Гнилая лощина
Шрифт:
Непосредственно перед выходом Повар плотно поел, промыл рот и нос дезинфицирующим раствором соды и соли, пропшыкал горло антисептиком. Для верности Повар повторил процедуры в туалете медицинского центра прямо перед тестом. Он ощущал себя героем-махинатором, бросившим вызов системе, и, окрылённый своей значительностью, даже не задумывался о последствиях. А ночью пришли кошмарные сны.
Раздувшись до размеров горы, Повар превратился в Ковид-матку. Нависнув над палаточным лагерем, он изрыгал огромные пупырчатые шары вируса. Упругие стенки заразных шаров деформировались
Повар проснулся посреди ночи с пересохшим ртом и, тяжело шаркая тапочками, пошёл на кухню за водой. Проходя мимо тёмной прихожей, он заметил силуэт, стоящий у входной двери. Это был ревизор санитарно-эпидемиологической станции в белом халате и с обрезом в руках. У Повара от ужаса перехватило дыхание. Глаза намокли.
– Ну не стрелять же за это! – жалобно простонал он.
Ревизор молча смотрел на него с укоризненным видом. Ничего не оставалось, кроме как сдаваться. Повар осторожно поднял руки вверх и с опущенной головой приблизился к силуэту. Ревизор сохранял немой укор. Повар поднял взгляд и увидел, что на входной двери, на крючках рядом с зеркалом, мирно висит новенький белоснежный китель шеф-повара, а чуть ниже, на уровне рук, расположился чёрный зонт.
Стоит ли упоминать, что уснуть обратно Повару так и не удалось. Утром его уставшие глаза прочитали заключение из клиники, поступившее на электронный ящик: «Тест на коронавирус отрицательный».
Так он отвоевал право продираться сквозь лесную чащу в дребезжащем кержаке. Ветки деревьев били по стеклу и, казалось, вот-вот разобьют его, отвесив пощёчину сидевшему у окна Тону.
– И зачем мы ползём в эту глушь! – сокрушался Повар. – Остановились бы у трассы. Там связь ловит и до города не далеко.
– Мы едем туда, где, по предварительным данным, есть полиметаллическая руда. – спокойно отреагировал Бодрак. – Наша задача – обследовать участок сорок на десять километров. Лагерь лучше разбить в центре участка. Туда мы и пробираемся.
Сзади раздался приятный, но строгий женский голос:
– В прошлом году здесь обнаружили гидротермальные жилы в вулканогенных породах. А это – спутники руды. Вы соберёте пробы почвы и определите зоны металлических аномалий. По ним мы выясним положение рудных тел на глубине. А я буду контролировать, чтобы вы всё сделали качественно. За кухней, кстати, тоже буду следить.
Рисунок «Склон горы в разрезе»
Повар и Тон с удивлением обернулись. На них смотрел идеально ровный овал лица с правильным разрезом глаз, ухоженной кожей и волосами. Остальная внешность скрывалась за медицинской маской,
– Я подсела к вам на половине пути, – словно прочитав их мысли сказала Альфа. – Вы спали в это время.
Повар первый пришёл в чувства:
– Вы можете снять маску?
– Зачем?
– Не беспокойтесь, мы все сдавали тесты на Корону. Хочу проверить свою теорию «Нужны ли моделям мозги».
Альфа нехотя спустила маску с лица.
– Ну и как? – поинтересовалась она.
– Нужны.
Кержак резко затормозил, и железный поручень больно ударил Повара по лбу.
– Приехали?! – с раздражением вопрошал он.
Все с любопытством, как по команде, прилипли к окну. А там проезд по узкой лесной просеке перегородил внедорожник рыбака. Не разъехаться. Владелец машины вызвался помочь. Он с размаху рубил ветки, мешающие проезду кержака. Бyра, уставший от тесной поездки, ворчал в стекло:
– Что ж ты встал так неудачно!
– Ещё и деревья губит! – вторил ему кто-то из коллег.
И понеслась прожарка рыбака.
Рыбак же с улицы посматривал на оживившихся в салоне геологов и думал: «Не благодарите, ребята, рад помочь». И от того махал топором ещё усерднее. Благодаря его неоценённым усилиям, уже скоро отряд высадился на террасе в долине реки.
С обеих сторон долину прижимали зелёные стены. Склоны гор здесь были настолько высоки и лесисты, что устремлённому вверх взгляду оставляли лишь узкую полоску неба. Величие пейзажа подкашивало колени в поклоне.
Размер террасы позволял установить палатки в достаточном отдалении от наклонившихся деревьев, которые крайне неустойчиво цеплялись корнями за каменистый склон. Рядом протекала питьевая вода, и при этом не так высоко, чтобы затопить террасу во время паводка. Лучше места не найти. Вполне естественно, что вскоре появились его «хозяева».
Тон с Бодраком колотили каркас палатки. После зимней офисной просидки Бодраку тяжело давался физический труд, но руководитель отряда не подавал виду.
– Ставить будем на три «П» – на полный каркас, – сказал он.
– Это самое простое? – спросил Тон, до этого имевший дело только с палатками на готовом каркасе.
–Нет. Самое простое – на одну «П». Но я хочу понадёжнее. А то мы однажды в Якутии проснулись от того, что палатку унесло. Потом всю ночь с фонариками по тайге за ней бегали. Я так больше не хочу.
Тон утвердительно покачал головой, хотя сам ничего не понял. Он решил, что разберётся по ходу действия.
Рисунок «пПп»
Со стороны просеки послышался рёв мотора. В арке из листьев появился праворульный кержак с кузовом от «Лэнд Крузера».
– О, это уже за нами? – неудачно пошутил Повар. – Можно домой собираться?
Из салона выпрыгнул бритый налысо бородач с походкой вышибалы. За ним следовал его, видимо, помощник. Геологи отложили молотки, чтобы встретить гостей. От бородача неприятно повеяло скисшим молоком.
– Доброго дня, – начал разговор Бодрак. – Мы – геологи, а я – начальник отряда. С каким вопросом хотели обратиться?