Гнев
Шрифт:
– Ребята я буду держать её, справитесь без меня?
– Постараемся, если что я позову тебя, сестра – Ответила ей Лень.
Месиво на лице Жанны на секунду приняло человеческие черты и она, довольно улыбнувшись, кивнула.
Наконец магмовый варан разобрался с окружением и заинтересовано повернул свою морду на нас. В этом взгляде не было ничего человеческого, лишь безумие и хаос.
– Кайт я очень надеюсь, что ты контролируешь себя, и мы можем отправить тебя вперёд. Никто кроме тебя не выстоит…
Ворон недоуменно взглянул на меня в облике человека. Прямо передо
– После стычки с Гневом на сцене до меня начало доходить, что со мной происходит. Как тогда мне было лень общаться с Кармой, и я стал превращаться в скелета, так и на сцене… Думаю, я могу принять облик любого Греха, в зависимости от того, какие эмоции захватывают мою душу. Никто кроме Жанны не сможет удержать его, поэтому с вашего разрешения я её подменю.
“Её регенерация просто невероятна, буквально мгновение назад у меня были сломаны пару рёбер. Осталось только понять, как увеличить свой объем…” – Размышлял я.
Мираж решил не тратить время на удивление и вопросы, а выдал новую пачку приказов своим соплеменникам. Площадь заполнили чёрные вороны в золотистых доспехах, которые воинственно ожидали начала боя.
Я уже успел привыкнуть к звуку сирены, но, когда к ней присоединились ещё громкоговорители и проблесковые маячки на полицейских машинах, я вновь начал обращать на неё внимание. Скоро здесь станет жарко и это не только из-за обозленного на мир Гнева.
Похоть перестала бороться и лишь со слезами на глазах ожидала, когда всё закончится. Она наверняка хотела, но не могла отвести взгляд. Девушка не смогла бы простить себя за такую трусость.
Лень догнала меня и сравняла шаг. Без последнего задутого огня она ещё стояла на двух ногах, но уже была в два раза выше меня. Её лицо больше не было милым, всё, что от него осталось это седые волосы на идеально белом черепе, который держался на вытянувшемся вперёд позвоночнике. Этот полу-скелет с остатками мяса на конечностях подходил на роль главного злодея фильма ужасов лучше, чем кто-либо из других Зверей.
– Кайт, мне впервые страшно. До лабиринта я всю свою жизнь провела на дереве, разглядывая облака или рисуя на песке, стенах землянок и даже на людях. В этом мире я с самого начала знала, что сильнее меня никого не существует, и потому ничего не боялась. Но сейчас я понимаю, что у меня как минимум восемь слабостей. Я боюсь, что не смогу всех вас защитить, что произойдет что-то…
– Всё хорошо, мы тоже не слабые. Не забивай себе голову ненужными мыслями, а лучше постарайся сделать так, чтобы Гнев не смог никому навредить. Тогда и переживать не надо, правда?
– Ха! Когда ты это говоришь, это звучит так просто, но… Ладно. Расправимся с ним поскорее и вернёмся к нормальной человеческой жизни. И знаешь… – Лень замялась. – Я этого раньше не говорила, но я люблю тебя. Пожалуйста, не вздумай погибнуть.
Я усмехнулся и крепко обнял
– Сейчас не время для нежностей, ты же видишь какая я некрасивая.
– Даже так я все ещё вижу твою красоту.
На долю секунды мне показалось, что на черепе проскользнул румянец, после чего Лень сказала:
– Кхм-кхм, я вернусь к остальным и буду тебя прикрывать.
Каким-то чудом Гнев переключил своё внимание на кирпичное здание, и решил провести тотальный демонтаж, оставив нас на десерт и дав нам, ещё немного времени на подготовку. Чем быстрее мы с этим закончим, тем будет лучше.
– Лень. – Я окликнул девушку. – Я тоже тебя люблю и потому запрещаю тебе умирать сегодня.
Девушка кивнула и в этот же момент вороны Миража атаковали. Приняв облик Жадности, я со вздохом ускорился в сторону Гнева. Стая птиц неплохо отвлекала на себя внимание и даже частично скалывала пластины с тела ящерицы.
Случившееся далее произошло всего за пару секунд, и я даже не успел среагировать, когда первая последовательная атака была проведена. Пара точечных выстрелов Лени пробила воронов насквозь, и попали в Гнев. Я был уверен, что, несмотря на прошлое, она не сдерживалась. Земля под мужчиной потрескалась, но Гнев все ещё стоял на ногах. В его крови было столько гнева и ненависти, что, скорее всего он совсем не чувствовал боли. Птицы растянули его руки и ноги в разные стороны, а Мираж вогнал тёмный клинок глубоко под грудные пластины. Из раны начала струиться лава, похожая на раскалённую кровь.
Вопль Гнева был чем-то средним между смехом и разъяренным криком, пробравшим меня до мурашек. Учитель дошёл до крайней степени безумия и начал срывать с себя защитные пластины. Раскалённая кровь била фонтаном из его ран, заливая всё вокруг. Местность вокруг нас теперь уже точно выглядела как после извержения небольшого вулкана.
Я услышал, как погас последний огонь свечи, после чего ящерицу озарила яркая золотая вспышка. Когда зрение вернулось ко мне, я увидел лишь сгустки оранжевой магмы, раскиданной по площади, которые медленно плавили окружение. Обернувшись назад, мне на глаза попалась конечная Звериная форма Лени. Если бы такая штука гонялась за мной по бесконечному лабиринту, то не могу сказать, что смог бы держаться также долго, как и она. Я надеялся увидеть улыбки или хотя бы услышать, что-то вроде: “Мы победили”, но никто не сдвинулся со своего места, продолжая держать взгляд на магме, которая, кажется, пришла в движение.
Лень и пара ворон пыталась прервать соединение, но вскоре лава слилась в одного цельного оранжевого атланта. Макушкой он легко доставал до третьего этажа, а каждая из четырёх рук была шириной с грузовую машину.
– Кажется, теперь я начал понимать, как одна маленькая ящерица может разрушить планету –, сказал я.
В новую ипостась Гнева влетело несколько ракет, которые застряли на поверхности, а над его головой пронеслись истребители. Взорвавшись из-за температуры, ракетам удалось лишить атланта руки, а сгустки разлетевшейся лавы, поглотил Обжорство в свой бездонный желудок.