Глобус 1976
Шрифт:
университет — - таковы этапы учебы Цыбикова. Трудно было буряту, сыну бедняка, учиться в заведениях
царской России, пренебрежительно относившихся к «инородцам». И все-таки Гомбожаб Цыбиков стал
ученым.
Закончив с золотой медалью востоковедческий факультет, Цыбиков по предложению своего учителя,
профессора Позднеева, совершил беспримерный научный подвиг. Под видом буддиста-паломника он от-
правился в Тибет, в который был строго-настрого запрещен
Цыбикова ждала неминуемая смерть. И все-таки молодой ученый смог пройти тысячи километров по
бесплодной пустыне Гоби и соленым болотам Цайдама, по гигантскому Тибетскому плато, поднятому на
высоту в четыре километра, и достичь священной столицы Тибета, города Лхасы, северным путем. Так
быта осуществлена мечта Н. М. Пржевальского, справедливо называемого «величайшим путешествен-
ником XIX века», была завершена грандиозная программа изучения Центральной Азии и Тибета, наме-
ченная Русским Географическим обществом и осуществляемая на протяжении многих десятков лет.
Дом культуры в селе Цокто-Хангил.
Цыбиков, соблюдая строгую конспирацию, прожил около года в Лхасе, совершил ряд поездок по
Центральному Тибету и собрал ценнейшие материалы по его географии, этнографии, религии, искусству.
По возвращении на родину Гомбожаб Цыбиков за свой научный подвиг был удостоен Золотой медали
Русского Географического общества.
Гомбожаб Цыбиков был одним из первых бурятских интеллигентов, приветствовавших Советскую
власть в Забайкалье. Он внес огромный вклад в дело просвещения своих земляков — бурят; его перу
принадлежат первые переводы на бурятский язык сочинений В.И.Ленина, а также переводы с тибетского и
монгольского трудов средневековых ученых. Цыбиков умер в 1930 году, пройдя славный путь от юрты
простого кочевника до кафедры профессора Иркутского университета и прославив свое имя на весь
мир. Именем профессора Цы-бикова назван Агинский краеведческий музей и улица в Агинске, о
Гомбожабе Цыбикове выпущено несколько научных книг и брошюр и даже приключенческая повесть
(Е. Парнов «Улыбка Будды») .
А ведь Гомбожаб Цыбиков далеко не единственный славный сын Агинской степи. Можно было бы
долго и много рассказывать о замечательном учителе дореволюционной Аги Буде Ринчинове, сопут-
ствовавшем русскому путешественнику Потанину в его долгих странствиях по Центральной Азии,
затем читавшему лекции в Париже и беседовавшему с премьером Франции — «тигром» Клемансо...
Об императорском лекаре Петре Александровиче Бадмаеве и династии Бадмаевых — поколении
врачей,
бывшем ламе, народном умельце Дагбе Чими-тове, с боями прошедшем от Волги до Берлина, —
мастере, изготовляющем огромные луки по методу старинных мастеров-дарханов (такие луки были
на вооружении у войск Чингисхана, а теперь из них стреляют во время народных празднеств —
сурхарбанов)... и еще о многих-многих людях этого древнего края.
От темной, феодальной, бедной Агинской степи — до цветущего Агинского Бурятского
национального округа — таков путь, проделанный Агой за последние полстолетия.
ПО РОДНОЙ СТРАНЕ
Б. Розен
ГОРОДА
НА ВЫЧЕГДЕ
ВЕЛИКАЯ ТРУЖЕНИЦА
Всегда шумно и оживленно на Котласской пассажирской пристани. Почти каждый час от ее причалов
отходят в разных направлениях большие двухпалубные комфортабельные теплоходы, юркие речные
трамвайчики, белокрылые «ракеты». А недавно появилась быстроходная «Заря» — судно новой кон-
струкции.
— Пассажиров, следующих в Сольвычегодск, просят пройти к причалу номер три, — раздается по
радио зычный голос диктора.
Быстро спускаюсь по шаткому деревянному настилу к реке. У причала плавно покачивается бело-
снежный теплоход. Короткий гудок, и мы уже плывем по Северной Двине.
Примерно два километра неторопливо движется наш теплоход по великой кормилице Севера. Но вот он
вдруг делает крутой поворот, огибает большой песчаный мыс и входит в Вычегду. Вначале кажется, что мы
все еще плывем по Двине: такая же широкая гладь реки, такое же быстрое течение. Но это лишь на первый
взгляд. Северные реки отнюдь не похожи друг на друга. У каждой есть свои особые приметы, своя особая
красота и даже собственный характер, который чаще всего проявляется при весенних разливах. И чем
дальше мы плывем по Вычегде, тем больше видны эти различия.
Вот уже промелькнули широко раскинувшиеся на левом берегу лесозавод и угольные причалы, оста-
лись позади лесозаготовительная база с огромными штабелями бревен и рабочий поселок Лименда.
Теперь река величаво и спокойно катит свои воды в отлогих зеленых берегах, окаймленных
золотистыми пляжами. Далеко до самого горизонта тянутся пойменные луга, перемежающиеся с темно-
зелеными массивами еловых лесов. Местами ели стоят сплошным частоколом у самого берега. На