Глоток свободы
Шрифт:
– Спасибо, – проговорил растроганный русич. – Не исключено, что мы воспользуемся этим предложением гораздо раньше, чем вы думаете. Ведь неизвестно, как отряд встретят на базе, если информация о переходе просочилась к аланцам. Врагов у нас достаточно.
– Надеюсь, проявленное великодушие не станет причиной вашей гибели? – взволнованно спросила Зенда.
– Кто знает, кто знает... – философски заметил Аято. Наемники начали готовиться к походу через пустыню.
Их запасы воды и продовольствия почти закончились, и кое-что пришлось позаимствовать у мутанток. У них тоже были проблемы
День пролетел, как одно мгновение. Из поиска вернулись первые разведчицы. Новости оказались хорошие. Найдено небольшое озеро с пресной водой, убито крупное животное, мясо которого пригодно в пищу. Все говорило о том, что здесь можно неплохо обосноваться.
Настроение оливиек улучшалось с каждой минутой. Оставаться в степи надолго они не собирались, и потому к вечеру колонна двинулась дальше. Те же строгие ряды, охрана, боковые заставы и арьергард.
В совершенно другую сторону уходили земляне. Взвалив на спину рюкзаки, они направлялись к песчаным барханам. Лишь на мгновение Тиун и Храбров задержались возле опустевшей стоянки.
– Олесь, – проговорила Зенда. – Я немного подстраховалась. В Морсвиле осталось около сотни воинов. Ими командует Рона Мелоун. Она хорошая девушка, но у нее есть строгий приказ. Если вы появитесь в секторе и ничего не скажете, Рона убьет чужаков. Это значит, что наша колонна погибла.
– Но есть пароль, обозначающий удачное завершение экспедиции, – вставил русич.
– Совершенно верно, – кивнула головой мутантка. – Ты скажешь следующее: «Гетеры будут жить вечно».
– Глубокомысленное изречение, – рассмеялся русич.
– Не иронизируй, – улыбнулась Тиун. – В такой спешке ничего лучшего мне в голову не пришло. И, в конце концов, это символично.
– Я не спорю, – более серьезно сказал Олесь, и тут же добавил: – Зенда, можно я задам один нескромный вопрос? Он интересует меня уже три года. Ответить на него можешь только ты...
– Как мы размножаемся? – вымолвила мутантка.
– Как ты догадалась? – удивился Храбров.
– Все очень просто. Этот вопрос полтора столетия мучает всех мужчин Морсвила. Секрет держится в глубочайшей тайне. Впрочем, ничего особенного и сверхъестественного здесь нет. Я расскажу тебе, но при условии, что никто ничего не узнает. Хотя, вряд ли теперь это имеет значение...
– Даю слово, – молниеносно отреагировал наемник.
– В нашем организме совмещены и женские и мужские начала, – произнесла Зенда. – Каким образом, я точно не знаю. Загадка природы, которую хорошие врачи без труда раскроют. В результате – женская форма и двойное содержание. Примерно в двадцать лет гетера созреваетиунее начинаются циклы деторождения. Происходит внутреннее оплодотворение, затем следует вполне нормальное, обычное для женщины вынашивание плода. Так уж получилось, что последние семьдесят лет мы рожаем только себе подобных. Отклонений практически не бывает. Наш вид окончательно сформировался.
– И какова частота циклов?
– Все сугубо индивидуально. У кого-то три года, у кого-то шесть, а у некоторых через семь или восемь. Но, как правило, гетеры дают миру
– Значит, вы даже не знаете, когда забеременеете? – изумленно воскликнул землянин.
– Звучит парадоксально, но ты совершенно прав. Если третью беременность еще можно предугадать, то первая и вторая начинаются... гм... внезапно. Я, например, родила ребенка четыре года назад, и пока еще повторное таинство со мною не произошло, – ответила Тиун.
– С одной стороны природа позаботилась о выживании вашего рода. Любая гетера может иметь детей, и это справедливо. Вы все находитесь в равных условиях. Но как же любовь? Ведь разумному человеку свойственно искать родственную душу. Вы же одиночки. Вряд ли дружба заменит более близкую связь, – вымолвил Олесь.
– Типичное мужское заблуждение, – возразила мутантка. – Вы видите в нас только женщин. Но мы не одинаковы! У некоторых мужское начало довольно сильно и, несмотря на свою внешность, это мужественные, смелые люди. Другие наоборот более чувственны и нежны.
– Ты относишься к первой категории? – уточнил русич.
– Об этом нетрудно догадаться, – усмехнулась Зенда. – Почти все воины такие же, как и я. Фактически мы разделены на два пола, хотя имеем одинаковую наружность. Просто никто не видит в нас различий.
– А если у гетеры произошла половая связь с мужчиной? – спросил Храбров. – Предположим... Не по вашей воле. Ведь такие случаи наверняка происходили в Морсвиле.
– Я понимаю, о чем ты говоришь, – сказала оливийка. – Девушек не раз воровали, брали в плен, а затем насиловали. Все заканчивалось плачевно. Организм гетер не приспособлен для внешнего оплодотворения и потому подобные действия приводят к сильным повреждениям внутренних органов, а часто к смерти. Мы уже не в состоянии жить с мужчинами, как обычные женщины. Сформировалась абсолютная иная раса, отличная от обычных людей.
– Понимаю, – кивнул головой наемник. – Удачи вам!
Они разошлись в разные стороны и бросились догонять друзей. По дороге Олесь сделал удивительный вывод: по сути дела, между ним и Тиун нет никаких различий. Они выполняют одну и ту же роль – защищают дом, добывают еду, воспитывают детей. И какая разница, что один из них имеет тело мужчины, а вторая – тело женщины? Природа порой преподносит самые причудливые сюрпризы, хотя выглядят они сущим бредом, который незнамо кто придумал...
Глава 7
ОБРЕЧЕННЫЕ
Наемники быстро достигли Клона. Возможность отдохнуть и хорошенько напиться свежей родниковой водой гнала людей вперед. Про оазис слышали почти все земляне, но кроме Храброва, Аято и де Креньяна его никто не видел.
Так далеко на север за последние три года воины еще не заходили, хотя с жителями Клона встречались и Дойл и Саттон. Примерно полтора года назад разведчики тасконцев достигли космодрома «Центральный». Сначала их приняли за мутантов, с базы выдвинулись на перехват бронетранспортеры. К счастью, Храбров вовремя узнал Олана. Мальчик уже превратился в зрелого крепкого юношу, с мнением подростка считались все мужчины оазиса. Клоны не сомневались, что еще пять лет и Олан станет главой племени.