Гном
Шрифт:
– Вставай! – раздалось у меня над ухом.
С трудом разлепив глаза, я увидел эльфа, который почему-то был красным от натуги.
– Что смотришь? – Пробурчал он. – Тебя разбудить сложней, чем тролля! Говорил, ложись спать раньше. Перебрал наверно в таверне.
– Если бы! – Я спрыгнул с кровати и направился к умывальнику.
Моесен терпеливо дождался, когда я приведу себя порядок и был вознагражден за долготерпение рассказом о том, что приключилось со мной ночью. Эльф слушал рассказ,
– Невероятно! Демоны в Архоге. Я думаю, ректор будет в гневе, когда узнает об этом. Он нас ждет, одевайся быстрей.
– А, завтрак? – демоны демонами, ректоры ректорами, а оставаться голодным я не собирался.
– По пути зайдем в таверну, – упокоил меня Моесен. – Пошли.
Мы вышли из комнаты и спустились на улицу. Наш путь как объяснил эльф лежал на полигон, который я видел вчера издалека. По пути мы завернули в таверну, но у меня кусок в горло не лез, от лицезрения нервничающего Моесена. Когда мы подошли к полигону, перед бараками нас ждал сам Аррадиррн. По его виду было видно, что он рассержен.
– Да что ты себе позволяешь! – загремел его голос, разносясь эхом по полигону.
Мой спутник подскочил к нему, и что-то зашептал на ухо. Ректор внимательно слушал и с каждой минутой становился все мрачнее и мрачнее.
– Понятно, – процедил он, когда Моесен закончил свой рассказ, – у меня есть несколько сюрпризов для этого демона. Я устрою ему «райские кущи»!
Мне не было известно, что это такое, однако, судя по тому как, осклабился Моесен, это было что-то очень неприятное.
– Нам надо начинать, – заметил Аррадирн и, взмахнув рукой, вызвал уже знакомую мне дверь портала.
Пройдя через нее, мы оказались в просторной лаборатории, заставленной бесчисленными ретортами, колбами, перегонными кубами причудливых форм. Все это было связано между собой сложной сетью тонких стеклянных трубок.
В этих разнообразных емкостях, пузырились разноцветные жидкости и около всего этого стеклянно-химического царства, суетились трое лаборантов эльфов в белых халатах.
– Прошу. – Аррадиррн кивнул на вместительное кресло в центре лаборатории.
Кресло мне не понравилось с первого взгляда. Особенно тем, что на нем были металлические кольца, которые приковывали руки и ноги сидящего. Видя мое замешательство, ректор одобряюще похлопал меня по спине.
– Не бойся. Это не больно!
Утешил, Верн его возьми!
Меня посадили на кресло, и эльф лично защелкнул обручами мои руки и ноги. Чувствовал я себя, очень неуютно, несмотря на все заверения Аррадирна, что ничего страшного в этих исследованиях нет.
Тем временем два его помощника приблизились ко мне с небольшими колбами, наполненными зеленоватой жидкостью. На них были надеты резиновые колпачки, из которых вились тонкие шнуры с иголками на концах.
– Что… – но я не успел договорить, как эльфы метнулись ко мне со скоростью молнии и иголки впились
Пробуждение было тяжелым. Голова разламывалась, словно с тяжелого похмелья. Сквозь пелену стоявшую перед глазами, я видел белый потолок, и внезапно понял, что не сижу в кресле, а лежу в кровати. Осторожно повертев головой, я попытался принять сидячее положение, и с третьего раза это у меня получилось.
Небольшая комната, в которой я очутился, была без окон с железной дверью. Кроме кровати, из мебели присутствовала только небольшая тумба, заставленная какими-то бутылками с разноцветными жидкостями. Я оглядел себя. На мне была голубая пижама, мои же вещи были аккуратно сложены в углу комнаты. Не долго думая, я оделся, переборов боль и слабость, и вновь сел на кровать.
Я попытался вспомнить, что со мной произошло, но последнее что я помнил это напряженные лица эльфов! Ну, уж нет! Теперь не за что не соглашусь ни на какие опыты! «Говорила мама гному, верить эльфам, нет резону!» Мне внезапно вспомнилась эта не хитрая пословица моих соотечественников.
Но мои мысли были прерваны открывшейся дверью. В комнату вошел ректор Аррадирн собственной персоной.
– Как ты себя чувствуешь? – участливо поинтересовался он
Я сначала решил ничего не говорить ему, но не смог сдержать рвущееся наружу возмущение.
– Вы еще спрашиваете. Посадили на это проклятущее кресло. Вкололи какую-то дрянь, так что голова болит, словно в ней дерутся тысячи мелких бесов!
Эльф терпеливо выслушал мою гневную тираду и улыбнулся.
– Мне понятно твое состояние Мирн. Но к сожалению это было необходимо Признаюсь результаты опытов превзошли мои самые смелые предположения!
– Что вы имеете в виду? – подозрительно осведомился я
– Я знаю кто твой отец, Мирн!
– Человек?
– Человек, – кивнул Аррадирн, – но не простой человек.
– А, какой же? – недоумевающее спросил я.
– Твой отец, Фосстер! – эльф произнес это таким тоном, словно я должен был упасть на колени и начать бить Гнорму земные поклоны, за то, что моим отцом является человек по имени Фосстер.
Несомненно, ректор был удивлен, что его слова не произвели на меня никакого впечатления.
– Ты не знаешь, кто такой Фосстер? – в его голосе звучало такое разочарование, что я решил не только узнать, но и выучить всю биографию этого до сих пор неизвестного мне Фосстера, только бы ректор так не расстраивался.
– Расскажите мне, – попросил я
– Фосстер загадочная личность! – произнес Аррадирн, устроившись на кровати рядом со мной. – Я был лично с ним знаком, но не ожидал, что встречусь с его сыном. Он появился сотню лет назад в Ардаге и сразу завоевал славу могущественного мага. Кстати именно он снял проклятие с могильников Ардага. Надеюсь, эта история тебе знакома?