Глория

Михальчук Вадим

Лис оттаскивал человека, по которому прогулялся дубинкой, к стене.

— Где он?

— Кто?

И снова Арчер ударил блондина.

— Ты как будто бы не знаешь, Джек, — сказал Артур.

Я никогда не видел ребят такими. Впервые я был с ними в деле. Одно — знать, чем они жили раньше, и совсем другое — участвовать в этом самому.

— Я повторяю: где он? — жестко бросил Артур.

— Не знаю, — сквозь зубы ответил блондин.

— Ты не знаешь, Джек, — сказал Артур утвердительно, — а ты знаешь Арчера?

— Ну.

— Ты знаешь, что он может

сделать с тобой, Джек?

— Знаю, мать вашу, знаю! — заорал блондин, — идите к...

Арчер ударил его, блондин попытался сгруппироваться и перехватить удар, и Арчер ударил его обрезом.

— Это не разговор, Джек, — сказал Артур презрительно, — для разговора ты слишком глуп.

Блондин промолчал, прижав руки к лицу.

— Где он, Джек? Где Никиш? — Чарли подошел и стал плечом к плечу с Артуром.

— Он ушел, — невнятно пробормотал блондин, зажимая рукой нос.

— Когда?

— Вчера ночью. Он и его люди, — слабеющим голосом ответил блондин.

— Куда?

— Не знаю, куда-то в Средний Город.

— Почему он ушел?

— Он узнал, что Арчер расспрашивал о нем. Он и его люди хотели подловить Арчера, но у них что-то сорвалось и они ушли.

— Подловить, ха! — хохотнул Арчер, как будто услышал смешную шутку.

— Он говорил о том, кто наводит его на нас?

— Нет, нет. Говорят, что он из Фритауна, и Никиш встречается с ним с глазу на глаз, даже люди Никиша не знают, кто он.

Кровь текла у него из носа, в глазах я прочитал тоску, как у умирающей собаки.

— Ты был нужен Никишу для укрытия?

— Да, он жил здесь пару дней. Позавчера вечером выходил в город.

— Один?

— Да, один.

Артур и Чарли посмотрели друг на друга. Я подошел к ним.

Блондин поднял голову.

— Никиш говорил о нем, — он указал на меня.

— Что говорил? — спросил я и мой голос был странно спокоен.

— Да не помню я, — вяло ответил блондин, — Никиш может болтать часами и все ни о чем. Даже когда я был в его банде меня это доставало.

— О чем он говорил? — четко выговаривая слова сказал я.

— Что-то о снах, что-то о встрече, о расплате, не помню, — блондин наклонился и сплюнул кровь, лентами потянувшуюся у него изо рта.

Я отошел в тень. Меня порядочно мутило. Я повернулся и посмотрел на того, которого я свалил. Лучше не стало.

— Ты — дурак, Джек, — с сожалением сказал Артур за моей спиной, — если бы ты рассказал о Никише раньше и сам, мне бы не пришлось делать то, что я должен сделать. Ты же знал, что я ищу Никиша и молчал.

— Отпусти меня, Артур, — тихо и слабо сказал блондин.

— Не могу, Джек, — сказал Артур и от неприкрытого сожаления в его голосе мороз продрал меня по спине и в затылке зазвенело.

— Никиш вернулся и ты помог ему. Если я отпущу тебя, то вернешься ты к нему или не вернешься, это не имеет значения. Если я отпущу тебя, то самая последняя падаль во Фритауне будет думать, что Торио — слабак, что я и мои люди размякли. Я не могу тебя отпустить, Джек.

— Только быстро, — прошептал блондин.

— Да, — тихо

ответил Арчер и взвел курки...

Этот щелчок взводимых курков прозвучал для меня, как гром. Все мое прошлое разлетелось на части с этим звуком. Потом я просто пытался склеить эти части и забыть прошлое, но смог сделать ни того, ни другого...

Еще два дня мы провели в городе. Арчер убил двух связных Никиша. Я бил людей, стараясь не думать. Я думал, что раньше или позже, но Никиш убьет меня с помощью людей Фритауна. Поэтому, когда трость в моих руках врубалась в чью-то голову, я старался не думать. К тому же, те, кого я бил, били меня в ответ.

Для человека противоестественно бить другого человека. Я знаю это по себе. Нет ничего более отвратительного, как будто дрянь внутри тебя бьет тебе в голову. Черный туман в глазах и привкус крови во рту. Но это уже мое дело, правда?

Мы провели чистку Фритауна. Все, в ком сомневались, были предупреждены. Были оповещены все стукачи, что за любую информацию о Никише будет вознаграждение.

Возвращаясь домой, Лис сказал мне, что мы действовали по наводке одного из наших осведомителей. Мы накрыли все явки Никиша во Фритауне, все его схроны и всех его людей. К сожалению, связь между Никишем и его покровителем — «кротом», установлена не была. Вся сторожевая смена на мосту была оповещена о Никише и примерном составе его банды. Его приметы были у каждого законника во Фритауне. Уже поэтому можно было судить, как поднялся хозяин. Арчер занялся формированием бригады охраны Замка. Чарли перепоручил троим своим управляющим в деловом квартале все свои дела. Таким образом, мои обязанности свелись к тому, что два раза в неделю, в разные дни, Чарли и я выходили в город для проверки состояния дел.

Любовь к Риве помогла мне не думать о том, что я делал в городе за дни чистки.

Странная это была любовь. Утром мы встречались за общим столом и сидели рядом, подкладывая друг другу лакомые кусочки. Потом я помогал Риве убирать со стола, мыть посуду, помогал готовить еду. Для меня это не было трудно и так я мог проводить с Ривой все время. Конечно, Лиса всего аж распирало поиздеваться надо мной, но он не делал этого. Может, потому, что это было что-то другое, к чему Лис не привык. Ведь все наши женщины, кроме, конечно, Марты, Розы и девушек в Замке, были известной профессии, с ними все хорошо, пока деньги есть, да и хочешь от них всегда одного. А от Ривы я не хотел ничего или, вернее, я хотел все.

Больше всего она любила лежать у меня на коленях, а я любил гладить ее лицо — нежную кожу лба, щек. Иногда она так и засыпала, положив голову мне на колени.

Перед тем, как идти спать, Рива целовала меня в щеку, скорее, как брата, чем как любовника. Ведь я был у нее первый. В ее глазах иногда загорался огонь, который ей удавалось погасить. А я ждал. Это ожидание отличалось от того, когда ждешь кого-то или ждешь определенного времени, чтобы начать действовать. Это было ожидание счастья. Я знал, что рано или поздно Рива полюбит меня по-настоящему.