Гнев майя

Касслер Клайв

Реми резко развернулась.

– О вашем?!

Та рассмеялась.

– Я так сказала? Как глупо с моей стороны.

Не сбавляя шага, она скрылась в другой комнате. Тем временем позади супругов растворились входные двери. К встречавшему Фарго человеку в костюме теперь присоединились еще двое. Они придерживали тяжелые створки, ясно давая гостям понять, что задерживаться не стоит.

– Да, результат разговора не особо удовлетворительный, – произнесла Реми, оказавшись на улице.

– Попробуем по-другому, – сказал Сэм.

Они

спустились по лестнице, на углу свернули направо и прошли еще шагов сто, когда навстречу попалось такси. Сэм махнул рукой, останавливая его.

– Авенида Реформа, посольство Соединенных Штатов.

Администратор попросила их подождать, пока кто-нибудь из сотрудников сможет подойти. Пять минут спустя появившаяся из двери за стойкой женщина приблизилась к ним.

– Здравствуйте, я Эми Коста. Прошу в мой кабинет. Чем могу вам помочь? – спросила она, когда они оказались внутри.

Сэм и Реми поведали ей обо всем произошедшем с ними и о том, что видели на Эстансия-Герреро, – о вооруженных людях, выследивших и напавших на них, об огромной плантации марихуаны и коки, о колоннах грузовиков. Рассказали о докторе и священнике, просивших передать сведения Саре Эллерсби, и о том, что она на это ответила. Дошел разговор и до кодекса майя.

– Если окажется, что манускрипт у нее или был у нее, значит, она завладела им мошенническим путем, отправив в Калифорнийский университет в Сан-Диего своих подручных под видом официальных представителей властей.

Эми Коста внимательно выслушала все и записала, прерывая супругов, только чтобы уточнить даты и примерные координаты места, которые были записаны на телефонах.

– Вся информация будет передана властям Гватемалы, – пообещала она, когда рассказ подошел к концу. – Однако не ждите результатов слишком быстро.

– Почему? – спросила Реми.

– Правительство отважно борется с наркодельцами, которые, помимо прочего, уничтожают леса, особенно на севере, в департаменте Петен. Но банды куда более многочисленны и к тому же лучше вооружены. За последние пару лет полиция отвоевала у них около трехсот тысяч акров земли, но это лишь капля в море.

– А что насчет Сары Эллерсби?

– Она, разумеется, привлекла наше внимание сразу по прибытии в страну. В Европе эта женщина играла заметную роль в светских кругах – красивая, богатая, раскованная. Ее трудно было не заметить. На местном небосклоне она и вовсе звезда. И меня не удивит, если окажется, что за кражей кодекса стоит именно она. Законы, по ее мнению, – глупая условность для лишенных воображения, ограниченных обывателей. Однако, как и прочие аристократы, она не делает грязную работу сама, а нанимает других – таких, как ваши самозванцы. Вряд ли в отношении мисс Эллерсби здесь будет выдвинуто хоть какое-то обвинение. – Она сделала паузу. – В любом преступлении.

– Серьезно? – удивилась Реми. – Но ведь она всего лишь иностранка, как мы.

– Однако разница все же есть. – Эми помолчала. – Скажу вам кое-что

не для протокола. Сара Эллерсби не первый год оказывает финансовую и иную поддержку многим влиятельным людям в стране и быстро обросла знакомствами. Конечно, просто купив землю, нельзя приобрести социальный статус прежних владельцев, но бросающееся в глаза богатство – тоже неплохое средство, чтобы войти в высшие круги. Мисс Эллерсби всегда делает щедрые пожертвования на избирательные кампании – как потенциальных победителей, так и, что еще более важно, заведомых аутсайдеров с хорошими связями. Многие проблемы она может решить одним телефонным звонком, а то и просто фразой, невзначай уроненной на какой-нибудь вечеринке.

– Но неужели нельзя хотя бы убедить полицию осмотреть поместье? – спросил Сэм. – Тысячи акров, засаженных коноплей, и тонны сырья в амбарах для просушки скрыть непросто. А если затем дойдет до проверки легального бизнеса и домов владелицы Эстансия-Герреро, то неминуемо всплывет еще кое-что интересное.

– Кодекс майя?

– Да, на это мы тоже надеемся. Но я имел в виду доказательства того, что Сара Эллерсби имеет свою долю в операциях с наркотиками.

Эми Коста медленно покачала головой.

– Это было бы чересчур. Властям известно, что огромные пространства неосвоенных земель на севере и западе страны контролируются картелями. Полиция с удовольствием бы их прижала, но того, о чем говорите вы, точно не будет. Если в поместье и обнаружат наркосырье, Сару Эллерсби все равно не арестуют. Неужели вы не понимаете – она будет главной пострадавшей. Посадят скорее сотню несчастных сборщиков-майя, которые нашли там работу, хотя грязные сделки заключаются и деньги переходят из рук в руки, конечно, здесь, в одном из роскошных столичных особняков. Те, кто владеет поместьями в миллионы акров, слишком богаты, чтобы самим жить в такой глуши.

– Но вы передадите информацию?

– Разумеется. Это не единичная схватка, это война, и мы продолжаем действовать. То, что вы рассказали, может однажды сыграть роль, и очень важную. Может помочь убрать с доски одну из фигур противника.

– Нам не стоит самим обратиться в федеральную полицию? – спросил Сэм.

– Можете, если хотите. А лучше давайте отправимся туда вместе. У вас найдется около часа времени?

– Конечно.

– Дайте мне минуту, я созвонюсь, чтобы предупредить, и поедем.

Набрав номер, она перебросилась с собеседником несколькими быстрыми фразами на испанском, потом связалась по селектору с девушкой-администратором.

– Мне нужна машина, чем скорее, тем лучше. Это в четвертом районе, пешком идти слишком далеко, – пояснила она Фарго.

Автомобиль отвез их к зданию управления. Полицейский у дверей тут же узнал Эми и пропустил всех троих внутрь. Пройдя через вестибюль к лифту, они поднялись на нужный этаж и постучались в дверь кабинета. Навстречу им поднялся из-за стола молодой, с ясным взглядом офицер.