Глоток свободы
Шрифт:
На космодроме царил переполох. Десантники бегали вдоль стены, занимая свои места согласно боевому расчету. Пулеметчики на вышках включили дополнительное освещение. Наемники вели себя гораздо спокойнее. Без доспехов и оружия воины неторопливо двигались к центральным воротам. Спустя пару минут прожектора вспыхнули на полную мощь, и Кроул увидела пятерых землян, стоящих возле вернувшейся из рейда машины. Пренебрегая правилами приличия, аланка ускорила шаг и направилась к наемникам. Воины о чем-то разговаривали с невысоким коренастым десантником.
– Что происходит? –
– Прибыла наблюдательная группа. Сержант сообщил, что кто-то прорывается из города, – спокойно сказал воин.
– И что вы намерен предпринять? – не удержалась от вопроса Олис.
– Ничего, – горько усмехнулся солдат. – Мы не в состоянии им помочь. Возле Морсвила не осталось ни одного человека. Возан в страхе отвел все батальоны на базу. Речь о деблокаде даже не шла...
Аланка хотела броситься к штабу и потребовать от командующего, чтобы он немедленно направил к городу войска, но к счастью, Кроул вовремя передумала. Ей было бы трудно объяснить свою настойчивость, поскольку экспедиционный корпус ослаблен и не в состоянии провести еще одну операцию. Окруженная в Морсвиле группировка брошена на произвол судьбы.
Олис в бессилии и отчаянии закрыла лицо руками. Она точно знала, кто сейчас дерется в городе. Три года назад разведчики вот так же, под утро, бежали к Нейтральному сектору. Тогда им повезло...
– Вам нужна помощь? – вежливо поинтересовался наемник.
– Нет, – ответила Олис, направляясь к гостинице.
Не глядя на землян, аланка медленно двигалась по бетонной дорожке. В черном мрачном небе мерцали далекие холодные звезды. Тревожная суматоха на космодроме улеглась, и солдаты возвращались в казармы. Теперь Кроул могла надеяться лишь на провидение. Никакой помощи отряду русича оказано не будет, шансов на спасение у пехотинцев почти нет.
В эту ночь Олис больше не ложилась. Подавленное, безысходное настроение привело к тому, что девушка отказалась от завтрака и в предрассветной тишине молча бродила по базе. Ее никто не беспокоил. Лишь однажды к советнику подошел один из членов комиссии и передал Олис протокол вчерашнего совещания.
Его итоги можно было предсказать заранее, но все же аланка внимательно прочитала документ. Как и следовало ожидать, виновным признавался командующий экспедиционным корпусом полковник Возан. Он переоценил свои силы, не прислушался к разумным советам и выпустил нити управления боем.
Тем не менее, инспекторы нашли ряд смягчающих обстоятельств: во первых, столь масштабная операция проводилась впервые, во-вторых, у полковника имелись веские основания не доверять некоторым наемникам, и в третьих, десантники оказались неподготовлены к ведению боевых действий в городе.
Часть армии поддалась панике и при возникших неудачах сразу обратилась в бегство. Комиссия учла былые заслуги Возана. Ведь именно при нем восстановили
В итоге высокомерный мерзавец остался на своем посту, получил строгий выговор и предупреждение, что в случае повторного поражения, будет немедленно отстранен от командования.
Кроул презрительно усмехнулась. Выявив причины ужасающего разгрома, аланцы не решились отозвать полковника.
В случае отстранения Возана от должности кто-то из офицеров должен был остаться на Оливии и возглавить колониальную армию, а это нелегкое и неблагодарное дело. Далеко не каждый карьерист решится взвалить на себя подобное бремя. В высших кругах Алана слишком много болтунов и интриганов и мало решительных, ответственных людей. Посвященные не очень стремились попасть на Таскону. Война – удел дикарей и плебеев.
Миссия инспекции завершилась. Виновный найден и наказан, хотя и не столь серьезно, как следовало. Полковнику даже предложили план дальнейших действий. Комиссия считала, что сектор Чистых не самое подходящее место для вторжения в Морсвил.
Учитывая законы города, оптимальным вариантом мог стать сектор Гетер. Он не имел на флангах союзников, а потому был более уязвим. С востока находилась зона диких мутантов, с запада, не входящие в общий союз, Непримиримые.
Именно туда и следовало направить новый удар, когда численный состав армии вновь возрастет. Время шло, а Олис никак не могла решить, что ей делать. Улетать сейчас, когда о судьбе Храброва ничего не известно, она не хотела. Остаться, значит вызвать подозрения. Старшие офицеры поглядывают на нее со странным необъяснимым любопытством.
В десять часов утра в комнату к девушке осторожно постучался Астин.
– Когда мы стартуем? Работа завершена, и задерживаться на планете больше не имеет смысла, – напрямик спросил генерал.
– Да, я знаю, – кивнула головой аланка. – Но мне нужна еще некоторая информация. Ее должны сообщить наемники, ушедшие ночью в город. Это очень важно для планирования дальнейшей экспансии вглубь материка.
– Хорошо, – улыбнулся офицер. – Я задержу вылет челнока. Но ненадолго... База живет по жесткому графику, а мы занимаем единственную посадочную площадку. Корпусу необходимы пополнение, оружие, боеприпасы и продовольствие.
Взглянув на часы. Кроул обречено произнесла:
– Я жду до восемнадцати часов. В девятнадцать комиссия покинет Оливию.
– Превосходно, – согласился Рейс и покинул помещение.
Сириус поднимался все выше и выше. Жара стала невыносимой. Оставаться под палящими лучами звезды равносильно самоубийству, и потому космодром постепенно опустел. Лишь несколько часовых, да техники, обслуживающие транспорт, все еще передвигались по базе.
Олис не покидала свою комнату. Находиться в одиночестве, в замкнутом пространстве было тоскливо и тягостно, но выбирать не приходилось. Девушка ждала Аято. Надежда на благоприятный исход ее не покидала, но сейчас аланка с достоинством и мужеством приняла бы любое известие. Кроул просто хотела знать правду.