Глубоководье
Шрифт:
Келемвор нахмурился. Он подозревал, что Адон предложил это лишь, чтобы поторопить его, но он сам не был большим знатоком в церемонии погребения халфлингов. Если кто и мог знать об этом, так это был Адон. «Я подумаю над этим», — ответил воин.
Они вернулись к основанию холма, где Миднайт расчистила небольшую прогалину и устроила на ней лежаки из ветвей кустарника. Когда Келемвор и Адон подошли ближе, Миднайт произнесла, — «Я умираю с голоду! Где пшеничные лепешки?»
«В моей седельной сумке», — ответил Келемвор, указывая
Миднайт протянула руку к его сумке и заглянула внутрь. Затем она перевернула ее, на землю выпало всего несколько крошек.
«Это точно моя?», — нахмурился Келемвор. «В ней должен лежать кинжал, теплый плащ и перчатки, мешок с провизией и несколько дюжин лепешек».
«Думаю, твоя», — отозвалась Миднайт. Схватив другую сумку, она также тщательно вытряхнула ее. На земле оказалась скрижаль и зеркальце Адона. Больше ничего.
«Нас ограбили!» — ахнул Адон. Его плащ, еда и утварь бесследно пропали.
Встревожившись, Миднайт схватила свою сумку и начала методично перерывать ее. «Кинжал, книга, плащ… вроде все на месте».
Трое друзей в течение минуты молча созерцали свой лагерь, мысль о том, что кто-то ограбил их, никак не могла улечься у них в голове. Наконец, Адон поднял скрижаль и крепко обнял ее.
«По крайней мере, она осталась у нас», — произнес он, убирая ее назад в сумку. Хотя на миг ему стало жаль своих вещей, но он был так рад, что скрижаль осталась у них, что чувствовал себя почти счастливым.
Келемвор чувствовал себя не столь прекрасно. «Если мне не удастся кого-нибудь поймать, то сегодняшней ночью придется голодать», — произнес он. «Адон, ты пока можешь разводить костер». Вытащив из мешочка, болтавшегося у него на груди, кусочек кремня и огниво, он перекинул их жрецу.
Миднайт согласно кивнула и собрав свои вещи, сложила их подле Адона. «Неподалеку отсюда я видела ореховое дерево». Чародейка встала с места и отряхнулась. «Адон, присмотри за тем, что эти ворюги оставили нам», — произнесла Миднайт, углубляясь в лес.
«Не волнуйся», — заверил ее Адон. «Присмотрю».
«Да уж постарайся», — буркнул Келемвор, направляясь в лес, в сторону противоположную от Миднайт. Хотя он и не поделился этим с остальными, воин надеялся отыскать следы вора.
Час спустя, Келемвор вернулся с горсткой зловеще выглядевших орехов, которые он с гордостью назвал едой. Стемнело слишком быстро и ему не удалось обнаружить каких-либо следов. Даже засев неподалеку от тропы, все, что воин смог расслышать, было лишь уханье филина.
Миднайт сидела подле костра, вскрывая толстую скорлупу орехов своим кинжалом. В ее подоле лежала кучка высохших орехов, выглядевших столь же аппетитно, как и песок. Адон успел набрать сучьев и с помощью своей булавы поломал их на небольшие чурбачки, годные для костра.
«Ничего?» — спросил жрец, явно разочарованный. Он уже успел отведать один из орехов и надеялся, что Келемвор принесет на ужин что-нибудь посущественнее.
«Куча
«Они в твоей сумке», — ответил жрец, подбрасывая палку в костер.
«Здесь пусто», — произнес Келемвор, переворачивая сумку.
«Посмотри получше», — буркнул Адон, раздраженный тем, что остался без ужина. «Я положил их туда с полчаса назад».
У Келемвора екнуло сердце. «Вор вернулся».
Миднайт схватила свою сумку. Пусто. Она повернулась к Адону. «Ты, ослиная башка, моя книга пропала!»
«Ты вроде как должен был присмотреть…» Келемвор оборвал себя на полуфразе, пытаясь подавить нараставшую в нем ярость. Гнев не поможет вернуть им их вещи. «Ладно, забудь. Тот, кто смог обчистить сумки у тебя под носом, явно не обычный вор».
Миднайт искренне удивившись, посмотрела на Келемвора. «Нет, ты точно не Келемвор Лайонсбэйн!» Подобная снисходительность совсем была на него не похожа. Спокойное поведение воина настолько смутило ее, что она едва не забыла о своей злости. Однако, все же она чувствовала себя не в своей тарелке — без своей книги она чувствовала себя абсолютно беспомощной.
Адон не обращал на них никакого внимания. Взяв сумку со скрижалью, он перекинул ее через плечо. Чувствовал он себя, по меньшей мере, глупо, позволив вору уйти во второй раз, но пока скрижаль была у них, он старался не унывать.
Хотя Келемвору и удалось укротить свой гнев, он не собирался так просто отступать. Он подошел к краю лагеря и внимательно обследовал прилегающий кустарник. После нескольких минут поисков, он все-таки наткнулся на несколько крошек от пшеничной лепешки. Подозвав своих спутников, он поделился с ними своей находкой.
Миднайт тотчас бросилась в лес, не обращая внимания на производимый ею шум. Келемвор и Адон едва успели перехватить ее.
«Не так быстро», — остановил ее воин, опустив руку на плечо.
«У нас нет времени!» — возразила она. «Моя книга все еще у вора!»
«Сегодня ночью ему далеко не уйти», — ответил Келемвор. «Но если он услышит наше приближение, то можно считать, что для нас он потерян».
«Почему ты думаешь, что он боится темноты?» — резко бросила Миднайт, вырываясь из хватки Келемвора.
«Тихо, нам нужно прочесать прилегающую территорию», — приказал Адон, беря контроль над ситуацией в свои руки. Он знал, что Келемвор был прав насчет соблюдения тишины, но также он понимал, что им вряд ли удастся напасть на след вора по нескольким пшеничным крошкам. «Чтобы определить, куда направился вор, нам нужны еще улики».