Сейчас соберусь, а Вы поезжайте! Я пешком, меня в машине укачивает, а тут ведь почти рядом! Я даже раньше Вас доберусь!».
Надежда ушла, но Платон не спешил.
Он выиграл время и позицию для решающего шага.
И ничто теперь не мешало ему спокойно подумать и принять окончательное решение.
Для начала он переоделся, взял сумку, запер кабинет и, отдавая ключи вахтёру Галине Александровне, услышал от неё:
– «Ну, Вы опять на пьянку?!».
Платон тяжело вздохнул, медленно протягивая ей связку ключей:
– «Фу, так неохота идти!» – изобразил он усталость своего тела.
– «Я Вас понимаю! Но идти всё равно надо!» – поучала бывалая интеллигентка.
По той информации, которой располагаете Вы, может и так? Но по тому, что слышал я от Гудина – никогда! – про себя решил Платон, вслух же сказав лишь неопределенное:
– «Ну, ладно, я пошёл!».
Он дождался пока стих звук отъезжающей машины, и вышел во двор, на всякий случай оглядевшись. Уехали!
Хорошо бы, чтоб коллеги меня не увидели. Но они могут увидеть меня, идущим в сторону метро «Китай-город»! И эти Ёлки-палки на углу Солянки, и эти переулки, никак не минуешь, чтобы не опоздать на нужную электричку! – рассуждал он по дороге.
Выйдя из Подколокольного переулка на Солянку, Платон перешёл на противоположную сторону и смешался с группой офицеров, прикрываясь ими с правого фланга.
Почти тут же он заметил припаркованную к тротуару «Шкоду» Алексея.
Значит уже приехали и сейчас заняты поисками мест. Могут посмотреть на улицу через громадное окно и меня увидеть! – размышлял свободомышленник.
Тогда он демонстративно поднял к уху мобильник, имитируя наверно важный и срочный звонок, и свернул налево за угол.
Вот и всё! Чао, Гудин! – несколько успокоился Платон.
Ну, надо же, какие они сволочи, эти наши мужики?! Ведь видели, что я пошёл обедать, и не остановили меня, не сказали, что сегодня идём в ресторан! Хотя позиция каждого из них вполне понятна! Гудин этого не сделал из-за вредности, а Алексей – из-за недальновидности! Но Надежда, какова? Сказала мне об этом в самый последний момент! Решила, что я, как собачонка, с радостью побегу на дармовую еду! Дура! Фиг, Вам! Жрите сами и радуйтесь! Вот только жалко, что Надька дёрнула меня на улицу с не до конца высохшими волосами после душа! И Насте не успел позвонить! Хорошо хоть, что на улице относительно тепло. Да и Настя со звонком пока перебьётся! В общем, мой план сработал! Есть за что себя уважать! – рассуждал после «драки» Платон.