Глубже
Шрифт:
— Да, тяжело, — отрезал Дрейк. — Давай не отставай!
С Уилла и Честера градом лил пот, пока они с трудом продвигались вперед; мальчики изнемогали от усталости и голода. Во рту Уилл чувствовал отвратительный привкус, словно его тело сжигало свои последние резервы. У него кружилась голова, и Уилл задумался, так ли тяжело приходится Честеру. Кэл постоянно дергался и корчился, что отнюдь не облегчало их задачу. Он совершенно не понимал, что вокруг него происходит, и всячески старался вырваться из рук мальчиков.
В конце концов они добрались
— Погодите-ка секунду, — скомандовал он и сбросил с плеча один из рюкзаков. — Попейте воды. Мы покинули равнину раньше, чем планировали… так безопаснее, но это означает, что домой будем добираться дольше.
Мальчики с благодарностью плюхнулись на землю, положив Кэла между собой.
— Эллиот, — позвал Дрейк, — поставь пару подножек.
Девушка вышла из ниоткуда и ступила в круг слабого света фонаря Дрейка, нагнувшись, чтобы разместить что-то у каменной стены. То была канистра размером с банку тушеной фасоли, но блеклого коричневого цвета. Привязав ее с помощью петли к небольшому валуну, Эллиот отошла назад, натягивая по всей ширине туннеля проволоку, такую тонкую, что Уилл с Честером ее едва заметили. Конец ее девушка прикрепила к выступу на противоположной стене, после чего тихонько коснулась проволоки — та издала тихий звон.
— Отлично, — прошептала Эллиот, вернувшись к канистре. Лежа на животе, она осторожно вытащила небольшой штырек и встала. — Готово, — тихо сказала девушка.
Дрейк повернулся к Уиллу с Честером.
— Нам надо пройти подальше, чтобы Эллиот могла поставить вторую, — велел он, поднимая рюкзак.
Уилл и Честер медленно встали на ноги и снова подняли Кэла. Теперь тот начал издавать странные, бессмысленные звуки, а еще — жалобно выть и мычать, порой произнося донельзя растянутые слова, которые ребята едва могли различить — вроде «хочу есть» и «хочу пить». Но ни у Уилла, ни у Честера не было ни времени, ни сил, чтобы сейчас об этом беспокоиться. Они пронесли Кэла еще несколько сот метров, а потом снова встали, когда остановился Дрейк.
— Нет, не садитесь, — сказал он мальчикам.
Так они и остались стоять, пока Эллиот ставила другую «подножку», как их называл Дрейк.
— А зачем они? — спросил Уилл, опершись на стену лавовой трубы и пыхтя.
— Они взрываются, — объяснил им Дрейк. — Это заряды.
— Но зачем вам сразу два?
— Первый срабатывает с задержкой. Поэтому Белые Воротнички сначала активируют его, а потом наткнутся на второй — примерно тогда же, когда, наконец, взорвется первый. И вуаля — окажутся замурованы в отрезке туннеля. По крайней мере, теоретически.
— Как здорово придумано, — Уилл был впечатлен.
— На самом деле, — нагнулся к нему Дрейк, — мы часто ставим два или больше зарядов потому, что эти гады чертовски хорошо умеют их обнаруживать.
— Ох, ну да, — пробормотал Уилл, уже не столь впечатленный.
Они, как показалось Уиллу, уже преодолели немало
Они петляли из трубы в трубу, поднимаясь вверх и спускаясь вниз, порой пробираясь сквозь несколько тесных углублений подряд, а порой пересекая полузатопленные пещеры, по которым разносилось гулкое эхо. В таких местах им приходилось поднимать Кэла как можно выше, чтобы его голова не оказалась под водой.
Силы, казалось, возвращались к нему, и справляться с ним становилось все труднее, ведь он старательно выворачивался и вырывался из их рук. Порой у мальчиков просто не хватало сил, и тогда они его роняли. В один из таких моментов и Уилл, и Честер, уставшие сверх всяких сил, даже не стали его подхватывать, и Кэл с громким стуком рухнул на влажную землю. Он разразился целой серией неразборчивых, гортанных ругательств, как раз когда мальчики снова принялись его поднимать.
— ШЛИ П'СТ'НЯ ЧЕВЫ ДОТЫ!
— П'СТ'НЯ Н'ХОРЕВЫ ПЛЮКИ!
Совершенно неузнаваемые ругательства вместе с яростью бессильного Кэла были так комичны, что Уилл, не сдержавшись, расхохотался. Этим он заразил и Честера, который тоже начал смеяться, отчего Кэл еще быстрее принялся сыпать чудной, искаженной бранью и дико размахивать руками и ногами. От усталости и глубокого облегчения после чудесного спасения Кэла у мальчиков кружилась голова и они на время позабыли об опасности.
— Гм… не думаю, что кто-то раньше так меня называл, — заметил Честер, тяжело дыша от усталости. — Н'хоревы плюки? — повторил он, тщательно выговаривая слова.
— Должен признать, — захихикал Уилл, — я всегда подозревал, что в тебе есть что-то от плюка.
Оба мальчика разразились истерическим смехом, а Кэл, очевидно, прекрасно расслышал все, что они говорили, и принялся махать руками еще яростнее.
— УРКИЙЕ С'БАЮДКИ! — хрипло взвыл он, после чего закашлялся и никак не мог остановиться.
— Заткнитесь! — прошипел впереди Дрейк. — Из-за вас нас обнаружат!
Кэл стал вести себя поспокойнее, но вовсе не из-за замечания Дрейка, а потому, что понял, что ругательствами ничего не добьется. Вместо этого он принялся хватать Уилла за ногу, стараясь, чтобы тот упал. Развеселившийся было Уилл рассердился и встряхнул брата.
— Кэл, хватит! — резко крикнул он. — Или мы тебя тут бросим, стигийцам на растерзание.
В конце концов они добрались до базы. Поскольку им не пришлось нырять в пруд, Уилл сообразил, что Дрейк провел их другим путем. Они подняли Кэла наверх, обвязав его веревкой за грудь, и уложили на одну из кроватей в задней комнатке. Дрейк велел им с помощью губки влить в рот мальчику немного воды. Кэл кашлял и плевался, большая часть воды стекала у него по подбородку, но он все же сумел выпить достаточно, прежде чем погрузился в глубокий сон.