Глубина в небе

Охота на этого Человека растянулась на восемь веков и сотни световых лет. И поиск велся в такой тайне, что даже не все ищущие знали о нем. Поначалу это были просто зашифрованные запросы, скрытые в радиопередачах. Но шли десятилетия и века. Появлялись ниточки, интервью с товарищами Человека по путешествиям, стрелки в десятки разных направлений: Человек в одиночку направляется куда-то вдаль; Человек умер еще до того, как его стали искать; Человек собрал флот и возвращается с войной.

Время шло, и среди историй выделились

наиболее правдоподобные. Свидетельства бывали настолько достоверны, что отдельные корабли выходили из графика и целые десятилетия тратили на поиск новых следов. Из-за отклонений и задержек терялись целые состояния, но убытки несли немногие из самых богатых торговых Семей, и они тайно списывались. Они были так богаты, а поиски так важны, что колоссальные убытки почти ничего не значили. Ибо область поисков сужалась: Человек путешествовал один – размытый след разных личностей, цепочка разовых работ на мелких торговых судах, но он все ближе и ближе шел к этому краю Людского Космоса. И вот область поиска сузилась до ста световых лет, до пятидесяти, до двадцати – и до полудюжины звездных систем.

И наконец охота на Человека сошлась на едином мире у края Людского Космоса вблизи ядра галактики. Настало время, когда Сэмми счел целесообразным для окончания охоты направить целый флот. Ни команда, ни даже большинство владельцев не знали истинной цели задания, но шансы окончить наконец поиск были очень велики.

И Сэмми высадился на Триленде. На этот раз капитану флота имело смысл заняться мелочами: Сэмми был единственным во всем флоте, кто знал Человека лично. Учитывая же теперешнюю популярность его флота в здешних местах, он мог прорваться через любую бюрократическую чушь, если она возникнет. Вполне уважительные причины… Но Сэмми прибыл бы на планету в любом случае.

Я ждал, долго ждал, и вот скоро мы его возьмем.

– Почему я должен помогать вам кого-то искать? Мамочку свою просите! – Коротышка отступал вглубь своего кабинета. За ним была сантиметровая щелка приоткрытой двери, и коротышка крепко ее захлопнул, но Сэмми успел заметить испуганный детский глаз подглядывающий за ними в щелку. Коротышка злобно сверлил взглядом констеблей Лесничества, вошедших в здание перед Сэмми. – Повторяю вам еще раз: мое дело – сеть! Если вы не можете найти там, чего хотите, значит, я вам этого дать не могу!

– Простите, – похлопал Сэмми по плечу ближайшего констебля. – Извините…

И он пробрался сквозь ряды своих защитников.

Владелец кабинета видел, что к нему пробирается кто-то высокий, и потянулся к своему столу. О Боже, если он грохнет свои сетевые базы данных, они от него ничего не добьются!

Но этот деятель застыл на полпути и ошеломленно уставился в лицо Сэмми.

– Адмирал?

– Капитан флота, с вашего разрешения.

– Да, конечно! Мы вас каждый день по новостям смотрим. Прошу вас, садитесь! Это вы – источник запроса?

Манеры коротышки изменились – будто цветок раскрылся навстречу солнцу. По всей видимости, среди местного населения Кенг Хо была больше популярна, чем Лесничество.

Через несколько секунд владелец – «частный следователь», как он себя называл, – вытаскивал записи и запускал программы поиска.

– Гм… у вас нет ни имени, ни хорошего описания внешности – только вероятная дата прибытия. Так, Лесничество утверждает, что ваш человек стал кем-то по имени «Бидвел Дункан»… – Он скользнул взглядом по молчаливым констеблям и улыбнулся. – Они отлично умеют делать бессмысленные выводы из недостаточной информации. В данном же случае… – Он что-то сделал с программами поиска, – Бидвел Дункан. Да, теперь, когда он ищется, я, кажется, припоминаю, что вроде бы о нем слышал. Лет шестьдесят или сто назад он создал себе довольно громкое имя.

Эта фигура появилась из ниоткуда со скромными деньгами и потрясающей способностью к саморекламе. За тридцать лет он приобрел поддержку нескольких крупных корпораций и даже симпатии самого Лесничества.

– Утверждается, что Дункан – человек с деньгами, но никак не борец за свободу. Просто хотел тратить деньги по какому-то долгосрочному и безумному плану. В чем был план? Он хотел… – Частный следователь поднял глаза от бегущей перед ним информации. – Он хотел финансировать экспедицию к Мигающей!

Сэмми только кивнул.

– Черт побери! Если бы ему удалось, экспедиция с Триленда была бы уже на полпути. – Следователь замолчал на секунду, будто рассматривая такую возможность, и вернулся к записям. – И вы знаете, ему почти удалось. Мир вроде нашего сегодняшнего в попытках выйти к звездам обанкротился бы сразу. Но шестьдесят лет назад на Триленд прилетел одиночный корабль Кенг Хо. Конечно, они не собирались нарушать свое расписание, но кое-кто из сторонников Дункана надеялся, что они нам помогут. Дункан к этой идее не имел никакого отношения, он с Кенг Хо даже не стал говорить. И после этого Бидвел Дункан сильно потерял доверие. И исчез с горизонта.

Все это было в записях местного Лесничества на Триленде. Сэмми сказал:

– Да. Нас интересует, где этот индивидуум находится в данный момент.

Уже шестьдесят лет в солнечную систему Триленда не заходил ни один межзвездный корабль. Он здесь!

– А, так вы интересуетесь, нет ли у нас какой-то дополнительной информации, которая может быть полезной даже после того, что случилось у нас за последние три года?

Сэмми подавил импульс взорваться. Чуть-чуть терпения – что это значит по сравнению со столетиями ожидания?

– Да, – ответил он с благосклонной рассудительностью. – Хорошо было бы осмотреть все углы, как по-вашему?

– Верно. И вы пришли туда, куда надо. Мне известно в этом городе такое, за чем люди из Лесничества не дают себе труда следить. И я в самом деле хочу вам помочь. – Он проглядывал какой-то сканирующий анализ, так что потерей времени это нельзя было назвать. – Эти инопланетные послания по радио изменят наш мир, и я хочу, чтобы мои дети…

Тут следователь вдруг нахмурился.

– Ха! Вы как раз упустили этого типа Бидвела, капитан флота. Видите? Он уже десять лет как умер.